"Фантастика 2024-47". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
Ужасный вой огласил окрестности. Огромная рука исчезла. Олаф бросился на четвереньки и стал судорожно шарить вдоль края огромного головного убора.
Славный ярл не помнил, как он протиснулся под шапкой и, кубарем скатившись в придорожный кустарник, помчался в лес.
На бегу викинг еще долго слышал страшные вопли, от которых деревья гнулись к земле. Торкланд бежал не оглядываясь. Разгоряченные побегом мысли покинули великого воина, и теперь им руководил холодный рассудок. "Если бы я так орал при каждом отрубленном пальце, меня бы в Урмани все куры засмеяли",- мелькнуло в голове у убегающего викинга.
Все пальцы великого воина были на месте, но в многочисленных схватках ему отрезали куски мяса поболе, чем палец, и Торкланд имел все основания со знанием дела презирать великана.
Однако Олаф не тешил себя иллюзиями по поводу своего противника. Викинг догадывался, что, лишь только боль отступит, Вальбранд непременно пустится в погоню. А то, что великан не так прост, как о нем думали асы, в этом Олаф успел убедиться. Торкланд стремился как можно быстрее скрыться от врага, а потом, когда тот потеряет след, попытаться освободить Тора. Если, конечно, Вальбранд в порыве ярости не размажет аса по дороге.
Великан пришел в себя раньше, чем ожидал Олаф. Сначала стоны перешли в ругательства, а затем за спиной беглеца раздался треск ломаемых деревьев.
Земля под ногами Торкланда резко пошла вверх, на место могучих деревьев пришел вьющийся кустарник, а еще через сто шагов на пути Олафа выросла скалистая стена.
Шум от производимых великаном разрушений был , совсем рядом, и Олаф, словно насекомое, пополз по камням, не отдавая себе отчета в том, что, поднимаясь выше, он открывает себя взору преследователя.
Что-то огромное пролетело мимо. Викинг едва успел увернуться от града падающих камней. Над воином был карниз, внизу...
Олаф остолбенел: прямо под ним находился Вальбранд. При желании великан мог легко дотянуться до Олафа. И похоже, что недавний камнепад был вызван как раз попыткой это сделать. Теперь Вальбранд старательно протирал глаза от насыпавшейся в них пыли. Ярл аж присвистнул: каждая такая пылинка могла убить быка, попади она ему в голову.
Торкланд подтянулся на карниз, понимая, что ему не уйти от великана. Тем более что к тому уже вернулась способность видеть и он готовился схватить за ноги дерзкого аса.
Вдруг чья-то рука сжала плечо викинга и сдернула в отверстие, в суматохе не замеченное Олафом. Ярл покатился в глубь пещеры, переворачиваясь с боку на бок и колотясь о камни. Наконец падение закончилось. Торкланд попытался рассмотреть своего спасителя или, быть может, нового противника. Перед ним стоял и улыбался Локи.
В первое мгновение викинг не мог прийти в себя, его мозг, сотрясенный многочисленными ушибами о камни, судорожно работал, стараясь прийти в обычный режим.
Конечно, могучая голова великого воина не раз принимала удары и посерьезнее. Но тогда на голове викинга был кованый шлем, так неблагоразумно оставленный им в фиорде на вершине холма. А как уже обратил внимание Торкланд, никто из народов, живущих в этом мире, доспехи ковать не умел. Разве что альвы клепали из жести что-то очень примитивное. Самой же мощной защитой воинов были куртки из грубой кожи с нашитыми сверху медными бляхами.
Викинг вытряхнул пыль из бороды.
- Локи, что ты тут делаешь? - спросил Торкланд, не найдя других слов в побитой голове.
- Я скрываюсь от Вальбранда. А ты, Олаф?
- Теперь я делаю то же самое, а до этого хотел его убить.
Локи понимающе кивнул и открыл было рот, желая еще что-то сказать, но пещеру тряхнуло, и ас свалился с ног, изрядно глотнув пыли, в изобилии покрывающей пол.
Не успел Локи откашляться, как удар повторился.
- Похоже, мы стали свидетелями землетрясения, хотя подобное явление в этих местах никогда не наблюдалось,- заметил Локи, продолжая выплевывать пыль.
- Эй ты, паршивый ас, выходи, пока я не разнес этот гадкий кусок камня. Я обещаю, что ты поживешь, пока мы доберемся до владений ванов,- разнесся подобно грому голос Вальбранда.
