Советы для попаданки. Части 1 и 2 (СИ)

– Подожди, – я села прямо на каменный пол и обхватила колени. – Что ты имел ввиду, когда сказал, что сила управляет мной?
– А разве это не так? Вспомни, что ты чувствовала? Разве это были твои ощущения и мысли.
Я задумалась.
– Возможно, но это было…. Я такого никогда не испытывала…. Это была настоящая свобода!
– Еще немного этой свободы, и ты бы шагнула в бездну. А летать ты пока не научилась.
– Зачем ты это сделал? – не унималась я.
Некромант сел рядом.
– Если честно, то хотел проверить насколько ты сильна. У меня было предположения, что Натиэль заинтересовался тобой именно из-за природы твоей магии.
– Проверил? И как? – без особого интереса спросила я.
– Вполне рабочая теория, – будничным голосом, как будто и не рисковал моей жизнью, ответил Гарт. – У тебя действительно хороший потенциал. Но… такие как ты редко доживают до конца учебы.
– Это еще почему?
– Вас губит ваша сила. То, что ты сейчас почувствовала. Не будь меня рядом, и очередной маг воздуха уже бы лежал на дне моря.
– Если бы не ты, я бы вообще сюда не пошла, – огрызнулась я.
– Пошла бы. Тебя бы потянуло. Вас всех тянет.
– А ты эксперт в воздушной магии?
– И не только в ней, – некромант неожиданно улыбнулся и лукаво подмигнул.
Я растерялась. К тому, как он внезапно менял выражение лица, привыкнуть было невозможно. Да и мотивы мага яснее от таких перепадов не становились.
– Почему Натиэль попросил именно тебя за мной присмотреть? – задала я давно мучавший меня вопрос.
– Потому что я некромант.
– И что?
– Я единственный некромант в этой школе.
– Понятнее твой ответ не стал.
– Ничего, еще поймешь, – он легко поднялся на ноги и протянул мне руку: – Пойдем, а то на ужин опоздаем. А ты говорила, что хочешь есть.
  
Глава 8
 
И снова ступеньки. Неужели так сложно изобрести магический лифт? А то вниз-вверх, еще и на каблуках. Какой-то бесконечный урок физкультуры. Для фигуры оно, конечно, хорошо. Но не в режиме нон-стоп.
– А далеко эта ваша столовая?
– Обеденный зал, ты имеешь ввиду? – поправил меня некромант, легко сбегая вниз по ступенькам.
Конечно, ему каблуки ходить не мешали.
– На первом этаже.
Я едва не взвыла.
– И все-таки, не расскажешь, откуда ты? – наверное, раз в третий за сегодня спросил Гарт.
– Нет, – буркнула я, сосредоточенная лишь на том, чтобы случайно не оступиться. В глазах уже рябило от бесконечных ступенек.
– Усталость делает тебя откровенной. Я запомню, – спокойно отозвался некромант.
Издевается? Я внимательно посмотрела на него. Но на лице никаких эмоций. Вот же. Пенек бесчувственный. Или лучше сказать камень надгробный? Ему по профилю ближе.
Когда эта проклятущая лестница наконец-то закончилась, я едва не разрыдалась от счастья. Все, больше никаких жертв ради красоты. Хотя бы на этой неделе.
– Считай, почти пришли, – подбодрил меня Гарт.
Мы пересекли огромный вестибюль первого этажа, свернули в широкий коридор и оказались перед распахнутой дверью обеденного зала. На вскидку, кафешка со средним ценником в пятьсот рублей. В такие ходят обедать среднестатистические менеджеры. Я тоже, признаться, время от времени захаживаю. Но не часто. Там ко мне начинали клеиться скучные мальчики в мятых галстуках и с красными от недосыпа глазами.
Но вернемся к залу. Приличных размеров пространство с высоким сводчатым потолком, мозаичный пол, на котором в хаотичном порядке расставлены небольшие деревянные столики. Огромные окна без портьер с причудливыми цветными рисунками. Правда, разобрать, что там изображено, мне так и не удалось.
– Что видишь? – спросил некромант.
Я подозрительно на него посмотрела, чуя подвох. Вроде ни тон, ни выражение лица у мужчины не изменились, но я поняла – ответ для него важен.
– А что видишь ты? Это волшебные окна? – я решила сначала побольше разузнать.
– Значит, ничего, – кивнул он, сам отвечая на свой вопрос.
Я обиделась. Неужели так сложно ответить. Еще один напыщенный индюк на мою голову.
 
