Громила (СИ)

— Фридрих, — обратилась к нему Бриошь, — позвольте представить вам мистера Змея. Это тот самый подающий надежды юноша, про которого я вам рассказывала. Змей, — продолжила она, обращаясь ко мне, — познакомьтесь, это мой старинный приятель, Фридрих Крамп-Геллер. Полагаю, вы о нём уже слышали?
— Здравствуйте, Бриошь, добрый день, мистер Крамп-Геллер. Рад знакомству. Признаться, пока именно о вас слышать не доводилось, но при мне упоминали некую Эрнестину Крамп-Геллер. Случайно, не ваша родственница?
— Взаимно, мистер Змей, — Фридрих неожиданно приветливо улыбнулся. Надо же, а на первый взгляд он показался мне сухарём. — Эрнестина — моя дочь. Не расскажете, в каком контексте вам довелось о ней слышать? Надеюсь, это не были… порочащие её слухи? Полагаю, вы понимаете, что, будучи моей дочерью, она постоянно находится в центре внимания?
— Нет, что вы. Просто упоминание: «А вы что, ожидали увидеть здесь Эрнестину Крамп-Геллер?». Тогда я подумал, что речь идёт о ком-то очень известном, вроде актрисы или певицы.
Бриошь отозвалась на мои слова тихим смешком.
— Вот видите, Фридрих, я же говорила, что мистер Змей совсем недавно в наших краях и даже не знает, кто вы такой.
— Теперь я в этом убедился. Мистер Змей, присаживайтесь. — Фридрих указал на стоящие возле кофейного столика кресла. — Чай, кофе?
— Чай, пожалуйста.
Я занял одно из кресел и дворецкий, до этого безмолвно стоявший у двери, подошёл, взял стоящий на столике фарфоровый чайник и наполнил одну из чашек. Крамп-Геллер сел напротив, налил себе кофе и обратился ко мне:
— Мистер Змей, полагаю, вам не терпится узнать, зачем мы вас пригласили. Речь пойдёт как раз об Эрнестине. Точнее, о её безопасности.
Начало мне не очень понравилось. Если безопасности дочери такого вот богатенького буратины, как Фридрих, что-то угрожает, то любой, кто влезет в эту ситуация автоматически станет мишенью. К тому же я никаким местом не телохранитель. Предложат охранять девицу — откажусь. Не моя специальность.
Однако, как оказалось, речь шла совсем не об этом.
— Эрнестина учится в пансионе для девочек в Лайонсбридже, — продолжил Фридрих. — Это одна из лучших школ на континенте. Там учатся дети многих богатых и влиятельных людей, поэтому безопасность учениц обеспечивается на довольно высоком уровне. Однако, все меры охраны в школе рассчитаны на людей.
Рассчитаны на людей? А на кого не рассчитаны? На игроков? Или… Нет, игроки не станут нападать на школу. Система не позволит сделать это без штрафов. Значит всё же «или». Угрозой объекту, меры безопасности которого рассчитаны на людей, могут быть только монстры. Именно они обладают более высокими характеристиками, чем коренные обитатели «Нуара».
— Вы полагаете, школе угрожают монстры?
— Да. Возле Лайонсбриджа расположена алхимическая лаборатория. Чем там занимались — неизвестно. Работники жили в общежитии при лаборатории, в город выбирались редко, с местными особо не общались. Ограничивались, в основном, покупками в магазинах. Некоторое время назад там что-то произошло. Жители Лайонсбриджа не сразу заметили, что никто из алхимиков давно не появлялся в городе. Обратили внимание только тогда, когда начали исчезать люди. Естественно, мне сразу стало об этом известно. Я послал своих людей провести расследование. Они приехали в город, поселились в гостинице, собрали информацию, отправились проверить лабораторию и исчезли. Успели только оставить в гостинице отчёт о первых результатах расследования. Это были отлично подготовленные и вооружённые профессионалы, но они не смогли противостоять тому, с чем столкнулись в лаборатории. Это убеждает меня, что их противниками были не люди.
— Почему вы обратились ко мне? В Ист-Харборе есть как минимум одна команда охотников на монстров.
— Вы про команду Иглы? Они сейчас недоступны. Сама Игла в городе, но её партнёры в отъезде и прибудут в лучшем случае дней через десять. Одна она работать отказывается.
