Тайный вариант. Дилогия (СИ)
– Какие замечательные игрушки привозил твой отец, – с уважением похвалил дракон, – я о таких и не слышал. Но замысел мне очень нравится, сейчас отправлю в Родвен вестника. Там уже почти сотня драконов, сделают все быстро. И придумают, чем заманить в двери первых вояк.
– Запахом хлеба, – подсказала Фая, – или мясной похлебки. Это для них сейчас самый веский довод влезть в любую ловушку.
Глава 16
– Три обычные человеческие женщины… – обхватив голову руками, с показной скорбью простонал правитель Деворр, – за четверть часа придумали остроумную идею. Безусловно сырую и не во всем исполнимую, но имеющую все шансы на успех. И мы конечно доработаем все детали… но почему никому из нас не пришел в голову такой вариант?
– Нам не дарят в детстве игрушек с ловушками, – усмехнулся Вирр, начиная строить перед собой прозрачный макет многоярусного сооружения, – но для надежности я бы отправил туда десятка три провокаторов.
– Не три десятка, а восемьдесят, – резко прекратив вздыхать, заявил Деворр, – их уже готовят. Это оборотни Эмиэлии и спасенные. Не все, конечно, некоторым нужно сто раз лоб разбить о забор, пока они поймут, что калитка не с этой стороны. А зачем ты делаешь колодцы?
– После того, как впередиидущий увидит на полочке хлеб и схватит свою долю, он должен будет уступить дорогу следующему. Но ведь ни один не сделает этого добровольно. Поэтому в этот момент пол должен резко исчезнуть… или наклониться, чтобы получивший еду скатился на уровень ниже.
– Значит от входа они сначала должны идти вверх… на поворотах можно сделать незаметные ступеньки… – Задумался еще один из драконов. – А снизу, из колодцев можно заставить их подняться на третий уровень по винтовой лестнице и потом немного пойти назад, почти до стены. Там поставим жареную репу с мясной начинкой. А после нее можно вернуть оборотня на второй уровень и пусть идет по проходам лабиринта, пока не упадет в тупик. Как только тупик возьмет, допустим, троих, он захлопнется и отодвинется в сторону. А на его место встанет пустой.
– А чтобы пойманные не кричали и не дрались, в этот момент их лучше усыпить, – жестко добавил Деворр, – печальных случайностей нам не нужно.
– И постараться так устроить ловушки, чтобы они не сломали себе чего‑нибудь, когда будут падать, – подал голос мастер Грантс, один из двух людей, присутствующих на этом совещании, – по моим наблюдениям, резерв магии у оборотней почти иссяк. Многие, опасаясь быть задавленными или съеденными, в последние сутки не снимают коконы.
– Ничего не сломают, – уверенно качнул головой правитель, – лабиринт только на вид кажется каменным… а на деле будет создан из воздушных потоков. Это наша сильнейшая стихия. Потому пол колодцев и ловушек будет мягким, а стенки упругими. Все остальное, воду, свежий воздух и прочее мы тоже устроим. Но как мы им позже поясним, что это не подарок богов?
– Это скажет им Эми, – уверенно заявил Вирр.
– И они ей поверят? – дракон явно сомневался, что молоденькой полукровке по силам такое чудо.
Ну, допустим десять, тридцать поверженных врагов – куда ни шло, но многотысячная отчаявшаяся, и потому особо недоверчивая и злая толпа – это совершенно иное.
– Донна Эмиэлия обладает невероятным даром, – встал на защиту Эми старый магистр, – но ковен продумал предстоящее действо и на всякий случай приготовился ей помочь. Во‑первых, мы написали для нее речь, и тщательно выверили каждое слово. Убрали все неважные, все предполагающие сомнение или неуверенность слова и фразы, и оставили только самые важные и пронзительные. А во‑вторых приготовили Эмиэлии зелье уверенности и спокойствия. Девушке действительно может стать не по себе при виде такой огромной, злобной и почти сумасшедшей толпы. Хотя, как всем нам известно, толпа по определению не может быть разумна, а орава обманутых мужчин, на самых потаенных, темных инстинктах и желаниях которых мастерски сыграл подлый интриган, безумна изначально. И еще… мы надеемся, вы сможете усыпить их разом, если что‑то пойдет не так? Или нам приготовить заклятья и зелья?
– Думаю, нам нужно радоваться, – саркастически усмехнулся герцог Сангро, – что Лебруз не слышит об этих планах. Вряд ли он позволил бы жене идти в пасть разъяренных оборотней.
– Мой ученик рассудительный и здравомыслящий человек, – тотчас оскорбился Грантс, – и он отлично понимает, что с Эми ничего плохого не случится. Можете спросить, как только он прибудет.
– Мы гарантируем, – медленно и веско подтвердил правитель, – что светлейшей Эмиэлии ничего не грозит. Наша раса никогда не причинит хоть малейший вред нашим спасителям. И никому не позволит.
Утреннее солнце едва осветило первыми бледными лучами край неба, а огромная людская толпа уже зашевелилась. Оборотни, спавшие вповалку прямо на земле, чуть прикрытой куртками или захваченным в домах селян тряпьем, торопились подняться и добрести до мелкой речушки. Иначе до обеда не дождешься, пока осядет ил и песок, поднятый тысячами месивших дно ног. А вода – пока единственное, чем можно наполнить скрутившийся от голода желудок. Все, что хоть чуточку напоминало еду, исчезло как в огне еще двое суток назад.
Все злаки, даже еще не налившиеся, мелкая пока капуста и салаты, зеленые плоды, ягоды и сомнительные на вкус травы. А с ними жуки, лягушки, змеи и все прочее, что попадалось в реке и на вытоптанных как плац полях.
Конечно, зеленели на горизонте редкие рощи и травы гоблинских угодий, но туда уходили, точнее, почти уползали лишь самые отчаявшиеся или обезумевшие. И никто не возвратился назад, по крайней мере Латис таких не видел. И потому лучший столяр Еловых Пущ старался выбросить из головы упорные мысли о жирных лягушках, стаями сидящих на сочно‑зелёных кочках, о нежных рыбках, которых можно есть и сырыми и без соли. И о сладких корнях рогоза, уже вымахавшего в человеческий рост. Он пошлепал пересохшим ртом и прибавил шагу, после того, как напьешься, нужно еще суметь пробиться назад. Хотя некоторые так и остаются лежать на камнях, не в силах сразу добраться до своих лежанок. И лишь через несколько часов начинают бродить между снова дремлющими соратниками, безнадежно выкрикивая имена недавних соседей.
Неожиданно громкий и жизнерадостный крик заставил Латиса оглянуться и прислушаться.
– Старейшины прислали нам амулеты, – звонко кричал рядом с проклятой стеной молодой оборотень в коконе волка, – Сейчас мы откроем в стене проходы и вы сможете попасть в защитные галереи людей. Их тут сейчас нет, они ждут, пока вы все обессилите от голода. Зато там есть запас еды и воды, и можно выйти почти у города. Первыми пойдем мы, за нами самые сильные. Не спешите, заходите по одному, чтобы не создать свалку. Хлеба и мяса хватит на всех. Вперед, братья!
Он махнул рукой и направил на стену магический жезл. Латис ехидно ухмыльнулся, немало тут уже было всяких магов и старших оборотней с особыми амулетами. Однако стена как стояла, подпирая небо, так и стоит. Если бы были силы, да не стягивала сухость потрескавшийся, припухший язык, он бы уже не сдержался, крикнул самоуверенному парню что‑нибудь едкое. Но теперь лишь отвернулся, и сделал медленный шаг к реке.
Сухой и болезненный, как шорох осенних листьев вздох сотен глоток остановил столяра, заставил повернуть голову и неверяще нахмуриться. На защитной стене темнело овальное отверстие, мало похожее на обычную дверь, но ведущее туда, где по словам парня была еда. И в это отверстие уже торопливо протискивался один из тех, кто, презрев вероятность нападения людей устроил свою лежанку под самой стеной. Там хотя бы не дуло, и была меньше опасность оказаться затоптанными.
Только не сейчас. Волк, поразительно отчётливый, словно у него резерв был полнехонек, неспешно шел вдоль стены и размеренно, как жрец, махал своим жезлом. А через миг стена в этих местах начинала темнеть, превращаясь в уже знакомые овалы. Спящих под стеной волк будил резкими окликами, иногда легонько пинал, иногда шипел что‑то угрожающее. И они покорно и торопливо поднимались и оглянувшись на замерших пока собратьев, очень быстро понимали, что жизнь оставила им только один путь. Туда, в полумрак неизвестно куда ведущего прохода, потому что идти наперекор уже двинувшейся вперед толпе – это самоубийство.