Послушник забытого бога (СИ)

  
Послушник забытого бога
   
Глава 1. Победитель по жизни
 
Вспомните худший Новый год в своей жизни. Ответственно заявляю, раз вы не умерли, всё было не так уж плохо. Да даже если и умерли — пустяки. То есть неприятно, конечно, но я был бы даже рад, если бы мне просто на голову упала сосулька. Серьёзно, даже если по пути домой бампер вашего авто помял какой-то нехороший человек, а потом в аварию попал эвакуатор, который вёз ваш автомобиль, это не худшее развитие событий.
Я вот никого не трогал себе, поднимался по лестнице на пятый этаж, предвкушая, как я буду счастливо отмечать Новый год в компании своего кота и президента. И миски мандаринов. Не сказать, что мне такой расклад нравился, но чтобы отметить Новый год с семьёй, нужна семья. А чтобы с друзьями — нужны друзья...
Семья была, но не сложилось. После рождения дочери всё начало разваливаться. Наша лодка семейной жизни разбилась вдребезги о рифы рутины и быта. Друзья тоже были, но я последние лет десять ни с кем из них не общался. Поначалу как-то не хотелось, а потом после нескольких лет молчания стало как-то неловко звонить и говорить: «Привет! Как дела?»
Так вот, иду я, значит, с бутылкой детского шампанского по лестнице. В хрущёвках лифт не предусмотрен, но мне привычно. И тут — бац! Нет, не вторжение пришельцев, не зомби-апокалипсис и даже не лампочка на лестничной клетке взорвалась. Всего-то ни с того ни с сего заболел живот. Заболел сильно, конечно, но что делать? Мужик — он же когда к врачу идёт? Правильно, когда топор в спине начинает гноиться. Но я вызвал скорую буквально через пару часов. Потому что одно дело поднявшаяся под сорок температура и не боль в животе, и совсем другое — что боль стала нестерпимой, хоть волком вой и на стенку лезь.
Итог весьма неутешительный. Предварительно поставленный диагноз — перитонит — не способствует новогоднему настроению. Я еду на скорой, а люди в халатах отчитывают меня, что запустил воспаления аппендикса, вымещая на мне злость на то, что в новогоднюю ночь вместо мандаринов, шампанского и «Иронии судьбы» у них — я. Но всё это уже было в полубреду…
Последнее, на что меня хватило — смс-сообщение коллеге с просьбой позаботиться о моём коте. Специально не закрыл дверь квартиры на ключ. Да, коллеге. Не соседям-алкашам же это доверить? У них на всех вместе мозгов меньше, чем у моего кота. Собственно, лимонад вместо шампанского у меня не потому, что я за рулём. Это, скорее, прикрытие. Просто с детства насмотрелся на соседей-алкоголиков и решил, что их ряды не пополню, что бы ни случилось. А родственники… Вообще у меня их целая куча. Двоюродных братьев и сестёр, наверное, около дюжины, но так вышло, что я перестал поддерживать с ними общение ещё раньше, чем с друзьями. Мои родители были теми ниточками, что связывали меня с остальной роднёй. Без них же поддержка общения с родственниками утратила смысл.
Так вот, привезли меня в областную больницу. Дальше было приёмное отделение и дежурный врач, физиономию которого прямо перекосило от счастья при виде такого красивого меня. Всё происходившее дальше мой мозг переработал в три простых тезиса: операцию делать необходимо, и срочно; делать мне операцию в новогоднюю ночь желанием никто не горел; если бы я приехал на день раньше, всё было бы гораздо лучше.
О последнем мне сообщили, кажется, все сотрудники больницы, которых я видел. И вот даже как-то стало обидно, что на самом деле я не ходил неделю с болью в животе. В мои слова, что боль возникла за пару часов до приезда скорой, не поверил никто. И вообще, по их мнению, я специально подстроил всё это исключительно для того, чтобы испортить всем праздник.
Как всё происходит у нормальных людей? В основном они живут себе припеваючи, не задумываясь о своём отростке слепой кишки под названием аппендикс. Правда, иногда кому-то не везёт, и аппендикс у него воспаляется. Из-за чего? Тут как раз всё просто. На всё воля Божья. В том смысле, что хрен его знает, почему он воспаляется. Однако человек это сразу замечает. Ну, то есть нормальный человек. Сильную боль в животе и повышение температуры сложно не заметить. И человек может какое-то время жить с воспалённым аппендиксом. Ходить на работу, в магазин, на фитнес… Это если он идиот и не идёт к врачу.
 
Откуда я всё это знаю? Один мой знакомый ходил с аппендицитом две недели. И ничего. Что и говорить, везёт дуракам. Мой же организм посчитал, что сигнализировать о воспалении в каком-то отростке слепой кишки необязательно. И мой аппендикс гнил, гнил и гнил… Пока его не разорвало к чёртовой бабушке! Ошмётки разлетелись внутри меня, как осколки гранаты, а следом за ними мою брюшную полость заполнили и инфильтрат, и прочие радости, которых там быть не должно. Надо ли говорить, что моим внутренним органам это не понравилось? И, конечно, все они сигнализировали по нейронам об этом мне в мозг дикой болью. Ну, и бойкотировали выполнение своих функций. Так что тянуть с операцией в моём случае значило то же, что и отправить прямиком в морг. Но операция в новогоднюю ночь — это ещё цветочки…
Тогда я как-то не задумывался, но сейчас уверен, что анестезиолог был нетрезв. Не берусь судить, насколько именно, но что-то он явно сделал не так. Потому что, лёжа на ИВЛ после операции, я всё время приходил в сознание. И, сказать по правде, даже не знаю, что хуже: то беспомощное состояние, когда не можешь ни шевелиться, ни говорить, ни даже дышать, или те кошмары, что мне виделись в беспамятстве. Чаще всего кошмары заканчивались для меня… летально. Либо на войне меня превращал в решето пулемёт, либо я падал с высоты на ограду, столбы которой стилизованы под копья, либо я летел в лобовое стекло автомобиля, а следом и в меня влетала арматура. Короче, мне не нравилось. И ведь даже одну звезду в отзывах больнице не поставить.
Шёл ли я при этом на поправку? Сложно сказать. Но что точно — коронавирус, подхваченный то ли в операционной, то ли в реанимации, выздоровлению не способствовал. Но был тут и плюс. Я уже и так был на ИВЛ.
Медленно умирать в одиночестве (если не считать компанией боль и кошмары), утыканным несчётным числом трубочек, было… Если честно, не знаю даже, есть ли что хуже. Не, было бы не так уж плохо, если проживи я хорошую жизнь, чего-то достигнув или просто сделав всё, что хотел. Ну, или много из того, что хотел. Ладно, хоть что-нибудь из того, что хотел. Но я понимал, что жизнь мною прожита ужасно скучная. Главное, вовремя понял, как раз тогда, когда уже поздно что-то менять…
Всю жизнь работал в офисе, не продвинувшись при этом наверх. Ни влево, ни вправо тоже не продвинулся. Что, в принципе, закономерно, поскольку свою работу я не любил. Ну, не то чтобы прямо ненавидел лютой ненавистью, но каждый день заставлял себя работать. И как-то особенно не задумывался об этом. Ну вот кто, в самом деле, любит базы данных? Нет, может, и есть такие маньяки, но я в их число не входил…
А ведь когда-то у меня были мечты, планы, семья была даже. Но я всегда шёл по пути наименьшего сопротивления. Поступил туда, куда было проще. Пошёл работать туда, куда сразу взяли. Женился на девушке, которая меньше всего требовала… До свадьбы, по крайней мере.
И вот, с трубками в носу, во рту и, кажется, вообще везде, с бережно привязанными к койке руками и ногами я обещал себе, что если выкарабкаюсь, то уволюсь из офиса, продам квартиру и отправлюсь путешествовать. Схожу на концерт какой-нибудь рок-группы, найду девушку, поужинаю в том ресторане, сыграю в боулинг...
Парадокс: было так плохо, что хотелось умереть, но в то же время умирать вот таким образом не хотелось. Нет, ладно бы я спасал человека из горящего дома или из проруби пытался вытащить. А то ни за что ни про что. И не сказать, что молодой и красивый, но ведь ни черта в жизни же не успел. Да даже не попытался успеть. Эх, Саша, Саша… Четвёртый десяток разменял, а ведь всё это время и не жил, а существовал. Но вот новая доза лекарства, заботливо вколотая медсестрой, подействовала, и я снова отправился гулять в мир своих кошмаров.