Стало понятно, почему обратились ко мне. Игла отказалась, и Бриошь предложила мою кандидатуру. Так сказать, по знакомству. Я не специалист по монстрам, но если речь идёт о безопасности детей, то я в деле. Можно не уговаривать. По большому счёту, даже если сложится неудачно, я практически ничего не теряю. За исключением некоторого количества опыта. Но опыт можно набрать снова, а местные дети в точке респа, если что, не воскреснут. Постараюсь всё же подписать на это дело Иглу, но если она откажется, пойду один. Ну и заработать на этом деле постараюсь по максимуму.
 
— Вводную принял. Что по оплате?
— У вас определённо есть хватка. Пять тысяч.
— Ого. Солидно.
— Речь идёт о безопасности моей дочери. И не только её. Скажем так, работа оплачивается вскладчину.
— Зря вы это сказали, — я не смог удержаться от усмешки, — теперь вы выглядите скупердяями. Не вы лично, а вся компания заказчиков. Оценить безопасность… сколько там девочек учится? Несколько десятков, не меньше?
— Чуть больше сотни.
— Так вот, оценить безопасность сотни девочек в жалкие пять тысяч фунтов — явный признак жлобства. Особенно с учётом того, что все девочки — дочери богатейших людей континента.
Крамп-Геллер расхохотался.
— Мистер Змей, а вы умеете торговаться, — сказал он, отсмеявшись, — естественно, ни я, ни другие… заинтересованные лица, не станем экономить на безопасности наших детей. Но и переплачивать мы тоже не будем. Десять тысяч и не пенсом больше. Если вы отказываетесь, мы обратимся к охотникам из других городов.
Воттак сразу взял и удвоил? А ведь этот Фридрих тот ещё жучила. Явно с самого начала был готов предложить десятку, но решил сэкономить.
— Я согласен. Кстати, я не собирался поднимать цену. Просто решил пошутить. Но, раз уж вы предложили, отказываться от десяти тысяч не буду.
Ответом ему стал звонкий смех Бриошь.
— Фридрих, — еле выговорила сквозь смех старая леди, — вы не находите, что мальчик полностью оправдывает своё имя?
— Определённо, так оно и есть. Мистер Змей, родители дали вам имя, удивительно подходящее вашему характеру.
«Родители меня воспитали, — мог бы ответить я Фридриху, — а позывной я заработал сам». Мог бы, но не стал. Вместо этого попросил разрешения воспользоваться телефоном.
Иглу к этому делу я привлеку в любом случае. Как минимум, в качестве консультанта.
— Котяру за такое выполнение задания не награждать надо, а кастрировать! — Приговор Иглы апелляции не предполагал. — Две недели таскаться с нубом, наколотить кучу опыта и бабок, и не объяснить элементарных вещей! Не расстраивайся, малыш, тётя Игла займётся твоим воспитанием и позаботится о нормальных подгузниках. Сначала едем в Гимназиум, будем учить Распознавание.
Уговорить Иглу присоединиться оказалось довольно просто. Узнав, что я подписался на эту работу, охотница сразу согласилась присоединиться и назначила встречу у Билла Каннингема. Вот там-то, за кружкой пива, она и вынесла свой вердикт относительно качества работы детектива.
Как оказалось, Кот не рассказал мне о «Нуаре» очень многое. Например, не упомянул о защитных свойствах одежды. Ни словом не обмолвился о таком полезном навыке, как Распознавание, который, по словам Иглы, стоил всего-то пятёрку. И который позволял… Многое позволял. Распознавать свойства и характеристики предметов, например. Особенно полезен он был для охотников на монстров и алхимиков. Например, применив Распознавание, можно было определить, ценен тот или иной орган монстра или нет. А если ценен, то чем именно.
В Гимназиуме мы прошли в затерявшийся на задворках огромного комплекса одноэтажный домик. Там, в нескольких комнатках, сидели учителя навыков. К изучению предлагались Проницательность, которая у меня уже была, Распознавание, которое мне предстояло изучить, а так же Воспитательная работа, Наставничество и Первая помощь.
Распознаванию учил мелкий лысый старикашка с тонкими усиками. Смуглый и слегка раскосый, из-за чего его можно было принять за китайца. Когда мы вошли, он с невозмутимым видом сидел за небольшим квадратным столиком, накрытым синим бархатом. Получив свою пятёрку, дедок усадил меня на табурет, встал передо мной, положил узкую, сухую ладонь на лоб и вполголоса произнёс: