Алан Шни (СИ)

— Ок, — просто сказал я в ответ.
Мы начали осторожно, держась за стенку, подниматься вверх по лестнице, смотря под ноги, так как она была конкретно так захламлена обломками, мусором и кусками бетона. Когда мы вышли на улицу, нам предстал вид полной разрухи: по всем домам и улице были разбросаны осколки, а также отовсюду торчали куски арматуры, которые на большой скорости сносили все препятствия на своём пути. То тут, то там валялись изломанными куклами люди, а в воздухе уже были слышны вой сирен и полные боли стоны бедолаг, которым очень не повезло.
— Кхе-кхе… — на мгновение скривившись из-за прострелившей меня боли, тут же продолжил. — Думаю, нам стоит отойти подальше, — сказал я, пытаясь прокашляться от той смеси пыли и дыма, которая попала в лёгкие.
— Ага… — заторможено сказал Кирилл, слеповато оглядываясь по сторонам. — Мы тут ничем не поможем, чай не на медиков учились.
— Слушай, а тебе не кажется запах странным? — недоумённо сказал я, принюхиваясь в тщетных попытках уцепиться за промелькнувшую и тут же угасшую паническую мысль. — А то что-то знакомое, но вспомнить, хоть убей, никак не могу, да и, зараза такая, на языке вертится.
Повторив мой манёвр и принюхавшись, он мгновенно побледнел и, подняв на меня взгляд, полный паники, сказал.
— Газ… — тихо сказал он и уже на куда более повышенных тонах выкрикнул. — Это чёртов газ! Надо срочно валить отсюда, пока мы не взлетели на воздух!
Мгновенно собравшись, несмотря на боль мы быстро и со всей доступной нам скоростью поковыляли как можно дальше отсюда и, спустя примерно тридцать секунд, за спиной опять прогремел взрыв: не такой сильный, но и не слабый, благодаря которому мы опять дружно завалились на землю.
— Хух, повезло, что отойти успели… — с долей облегчения прохрипел мой друг, но стоило ему увидеть меня, как он сразу замолк.
Что со мной было? Да ничего, если не считать того, что мне непонятной железкой вспороло весь бок и я потерял приличное количество крови, которая медленно, но верно вытекала из меня, пропитывая всю мою одежду и асфальт подо мной.
Подползя ко мне и осторожно перевернув меня на спину, его взгляд начал судорожно метаться от моего лица к ране.
— Как же так, как же так, — потрясённо, с какой-то долей обречённости, тихо сказал он. — Ник, друг, только не закрывай глаза, слышишь меня, сейчас я что-нибудь сделаю, — проговорил он, торопливо пытаясь зажать или хоть как-то перевязать рану.
— К-как глуп-по, б-ха… — пробулькал я, медленно, но верно захлёбываясь своей же крови. «Кажется ещё и легкие задеты», отстранённо отметило сознание. — Как же…к-ха обидно… помереть вот так вот. — тихо, едва заметно и с огромным усилием прохрипел я, неотрывно глядя на небо.
— Успокойся и помолчи, с чего ты взял, что сейчас помрёшь! — с отчаяньем сказал Кирилл, видя, как я постепенно перестаю подавать признаки жизни.
— Д-да к-ха лад-но тебе, в жизни случ-ается де… — попытался я из последних сил улыбнуться, но ответ я так и не смог услышать, провалившись во тьму.
***
Вот так, на печальной ноте окончилась моя размеренная жизнь и я вскоре оказался в этом странном месте. Хоть моя история не блещет оригинальностью, но для меня это одно из главных переменных событий, которое перевернуло весь мой маленький тихий мирок с ног на голову, что-то сломав внутри меня. Забегая вперёд скажу, что в дальнейшем я ничего такого не испытывал, ни разу.
Так, думаю, мне пора уже разобраться, что тут вообще происходит. В своих воспоминаниях вроде бы порядок навёл и в голове всё встало на свои изначально предначертанные места, да и пока никуда пропадать в ближайшее время не собирается.
Осмотревшись вокруг понял, что был немного неправ, когда говорил, что тут сплошная и неизвестная тьма. Если сосредоточиться и внимательно посмотреть, проявив изрядную долю фантазии, то можно увидеть, эм, сгусток или что-то отдалённое похожее на формирующиеся тело — эмбрион, в центре которого виден белоснежный шарик света, к которому цепляются, окутывая и закрывая от мира этакие своеобразные оболочки разных цветов.
