Громила (СИ)
— Чисто.
Развернулась, взяв коридор на прицел. Интересно, почему она на сей раз использовала перекат, а не прыжок? Ожидала атаки не только сверху, но и сбоку по среднему уровню?
Да, тактика зачистки зданий от монстров и правда сильно отличается от обычной. Они не стреляют, но любят нападать сзади и сверху на входящих в помещения. Мне остро захотелось гранат. Тех, которые не фрукты. И побольше, побольше. Ящик. Или два. Лучше три. Но чего нет, того нет. Потом спрошу у Иглы, почему так.
Пятясь, я вошёл в коридор.
— Дверь, — не оборачиваясь, скомандовала Игла.
Я закрыл и заклинил двери.
— Готово.
— Идём дальше. Осматриваем помещения. Я вхожу, ты прикрываешь. Потом заклиниваем двери. Там, где они остались.
Последняя реплика была не лишней. Дверь первого помещения, к которому мы подошли, лежала внутри.
Всего в коридор выходило шесть дверей. Каждая из них вела в одно- или двухкомнатную квартирку. Мы входили, осматривали их на предмет монстров или документов и шли дальше. Каждую уцелевшую дверь заклинивали колышками. Дважды. Первый раз когда входили, второй — после выхода. Первую квартиру забаррикадировали, забив в дверной проём поставленный вертикально диван.
Во всех квартирах царил разгром. Большая часть мебели переломана. Одежда и постельное бельё изодраны в клочья. Однако, нигде не было видно пятен крови. Всё выглядело так, словно кто-то врывался в пустые квартиры и вымещал на вещах ненависть к их обитателям.
В инвентарь отправлялось всё, что могло представлять хоть какой-то интерес. Блокноты, письма, рисунки, фотографии. Всё, что уцелело.
Закончив с осмотром правого коридора, мы направились в левый. Здесь было всего три помещения. На одной стороне ещё одна квартира и обширная кладовая, сейчас пустая и разорённая. На другой — пищеблок. Кухня и небольшая столовая. Кровавые полосы на полу вели именно сюда.
В столовой мы увидели, с чем нам придётся иметь дело.
— Гмор, — произнесла Игла, указывая стволом на лежащее среди опрокинутых столиков тело. — Явно продукт химеризации с человеком в основе.
Да, в основе этого явно был человек. Вероятно, мужчина, но точно уже не определить. Между ног ничего. Голова, шея и туловище монстра были человеческими. По очертаниям. Конечности… Рассмотрев их поближе, я понял, что конечности тоже человеческие, но с изменёнными пропорциями. А ещё их было восемь. Из плечевых суставов торчали по две руки, из тазобедренных — по две ноги. Все конечности длиннее нормальных. А вот пальцы на руках наоборот, были несколько короче, зато толще и оканчивались внушительными когтями. Ступни тоже подверглись изменениям. Пальцы на них были более длинными, чем у людей. Такой же длины, как на руках и тоже когтистые. Кисти рук и ступни — толстые и мускулистые. Я такие видел у некоторых борцов. Видимо, у твари мощная хватка.
Гмор лежал на спине, запрокинув голову и распахнув пасть. Да, ртом это назвать было нельзя. Именно пасть, усеянная острыми зубами. У монстра не было щёк, поэтому пасть распахивалась широко, почти до горла.
Кожа гмора выглядела как запёкшаяся на открытой ране кровь — тёмно-коричневая и бугристая. Из-за этого я не сразу понял, что монстр перемазан кровью. Догадался об этом, только разглядев характерные разводы на зубах.
Большое, размазанное кровавое пятно на полу рядом с гмором и лежащий неподалёку пистолет не оставляли сомнений в происхождении разводов на зубах монстра. Равно как и проливали свет на причину его гибели. Пять пулевых отверстий в левом подреберье гмора красноречиво свидетельствовали, что убитый им человек не был покорной жертвой и продал свою жизнь настолько дорого, насколько смог.
Пистолет Игла подобрала и спрятала в инвентарь.
— Ну, вот и второй агент нашёлся, — резюмировала она, потом продолжила, — Обрати внимание на конечности.
Охотница ногой перевернула гмора лицом вниз. После этого я разглядел то, что сразу не бросилось в глаза: в таком положении ноги гмора смотрели коленными суставами вверх, как у паука или жука. Прямоходящим он явно не был.
— Понимаешь, как он передвигался?
— Примерно. Бегал на манер паука, так? С туловищем в горизонтальном положении?
