Любовь и «каннибалы»
— В следующий раз я буду держаться в сторонке и предоставлю вам такую возможность.— Тут он увидел на запястье струйку крови и довольно беззлобно выругался.— Кажется, он оставил на мне метку...
Она побледнела как полотно.
— У вас кровь течет...
— Да, это его работа.— Он с досадой сунул палец в прореху на рукаве.— Я купил этот свитер в свой последний поход на Мальту. Будь он проклят!
Сузив глаза, он посмотрел на улицу. Казалось, попадись ему в руки этот негодяй, он заставил бы его заплатить не за рану, а за испорченную одежду, с которой связаны трогательные воспоминания.
— Дайте посмотреть.— Она задрала ему рукав и дрожащими пальцами принялась ощупывать длинный, но неглубокий порез.— Идиот! — повторила она и полезла в сумку за ключами.— Пойдемте со мной, я перевяжу вам руку. Не могу поверить, что вы оказались способны на такую глупость.
— Это дело принципа...— начал было Олаф, но она перебила его длинной тирадой по-литовски и принялась вставлять ключ в замочную скважину.
* * *Она придерживала его, пока не привела к себе в квартиру.
— Садитесь,— скомандовала девушка и прошла в ванную.
Олаф сел и по-домашнему положил ноги на кофейный столик.
— Пожалуй, я выпил бы бренди,— громко сказал он.— Как-никак, у меня шок.
Эйджи быстро вышла обратно с бинтом и бутылочкой мыльной воды.
— Вы чувствуете слабость? — Испугавшись, она положила ладонь на его лоб.— Голова не кружится?
— Давайте проверим.— Пользуясь своим положением, Стивенсон запустил руку в ее волосы и прильнул губами к губам.— Ага,— сказал он, отпуская Эйджи.— Вот теперь полегчало...
— Глупо,— ответила она и присела, чтобы промыть ему рану.— Все могло кончиться гораздо серьезнее.
— Это и так было серьезно,— прервал он.— Ненавижу, когда кто-то тычет мне в спину ножом в то время, как я целуюсь с женщиной. Голубушка, если вы не перестанете дрожать, мне придется поделиться с вами бренди.
— Если я и дрожу, то только от злости.— Она откинула волосы и посмотрела на него в упор.— Никогда больше не делайте этого.
— Есть, сэр!
В отместку за насмешку она смазала рану йодом. Когда он скривился от боли, настал ее черед торжествовать.
— Как ребенок,— с осуждением сказала она, но затем почувствовала жалость к нему и решила прекратить эту пикировку.— Подержите ватку, пока я буду бинтовать вам руку.
Олаф следил за ее работой. Было очень приятно чувствовать прикосновение ее пальцев. Она склонилась к нему. Естественно, он не мог утерпеть и принялся покусывать ее за ухо.
Дрожь пробежала по ее спине.
— Не надо.— Отстранившись, она спустила рукав на свежую повязку.— Не будем приниматься за старое. Не здесь.
Она знала: стоит ему продолжить эту игру, и ей не выдержать.
— Я хочу вас, Эйджи.— Девушка попыталась встать, но он крепко держал ее за руку.— Я хочу любить вас.
— Я знаю, чего хотите вы. Мне надо удостовериться, что я хочу того же. Я уже говорила, что ничего не делаю не подумав. В том числе, не ложусь в постель с мужчиной под влиянием минуты. Если я уступлю желанию, которое вы во мне вызываете, то сделаю это на трезвую голову.
— Стоило мне увидеть вас, и я уже ни разу не чувствовал себя трезвым.— Он стоял рядом, но не делал попыток приблизиться. Разговор получался серьезный.— Я знаю, про парней вроде меня говорят, что у них женщина в каждом порту. Но это вранье... По крайней мере, ко мне это не относится. Не буду утверждать, что все свободное время я просиживал за книгами, но...
— Это не мое дело, и...
Выражение его глаз заставило Эйджи замолчать.
— Я пробыл на суше два года, и за это время не произошло ничего важного.— Он не очень вслушивался в свои слова, но чувствовал, что это необходимо высказать, и фразы текли сами собой.— Будь я проклят, если в моей жизни было что-нибудь похожее на то, что я испытываю к вам.
