По следам обречённых душ (СИ)

— Как интересно, — Элисар вздыхает со смехом и приводит себя в чувства. Понизив голос, он ловит взгляд Малера и продолжает: — Вам нравится хранить тайны, да? Тогда я считаю своим долгом снова сунуть нос в ваши дела. Сами вы, очевидно, ничего объяснять не собираетесь, так что мне остаётся только немного покопаться в твоём бельишке. Уж не знаю, что творится с твоей подружкой, но вина явно лежит на тебе, не зря её бешеный братец не даёт ей встретиться с тобой. Но ты ведь и сам начал избегать своего шпица, как интересно!
Присфидум сглотнул и побледнел еще больше. Он бросил встревоженный взгляд на подругу, которая постепенно приходила в себя, на мечущую молчании Калесу и после обратно на Ингелео.
Элисар хоть и насмехался, но не видел ничего забавного в происходящем. Раз уж ему одному не выбраться из дерьма, в котором он увяз, то так или иначе придётся заручиться поддержкой со стороны. Смутьян посчитал эту ситуацию за шанс. Может он и не притягивает людей, как Эльтен или Флатэс, но во всяком случае может найти свой способ подступиться к другим. Тем более что обычно забитая Лания, фальшивый Флатэс и язвительная Лаура стояли интересовать его куда больше, чем он того бы мог желать.
Академия кувелов,комната Малера и Флатэса
За ночь Флатэсу так и не удалось сомкнуть и глаза. Его мучали призраки прошлого, слова Ингелео и недосказанность Малера касаемо Лании. В придачу ко всему, он вернулся настолько уставшим и опустошённым, что совершенно забыл дополнительно обработать руки от ран, а потому кожу сильно саднило от любых неосторожных движений. Академец смог вздремнуть всего несколько часов, а к моменту пробуждения почувствовал себя абсолютно разбитым.
Первым делом, он таки смазал руки, замотал бинтами и натянул поверх митенки. Убедился, что поражённая ожогами кожа не видна и выдохнул. Просидел на постели не меньше получаса, прежде чем понял, что не осилит занятия. После этого забрался обратно в кровать, где сон таки взял верх и академец заснул.
Проснулся уже ближе к вечеру с гудящей от боли головой. Ему потребовалось несколько минут, чтобы привести себя в порядок и собраться с мыслями. Тем не менее Флатэс сверлил время ещё минуту, пока в дверь не раздался стук. Плохо соображающий задорный парнишка поднялся с кровати, заметил на тумбе свиток, вероятно оставленный Малером.
Игнэйр мог стерпеть что угодно, но не нынешнее поведение друга. Пусть он и понимал, что Присфидума что-то держит рядом с Калесой, но не понимал, почему ему приходится отрекаться от всех друзей ради неё. Из-за этого злость, что уже давно переросла в ненависть к Амкапир, закипала в венах. Озорной парень уже тогда принял для себя решение — он не простит такое поведение ни одному из них.
Запрятав свиток в дальний угол тумбы, академец таки поднялся с кровати и поплёлся к двери, за которой кто-то начал бесноваться. Стуки становились всё напористее и злее. Не желая жертвовать дверью, Флатэс тяжело выдохнув и щёлкнул замком. Только он успел повернуть ручку, как в комнату бесцеремонно вошёл Ингелео, облокотившийся о дверной косяк. За его спиной стояли Лания и Лаура. Подруги улыбнулись и помахали ему, пока смутьян брезгливо скривился от вида хозяина комнаты.
Не дожидаясь приглашения, он вошёл внутрь и плюхнулся на один из стульев, вальяжно на нём развалившись. Флатэс сделал пригласительный жест подругам. Лаура качнула головой и уверенно прошла внутрь, а следом робко зашла Лания, перед этим убедившись, что второй хозяин комнаты отсутствует.
— Как спалось, принцесса? Пробуждение лёгкое? — насмехался Ингелео.
— Если бы не твоя рожа, может бы и было, — хрипло буркнул Флатэс. — Я, знаешь ли, не готов есть поганки с самого утра.
— Уже вечер, а поганки есть вообще нельзя, — парировал Ингелео. — Пакуй бубенцы в штаны и пошли на встречу с этими твоими сопротивленцами.
Флатэс сощурился, подхватил подушку с кровати и прикрылся, ощущая, что его щёки слегка запылали.
— Чего это ты в хорошем настроении? И откуда такой энтузиазм? Девчонки, вы с ним что-то сделали?