— Да. Поэтому основное внимание на нижний уровень. Не знаю, могут ли они бегать по вертикальным поверхностям. Когти мощные, но следов на стенах и потолке не видно. Каких либо присосок или щетинок, как у насекомых, тоже нет. Всё же не расслабляемся. Кто знает, что здесь вывели. Может, это не единственный тип местных гморов. Всё. Здесь делать больше нечего. Идём вниз. Порядок движения тот же.
Перед входом в подвал Игла остановилась и достала из инвентаря четыре толстых картонных цилиндра длиной сантиметров двадцать, с колечком на торчащем в одном из торцов шнурке. Отдала два мне. Пояснила:
— Световые гранаты. Дёргаешь за кольцо, бросаешь, зажмуриваешься. Лучше отвернуться или закрыть лицо руками. Вспышка очень мощная. Задержка — три секунды. И вот ещё, — в руках охотницы появилось несколько похожих цилиндров, но тоньше и длиннее, — фаеры. Гранаты пока прибери. Их много не надо, одной на помещение за глаза хватает. Бросаем гранату, вспышка, бросаем фаер, отстреливаем всё, что видим. Они привыкли сидеть в темноте, поэтому любой свет наш союзник.
— Осколочных нет?
— Гранат? Нет. Почему — объясню потом. Пошли. Ты впереди. Твой сектор левый, мой правый.
Стволы «Бранов» смотрят в темноту. Пальцы на курках. Спускаюсь до середины лестницы. Сюда ещё достаёт свет сверху. За спиной щёлкает фонарь. Узкий луч пронизывает темноту передо мной. Впереди — пустое пространство.
— Глаза.
Сзади раздаётся сочный «чпок» и над плечом пролетает граната. Зажмуриваюсь и закрываю глаза предплечьем. Вспышка настолько мощная, что свет пробивается сквозь веки.
Впереди визг и рык. Звук упавшего тела. Открываю глаза. Вниз летит фаер.
— Вперёд!
Я впереди, Игла на полшага за мной врываемся в освещённый красным светом подвал.
Шесть гморов. Такие же как тот, в столовой. Визжат именно они. Катаются по полу, держась лапами за лица. Они нас явно ждали. Дождались.
Открываю огонь из обоих стволов. По-македонски. Справа часто хлопает карабин Иглы. В каждого гмора по четыре пули. Чтоб с гарантией.
В свете фаера и вспышках выстрелов вижу, как в глубину подвала убегает что-то крупное. Доворачиваюсь, ловлю в прицел и стреляю дуплетом. Раздаётся визг, цель прыжком вправо уходит с линии огня и скрывается за кирпичной стеной.
Подвал идёт под зданием влево. Справа только небольшой закуток с клетками. Сломанными и пустыми. Толстые прутья частью выворочены, частью погнуты.
Включаем Проницательность. Над всеми гморами висят серые надписи «Гмор». Ниже такой же серый социобар. С этими всё.
— Глаза.
Вслед убежавшему монстру летит вторая граната. Вспышка. Рёв. Грохот. Треск. Бросок фаера и команда Иглы:
— Вперёд!
Врываемся в большое помещение. В правом углу, среди обломков мебели ворочается хрень раза в два больше меня. Хрень ревёт, закрыв голову лапами. Что-то ещё рычит из глубины подвала. В том направлении Игла кидает ещё один фаер. «Браны» смотрят на ревущую тушу в углу. Стреляю. Успеваю всадить в монстра шесть пуль и глохну от оглушительного рёва. Огромная туша летит на меня. Две пули навстречу не останавливают его. Увернуться не успеваю. Монстр врезается в меня и сбивает с ног.
Падаю со страховкой, но удар об пол всё равно выбивает воздух из лёгких. Тяжеленная туша придавливает сверху. Тело тяжелеет. Перед глазами плавают цветные круги. Не могу пошевелиться. Мелькает мысль, что всё, отбегался. Монстр не шевелится.
В отдалении снова звучит рёв и выстрелы из карабина. Рёв обрывается.
Приближаются шаги. Голос Иглы. Звуки доходят как сквозь вату.
— Эй, ты там как, живой?
Хочу ответить, но не могу говорить. Игла подходит вплотную.
— Сообщения о твоей смерти нет. Оглушение словил? Как пройдёт, рукой махни или ногой дрыгни. Помогу вылезти. Одной мне его с тебя не снять. В нём не меньше трёхсот кэгэ.