Торкланд собрался сказать в ответ какую-нибудь гадость, но Локи прикрыл ему рот:
- Не выдавай себя, Олаф. В конце концов, если мы будем сидеть тихо, великан может подумать, что ты разбился, и отстанет от нас. Его конь Свадильфари умчался, увезя в телеге весь его инструмент, а голыми руками Вальбранд вряд ли доберется до нас.
- И мы будем состязаться с ним, кто первый сдохнет от голода? - усмехнулся викинг.
- Не будем,- Локи одарил Торкланда многозначительной улыбкой,- я давно облюбовал эту пещеру, и у меня здесь есть все необходимое. Если ты освоился с шумом и тряской, я приглашаю тебя отобедать.
Даже если бы викинг не привык к раскачивающемуся под ногами полу, он все равно не смог бы отказаться от предложения аса. А когда кроме мяса его глаза обнаружили эль, Вальбранд был напрочь забыт, несмотря на все свои старания.
Олаф подробно описал Локи их поездку и, отбросив в угол очередную кость, уставился на товарища.
- Скажи мне, Локи, где ты украл ту чудесную кобылицу, которая так заинтересовала жеребца великана, или это опять было наваждение? - задал он асу давно мучающий его вопрос.
- Нет, это не наваждение. У меня получилось настоящее перевоплощение, настоящая магия. Понимаешь, Олаф, мне удалось превратиться в кобылицу. Я стал настоящей лошадью со всеми внутренностями, кишками и костями,- не без гордости в голосе заявил ас.
- Да! - засмеялся викинг.- Весь Асгард умрет со смеху. Ты, Локи, надолго станешь самым популярным из асов. Я думаю, у тебя просто отбою не будет от желающих послушать твой рассказ.
Локи хотел было что-то возразить, но его прервал новый раскат голоса Вальбранда.
- Я устал тебя выколупывать, паршивый ас, но ты сделал меня калекой, и я не сойду с этого места, пока не удостоверюсь, что ты издох от голода. А пока я отдохну. Но не думай, что тебе удастся воспользоваться моим сном. Со стороны входа в пещеру раздался треск, и вокруг потемнело.
- Он заткнул вход валуном. Глупый, он не догадывается, что моих припасов хватит на год,- усмехнулся Локи.
- Ты хорошо подготовился,- заметил Олаф.- Как будто предвидел, что это все должно случиться.
- Нет, я и не догадывался, что встречу тебя. Я собирался здесь жить. Ведь я не могу сейчас вернуться в Асгард.
Олаф удивленно посмотрел на Локи, но тот, не заметив в темноте выражения его глаз, продолжал:
- Я тебе только что говорил, что у меня получилось настоящее превращение. Так вот, конь Вальбранда накрыл меня в образе кобылы, и похоже, что я в положении.
Олаф аж подпрыгнул и больно ударился, неудачно приземлившись на острый камень, так некстати подвернувшийся под его зад. Выговорить он ничего не смог.
- Сам понимаешь, что появляться в Асгарде в таком виде я не могу. Скоро мой живот отвиснет до колен. Я останусь жить в этой пещере до тех пор, пока не придет время родов. Тогда я попытаюсь вновь превратиться в кобылицу и родить.
Олаф завороженно слушал товарища, под его мощной черепной коробкой подобная схема просто не укладывалась. Викинг зажмурил глаза и представил, что такое несчастье постигло его. Он вообразил, как у него в животе бьется чудовище, и ярла пробил холодный пот. Ни одному врагу Торкланд не пожелал того, что предстояло пережить Локи.
Неизвестно, сколько они просидели в темноте молча, Олаф - пораженный услышанным, а Локи, наверняка уже свыкшийся с этой мыслью, видимо, решил, что Торкланд заснул.
Тишину опять нарушил скрежет камней, потом что-то загрохотало, постепенно удаляясь.
- Эй, Олаф, ты еще жив? -раздался из мрака знакомый голос.- Иди на звук. Я отвалил камень, но сейчас ночь. Выберешься из норы, будет полегче. На небе такие звезды, каких я не видел со дня сотворения мира.
- А где наш добрый мастер? - осторожно поинтересовался викинг.- Он что, отпустил тебя, а заодно и попросил передать мне, что не держит на меня зла?