 
— Да я к этому «чуду» человечества ближе чем на метр не подойду, меня всё еще воротит от его рожи после воспеваний Инетты, — пожала плечами Лаура.
— На самом деле он сам привёл нас к тебе, — ответила Лания. — Ингелео весь день ходил и искал тебя. Чуть душу из нас не вытряс.
— Цыц, женщины! — спокойно отозвался Элисар.
Осмотрев спинку стула, он подхватил джинсы и бросил их прямиком в Флатэса. Гость недовольно скривился, наблюдая за бывшим другом, а после наставил на него палец.
— Не вижу твоих телодвижений или наш малыш застеснялся?
— Может нам выйти? — смутилась Лания, отворачивая голову.
— А как же стриптиз? — возмутилась Лаура и обе девушки тихо захихикали. — Не заставляй нас ждать, — она игриво подмигнула Флатэсу, после чего его щёки зарделись ещё сильнее.
— Извращенки какие. Ладно Лаура, но Лания, — изумился Флатэс, когда ему в лицо прилетел порыв ветра, раздувший волосы.
— Меньше болтовни, больше дела. Время уже подходит. Шевели булками.
— Откуда такая спешка? — хмыкнула Тэнкальт.
— У меня есть к ним пара вопросов. Не просто же так отдавать свиток! — поражённо пожал плечами Ингелео, а после подскочил со стула. — У тебя есть минута, больше ждать не будем.
Напоследок смутьян снова запустил в Игнэйра порывом воздуха и только после этого вышел вместе с девушками.
Глаз Флатэса начал подёргиваться от хамского поведения. Тем не менее он не хотел, чтобы Ингелео перешёл к более мощной артиллерии, а потому поспешил со сборами. Откинул джинсы обратно на стул, достал из шкафа свободные шорты, сменил футболку и наспех почистил зубы. Оглядев комнату, подхватил из тумбочки свиток и ключи, после чего вышел.
До назначенного места встречи ребята шли, разбавляя тишину беззаботными разговорами. Флатэс изредка вставлял фразы, пока снова не адаптировался. Настроения шутить не было, а потому он просто старался поддержать болтовню. Ингелео, пусть и держался отстранённо язвил куда меньше обычного. Лания игнорировала его обращения «шпиц» и рассказывала Лауре о ночи, когда ребята пробрались в академию. Сам Флатэс, как ни странно, ощущал себя в этой компании спокойно и умиротворённо. Ему впервые за долгое время захотелось побыть самим собой, если бы он помнил какого это.
Скрываясь за масками шутника и шумного оптимиста, он уже успел слиться с этим образом и потерять своё истинное «я».
Когда компания добралась до реки Светлой Девы, то всё те же двое сопротивленцев сидели на том берегу и беспечно о чём-то разговаривали. Однако спустя минуту наблюдения за ними, он заметил некую неловкость. Когда академцы подошли достаточно близко, то парочка неспешно поднялась. Ребята всё так же находились на разных берегах.
Флатэсу показалось это очень ироничным, ведь они и правда живут в разных мирах, а торопиться и ступать на опасный путь сопротивления ему ой как не хотелось. Прежде чем встречаться с опасностью, он решил сначала найти себя и только после этого выбираться в большой и страшный мир. Притворство надоело до тошноты.
— Он у вас? — от сопротивленца исходила властность, но вместе с тем он внушал доверие и надёжность. На какую-то долю секунды, Флатэсу захотелось податься ему на встречу, но он успел одёрнуть себя.
Достав свиток из кармана, Флатэс помахал им в руке, а после оглянулся на Ингелео.
— Если вы не против, этот парень с недовольной рожей хотел бы что-то у вас узнать, — заговорил он, заметив, что Элисар словно чего-то выжидает. Огненный парень подавил порыв закатить глаза на подобную театральность. Казалось, что смутьян ждёт момента, когда его представят подобно правителю канта: с громкими воспеваниями, торжественной музыкой и бурными овациями. — Извини, как твоё имя, не могу же я постоянно обращаться к тебе неопределённо?
— Эпкальм. Смотря что, — невозмутимо ответил тот, уперев одну руку в бок. Он чуть сощурил глаза изучая каждого из академцев.
— Мой друг недавно ушёл на службу в седьмой орден, я немного переживаю из-за его странных тренировок и заданий. Может вам что-то известно на этот счёт? — заговорил Элисар и подошёл к самому краю берега.