— У меня есть свои планы на будущее...— начала она, с трудом подыскивая слова.— И я не уверена, что нужно все усложнять. Нам надо и о Майкле подумать. Я предпочла бы не торопиться.
— Не торопиться...— повторил он.— Не могу обещать вам этого. Зато могу обещать другое: как только мы останемся вдвоем, я все сделаю для того, чтобы нарушить эти планы. Она в волнении стиснула руки.
— Спасибо за предупреждение, Стивенсон. Но я тоже должна предупредить вас. Мне не так легко помешать.
— Прекрасно.— Он усмехнулся и пошел к двери.— Чем труднее победа, тем почетнее. Спасибо за первую помощь, советник. Не забудьте запереть замок.
Он тихо закрыл за собой дверь и решил пойти домой пешком.
Торопиться некуда. Ему все равно не уснуть.
5
Она не избегала его. Честное слово. Она была занята, вот и все. Нагрузка в суде не позволяла каждый вечер ходить в бар Олафа и тратить время на болтовню. Нет, она не забыла свой долг. Пару раз ей удалось выкроить несколько минут, чтобы поговорить с Майклом на кухне. И если она по дороге туда и обратно не столкнулась с Олафом, это была просто случайность. Или инстинкт самосохранения.
И дома она подключила к телефону автоответчик только потому, что не хотела, чтобы ее тревожили по пустякам.
Кроме того, он сам не звонил. Все кончено.
Но ей зато удалось наладить отношения с Майклом. Тот звонил дважды. Один раз в контору, другой — домой. Она сочла его предложение сходить в кино обнадеживающим. Это не даст ему возможности снова связаться с «каннибалами» и убережет от неприятностей.
После девяноста минут автомобильных гонок и невообразимой смеси драк и приключений (фильм выбирал Майкл) они сидели в ярко освещенной пиццерии.
— О'кей, Майкл. Расскажи, как у вас дела.— В ответ он пожал плечами, но Эйджи ободряюще сжала его руку.— Ну, не молчи! В конце концов, прошло уже две недели. Как ты их провел?
— Могло быть хуже.— Он вынул сигарету.— Не так уж плохо, когда в кармане звенит монета, да и Монти кажется не таким вредным, если не стоит целый день над душой.
— А как у тебя складываются отношения с Олафом?
Майкл выдохнул струю дыма. Ему нравилось смотреть на нее сквозь туманную пелену, которая делала ее облик более таинственным, более экзотическим.
— Да он сматывается вечером. А я обычно заканчиваю попозже. Но ему все надо знать: куда я пошел, с кем я пошел, когда вернусь... Вот такое он д...— Майкл осекся.— Такой он мужик. Ей-Богу, за два месяца он меня достанет. Не нужна мне нянька!
— Да. Твой брат человек... напористый.— подтвердила Эйджи, пытаясь сохранить объективность.— Но он ведь не только отвечает за тебя перед законом, он еще и заботится о тебе.— Прозвучало это суховато и не слишком убедительно, поэтому она поспешила улыбнуться.— Методы у него грубоватые, но зато намерения самые добрые.
— Он мне проходу не дает!
— А ты попробуй заслужить его доверие.— Майкл дернулся, как от укола, и она стиснула его руку.— Как ты объяснил ему свое исчезновение?
— Просто сказал, что у меня было свидание, и ему пришлось отвалить.— Майкл довольно усмехнулся, увидев веселые искорки в глазах Эйджи. Он был бы очень разочарован, если бы понял, что ее насмешило слово «свидание».— У него своя жизнь, а у меня своя. Вы понимаете, что я имею в виду?
— Да.— Им принесли пиццу, и она довольно вздохнула.— А что ты собираешься делать дальше?
— Не знаю. Как получится.
— Неужели ты ни к чему не стремишься? — Она положила себе кусок пиццы и внимательно посмотрела на Майкла.— Разве у тебя нет мечты?
Что-то блеснуло в его глазах, но он поспешно опустил их.
— Не нравится мне продавать людям всякое пойло. Пусть этим Олаф занимается.— Затушив сигарету, он принялся за пиццу.— И уж подавно не собираюсь я служить на этом поганом флоте. Он-то думает, что я сплю и вижу...
— Ну что ж, по крайней мере, ты знаешь, чего не хочешь. Это уже кое-что.
Он протянул руку и потрогал серебряное колечко на ее пальце.
— А вы всегда знали, что станете юристом?