– Не дуйся, – подал голос некромант. – Каждый видит в витражах что-то свое. Чем яснее картинка, тем определеннее судьба. Если ты не можешь ничего разобрать, значит, твое будущее не определено.
– А ты видишь что-нибудь? – теперь мне действительно стало любопытно.
Он усмехнулся.
– Я некромант. Для меня эти стекла прозрачны.
– Почему?
– Потому что я сам определяю свою судьбу.
Он произнес это очень просто. Без самодовольства или пафоса. Всего лишь озвучил всем известный факт.
– Ладно, пойдем. Ты же хотела есть.
Гарт направился к одному из столиков, стоявших со стороны окон. Там студентов не было совсем, да и вообще зал оказался полупустым. Магам пища не нужна? Или они на диете и после шести не едят. Кстати, а который сейчас час? Я покрутила головой, но часов нигде не увидела.
– А сколько времени? – спросила я у некроманта, подходя к выбранному им столику.
– Часов семь, – отозвался брюнет, галантно отодвигая для меня стул. – Прошу.
Я села и снова огляделась. Тут у них самообслуживание или как? Я уже собиралась спросить, когда передо мной появилась тарелка с оранжевым супом и мисочка с сухариками.
– Эм, – я в задумчивости посмотрела на кушанье. – А почему он такого цвета?
Некромант, тоже осчастливленный супчиком, уже топил в нем сухари.
– У поварихи сегодня хорошее настроение.
– Мда, страшно представить, какого цвета суп, когда у нее плохое настроение.
– Болотного. И не только на цвет, но и на вкус. А оранжевый – это еще хорошо. Вот когда она была влюблена, вся школа целый месяц розовый борщ на обед получала. И обязательно с блестками или стразиками.
Я взяла ложку и с опаской потыкала в подозрительное варево. Но ничего противозаконного не углядела. Неровно нарезанная капуста и лук дрейфовали на поверхности, на дне просматривались залежи картофельных кубиков и морковки. В общем, суп как суп. Только оранжевый.
Некромант тем временем успел утопить большую часть сухарей и принялся за еду. Решив, что если он не отравился, то мне тоже ничего не грозит, я осторожно попробовала супчик. И едва не выронила ложку. Это оказалось действительно вкусно. Вроде ничего особенного – картошка, морковка, капуста, а язык проглотить можно.
– Вкус тоже зависит от настроения, – понимающе пояснил Гарт.
– Представляю, какое великолепие было, когда ваша повариха влюбилась.
– Не угадала, – поморщился он. – Тогда все было приторно сладкое. Даже мясо. Подозреваю, чувство влюбленности пропало у мадам Кларисы не без помощи магистров.
– Мда, любовь – зла.
Вспомнила я поговорку, которая сейчас приобрела неожиданный смысл.
– Что, прости? – не понял маг
– Ну, есть такое выражение. Любовь – зла.
– Впервые слышу. Но мне нравится, – он о чем-то задумался и на губах заиграла едва заметная улыбка.
С супом я разделалась быстро. Даже очень быстро. Но не успела тарелка опустеть, как на ее месте возникло второе блюдо – здоровенный бифштекс с оранжевым картофельным пюре и красиво нарезанными овощами по краю. В центре с вызовом торчала красная веточка укропа.
– Укроп лучше не ешь, – сразу предупредил Гарт.
– Это почему?
– Он красный, видимо, когда Клариса его добавляла, кто-то ее разозлил. Если не любишь сильно острое, не рискуй.
Я поспешно отодвинула веточку коварной зелени на край тарелки. Посмотрела на кусок мяса и поняла, что столько не съем. А затем вспомнила про Эдика.
В следующую секунду я представила, как заворачиваю кусок мяса в салфетку и воровато оглядываясь, засовываю его в карман. Воображение заодно нарисовало и выражение лица некроманта, созерцающего эту картину. Наверняка ему будет очень интересно, кого я решила облагодетельствовать кларисиными шедеврами.
Тут же вспомнилась тетя Женя, мамина двоюродная сестра и ее легендарная жилетка. Про тетю Женю среди родни ходили сказки и мифы не хуже, чем о героях Древней Греции. Эта предприимчивая женщина посещала все праздники, свадьбы и похороны, куда ее звали, да и куда не звали тоже умудрялась просочиться. И на все мероприятия она являлась в своей неизменной цветастой, словно цыганская юбка, жилетке с секретом. Секрет заключался в том, что с внутренней стороны к легендарному предмету гардероба были пришиты многочисленные карманы. В них тетя Женя складывала все, что не могла съесть. Не удивительно, что больше всего родственница любила посещать фуршеты. Хотя не отказывалась и от простых застолий. Ходили слухи, что как-то она даже утащила с собой пол-литра борща, перелив его в целлофановый пакетик.