 
Спустя некоторое время, я смог примерно разобраться, что тут к чему, хотя разобрать эту мешанину было довольно-таки сложно и муторно.
Первая оболочка, как я заметил, ничто иное, как тело. Когда я очнулся, оно только формировалось и выглядело немного тускло, но по прошествии некоторого времени оно, можно сказать, окрепло и налилось силой.
Вторая оболочка — это энергия, пропитывающая каждую клеточку моего тела. Я смутно ощущаю, что если она истощится или исчезнет, то мне будет ой как не весело. Если говорить про цвет, то можно сказать, что он у неё зелёный или, если точнее, цвета спелой зелёной травы.
Третья оболочка генерирует непонятную мне энергию и разобрать, зачем она мне нужна, я не смог. Единственное что я смог узнать — это то, что она выходит за пределы тела, облегая его голубым контуром.
Четвертая оболочка — это центральное ядро, стержень, к которому непонятно как «крепятся» все остальные Оболочки.
Пятая оболочка, наверное, отвечает за эмоции, так как когда я немного сорвался и разозлился от попыток разобраться в ситуации, она эм… откликалась на злость. Также стоит отметить, что она очень плотно взаимодействует с первой оболочкой, да и вообще, как я понял, через первую оболочку можно добраться до всех остальных. Ещё бы уметь это делать — так было бы вообще хорошо. Выглядит всё это великолепие как причудливый сложный узор красных линий, рассредоточенных по всему телу, что образуют узлы: большой узел где-то в области головы, чуть поменьше — в сердце, и совсем немного разбросано по остальному телу.
Шестая оболочка не очень охотно выходит за пределы места, где по идее должен быть мозг, выглядит она, как клубок жёлтого цвета — остальное тело ей малоинтересно, хотя иногда можно увидеть жёлтые крупицы, что гуляют по всему телу, но их совсем мало.
Седьмая оболочка — это линии и узлы, по которым течёт энергия, которая чем-то схожа с той, что находится во второй оболочке. Выглядит, как сложный узор пурпурных или рубиновых линий, которые расползаются по телу.
Наверное, я что-то не так понял или вообще не смог увидеть, но надеюсь, что рано или поздно смогу вникнуть в суть происходящего.
Вообще, пока пытался с этим разбираться, старался никуда особо не лезть, чтобы ничего не сломать, но когда я примерно понял, что к чему и за что отвечает, я решился на пробную попытку по влиянию на развитие моего тела. И что, собственно говоря, могло пойти не так?
Решил взяться за седьмую оболочку, так как из всех вышеперечисленных она выглядела на мой взгляд наиболее убого. Собой она представляла тонкие еле видимые каналы, да и было их как-то не очень много — примерно двадцать две штуки, по три канала на все конечности и голову, а остальные сосредоточены в туловище.
Честно говоря, эти каналы напоминали мне те самые каналы Магии, о которых я прочитал в тех многочисленных фанфиках про попаданцев в мир Гарри Поттера. Насколько мне известно, чем больше каналов и чем шире они — тем больше магии может накопить и использовать владелец, а магия — это ОЧЕНЬ хорошо. Слабым мне не хотелось быть, но у меня не было так нужных знаний для такого дела.
Покумекав немного и подумав и так и эдак, решил пробовать или улучшить те, что есть, или попытаться провести новые, принявшись за дело со всем возможным мне энтузиазмом, не обращая на окружающий мир никакого внимания.
Как вы могли догадаться, спустя энное время, я смог добиться расширения и укрепления доступных мне изначально каналов, но и этого мне показалось мало, и я стал проводить новые каналы по всему телу, улучшая их. Всего, если смотреть в общем, я умудрился довести их число до тридцати штук, добавив по одному к конечностям и голове, а остальные прорастив в туловище.
Осмотрел седьмую оболочку и, оставшись вполне довольным полученным результатом, я хотел опять было продолжить своё «тёмное дело» для улучшения себя любимого, но тут во мне внезапно проснулось нехорошее предчувствие, и я наконец обратил внимание на остальные оболочки. И от увиденного мне конкретно так поплохело.