"Фантастика 2024-47". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Послышался хруст ломаемых веток. Потом звон обнажаемого клинка.
- Великий Асгард и все йотуны мира! Он что, боли не чувствует? -удивился Олаф, услышав эти звуки.
Кака Яма действительно спокойно освободился из колючих объятий и, обнажив оружие, прорубал себе дорогу в этом аду, направляясь на помощь к своим друзьям.
- Ноги не отрежь,- прохрипел Олаф, стараясь как можно осторожнее двигать челюстью.
- Твоя не бояться. Моя хорошо знать свой дело. Торкланд возблагодарил Одина, что тот распорядился как следует залепить песком его глаза и не дать узреть этого ужаса. Меч Кака Ямы свистел вокруг тела Олафа, то слегка скользя по его одежде, то обдувая смертельным ветерком лицо и голову, срезая ветки на расстоянии волоса от тела викинга.
Но чужеземец действительно знал свое дело: ярл не получил ни единой царапины. Ни одна иголка не заставила Олафа испытать хотя бы малейшую боль.
- Хорошая у Хэймлето-сан была меч, острая, как мой катана. Вставай, Олаф-сан, чего разлежалась.
Торкланд пошевелил рукой и ощутил позабытое чувство безболезненности. Он протер глаза и сел.
Вокруг славного ярла возвышалась стена все того же препротивнейшего кустарника, только он сидел теперь посередине просеки, проложенной трудолюбивым маленьким другом. Склон, по которому друзья попали сюда, имел внушительную крутизну, на нем хорошо выделялась дорожка, проложенная людьми. Олаф поморщился, переживая заново свое падение, и, выплюнув изо рта каменную крошку, отвернулся в другую сторону и выкинул из головы неприятные мысли.
Кака Яма тем временем усердно работал своим оружием, словно косарь на сенокосе, и даже что-то бурчал себе под нос.
- Ну и Один с ним,- проворчал Олаф,- пусть вытаскивает датчанина, я там все равно лишний.
Он удобнее пристроился на очищенном от веток пятачке земли и увлекся вытаскиванием застрявших в его теле колючек. Но закончить процесс ему не дали. Неугомонный Кака Яма, потренировавшись на ярле, столь быстро справился с освобождением конунга, что Олаф даже расстроился, ему так не хотелось вставать и куда-то идти. Да еще, возможно, придется тащить на себе Хэймлета с его перебитой ногой.
Но чужеземец сделал рукой останавливающий знак:
- Сидеть, сидеть, Олаф-сан, я лучше уметь делать дорога, ты мне только мешать. На гора не пойдем - там нет дорога. Надо рубить куста, там скоро быть хороший путь. Кака Яма все видеть.
"И когда он успел окрестности рассмотреть? Когда катился с этой сумасшедшей горы? Ну, тогда он просто не человек. Может, он вообще Локи, изменивший обличье, посланный следить за нами и делать всякие гадости. На досуге надо будет проверить",- думал Олаф, но все-таки был благодарен за отвергнутое предложение помощи.
С чистой совестью Торкланд продолжил начатое дело. Хэймлет, заботливо уложенный Кака Ямой рядом с Олафом, лежал без сознания, но, видимо, собирался скоро прийти в себя.
Прошло ну совсем мало времени, а маленький друг улыбался во весь рот, стоя рядом с викингами.
- Дорога готова, - жизнерадостно проговорил он. Хэймлет очнулся. Немножко отдохнув, Олаф решил посмотреть ногу товарища, он кое-что смыслил в костоправстве, и ему очень не хотелось таскать это хоть и тщедушное, но все-таки весомое тело на своем горбу.
К великой радости ярла, кости его юного друга оказались совершенно целыми, и ночь хорошего сна поставила бы его на ноги.
- Интересно, здесь-то хоть есть смена дня и ночи? - посмотрел на небо Олаф. Но, как и над Альвхеймом, никакого светила не обнаружил.
Отряхнувшись и почистив от иголок друг другу спины, путники начали спускаться сквозь аккуратно вырубленный кустарник.
- Если они там в своей стране все такие, то людям Севера когда-нибудь придется туго,- размышлял Торкланд, поглядывая на маленького приятеля и помогая передвигаться все еще сильно хромающему Хэймлету.
Кака Яма шел впереди налегке. Олаф безоговорочно признавал, что чужеземец сегодня уже очень много сделал для викингов и предоставил ему возможность отдохнуть, отвергнув все попытки маленького друга еще и взвалить на свою спину датского принца.
Как и обещал чужеземец, спуск скоро закончился, и люди очутились на полосе необычной дороги. Этот тракт был таким гладким, какого еще не видел ни один человек в Мидгарде. Ни ухабика, ни ямки, и покрыт чем-то вроде расплавленных камней, какие обычно выбрасывают огненные горы во время извержения.
"Какие диковинки тут только не встретишь! Дома расскажешь, так соседи слух пустят, что старина Олаф в последнем походе слишком крепко получил по голове",усмехнулся Торкланд.
ГЛАВА 5
Неожиданно внимание путников привлек жуткий гул, доносящийся откуда-то из-за поворота. Не сговариваясь, друзья скатились в траву, обнажив оружие. Как всегда, они были готовы дорого продать свою жизнь.
Чудовище не заставило себя долго ждать. Оно выскочило из-за горы и промчалось мимо со страшной скоростью, обдав схоронившихся людей ветром и зловонием. Грохоча на всю округу своей металлической броней, животное исчезло из виду.
- Оно съело человека,- проговорил Кака Яма.
- Да, я тоже видел у него в пасти какого-то мужика,- подтвердил Олаф наблюдения товарища.
Хэймлету было не до любопытства, он был всецело поглощен своей больной ногой. Но, когда возник вопрос, идти дальше по этой странной дороге или спускаться вниз по крутому склону, его мнение было однозначно - ползти вниз. Да с этим никто и не спорил, друзья были на редкость единодушны. Никому не хотелось встретиться с подобным чудищем на открытом месте. А могло так случиться, что в следующий раз в момент появления зверюги укрыться будет негде. Кто знает, какие еще сюрпризы подготовил им этот мир.
Дальше передвигаться стало легче. Заросли колючего кустарника остались позади, и самым трудным препятствием была обычная дикая груша, которая в Мидгарде в изобилии произрастает на горных склонах. Ее кривые ветви начинают расти довольно низко над землей, сплетаясь между собой и образуя сплошную крону. А стволы деревьев расположены буквально в шаге друг от друга.
В такой теснине даже маленькому Кака Яме приходилось пригибать голову и зачастую передвигаться бочком. Что же говорить о статном Торкланде, который складывался чуть ли не вдвое, кланяясь неказистым деревцам, а иногда и просто спускался на корточках. Конечно, в такой ситуации Хэймлету пришлось рассчитывать только на свои силы, но древесные стволы служили ему надежными поручнями, да и нога потихонечку начала расхаживаться.
Пройдя еще немного, путники выбрались из густой чащи на скалу, одиноко торчащую на поросшем лесом склоне горы.
Скала довольно круто поднималась вверх, своей каменистой лысиной внося разнообразие в серо-зеленое убранство обозримых окрестностей.
С ее вершины довольно неплохо просматривалась местность как вверх, так и вниз по склону. Оставив Хэймлета у подножия уступа, Торкланд и Кака Яма поднялись над верхушками карликового леса шагов на пятьдесят и с удовольствием вдохнули свежий ветерок, вольно гуляющий на высоте.
Гора, с которой они спускались, буквально поразила их воображение своими размерами. Прямой, почти без уступов склон равномерно подымался к небу и скрывался в серебристой дымке, окутывающей вершину на высоте нескольких миль.
До подножия было значительно ближе, и это искренне радовало Торкланда, тем более что далее откос становился более пологим и заросли карликовой груши, похоже, переходили в нормальный сосновый лес.
Необычная дорога, через которую они перебрались выше, серпантином опоясывала гору, и друзьям предстояло снова пересечь ее. Лента серой дороги пролегала совсем близко, под самой скалой, на которой устроились наблюдатели. А по ней двигалось железное чудовище.
- Слушай, Кака Яма-сан,- обратился Олаф к спутнику, мигом оценив обстановку,- давай попробуем напасть на него. Вон на вершине скалы лежит увесистый валун, который два таких славных мужа, как мы с тобой, могут попробовать сбросить вниз на голову этой каракатице. Во всяком случае, посмотрим, насколько твердая у него голова. Второго такого случая завалить этого монстра может и не представиться. Мы ведь уже столько бродим по этому миру, а у меня еще нет ни одного трофея, чтобы продемонстрировать соседям в доказательство, что я в своем уме, когда за кружкой эля я буду рассказывать им о наших подвигах.