Вторая война шиноби: Страна Рек (СИ)

— Эх, — вздохнула она и подумала оставить что-то из склянок. Взяла их в руки, покрутила, но решила, что это было бы слишком безответственно, и хотела положить их на место, как на глубине сумки заметила повязку ирьенина. Сердце неприятно кольнуло, она скорее сложила все склянки обратно, чтобы уж точно не видеть этот красный крест. Вернулась к вещевому мешку, достала оттуда сухпаек, положила его в сумку ирьенина. И на этот раз приложила столько силы к ремням на мешке, что те, конечно, затрещали, но наконец-то сошлись. Правда, не успела она обрадоваться, как вдруг услышала твердый и звонкий мужской голос. 
— Всем построиться! — прозвучал приказ. 
Цунаде оставила свои вещи и, повернувшись, увидела очень красивого молодого человека. Он был высоким, таким же высоким, как и Джирайя. Его стройную фигуру подчеркивала выглаженная форма Конохи, а военный жилет заметно выделял разницу между широкими плечами и узкой талией. Черты его лица были правильными, зеленые глаза — поразительно яркими, а светлые волосы — аккуратно уложенными. Начищенный протектор на налобной повязке ослепительно сверкал на солнце, в точности как и его улыбка, от которой она взгляд не могла оторвать… 
Остальные капитаны остались в стороне, и Цунаде сильно удивилась, когда поняла, что именно он будет во главе их отряда. 
— Да не может быть, — с ужасом прошептал Джирайя. 
— Мое имя Дан Като, — представился молодой человек. — Я буду вашим капитаном, наш отряд пойдет охранять Маяк на слиянии двух Великих рек… 
— Охранять? — перебил Джирайя. 
— Охранять, — спокойно ответил капитан, коротко посмотрев на него, а затем обратился к остальному отряду: — Мы должны сегодня же дойти до Маяка и сменить другой отряд, так что заканчиваем сборы и выдвигаемся. 
Цунаде перевела взгляд на Джирайю, на котором лица не было, он поймал кого-то из отряда — низенького молодого шиноби с короткой стрижкой, и тихо его спросил: 
— Знаешь, что-нибудь про него? — кивнул он на их нового капитана. 
— Вы чего? Это же Дан Като, — затараторил он, — который был награжден званием капитана за организацию бесперебойного снабжения на одном из самых сложных направлений. 
— Ну понятно, коробки перетаскивал, — пробурчал Джирайя. 
Совсем скоро они оставили штаб и вышли к бескрайним рисовым полям. Яркое солнце отражалось в заливных террасах и мелькало в глазах. Голову страшно припекало, и ее удивляло, как местный народ умудрялся работать в такую жару. Они стояли, наклонившись между длинных зеленых гряд в полосатых рубахах, и сажали пучки риса. А когда их отряд проходил мимо, они поднимали смуглые лица с узкими глазами, улыбались желтыми зубами и что-то говорили на своем местном языке. 
Но Цунаде было все равно на их слова, на удивительные пейзажи, на путешествие, которое случилось — у нее не было сил даже просто идти. Форма вся пропотела, спину тянул тяжеленный мешок, и она уже пожалела, что взяла столько вещей. Одно радовало: она осталась в своих любимых брюках, а не надела юбку ирьенина. К тому же они шли так быстро, что даже Джирайя был весь в поту. Одному только капитану все было нипочем. Он легко шагал впереди, почти ни с кем не говорил и даже не оборачивался. 
— Гонит нас как собак, — жаловался Джирайя, — ни совести, ни чести у человека. 
Цунаде ничего не ответила, лишь посмотрела на капитана, с которым держался Орочимару, за ними торопился остальной отряд, а они с Джирайей тащились в самом конце. 
— Все, я больше не могу, — произнес Джирайя, резко остановившись. — Капитан! Разрешите устроить привал! 
 
Дан на ходу развернулся, всех оглядел и коротко кивнул. 
— Только ненадолго, — произнес он. — К вечеру мы должны быть на месте. 
— На месте, — скорчил рожу Джирайя, когда тот отвернулся, плюхнулся на землю и раскрутил флягу. 
Цунаде села напротив и стянула мешок. 
— У меня сейчас спина отвалится, — вздохнула она, растирая затекшие плечи. 
— А мне вот интересно, что же ты там такое несешь? — спросил Джирайя, умываясь с фляги и громко фыркая. — Вон смотри, — он кивнул на остальных, — твоя поклажа в два раза больше, чем у остальных. 
— Сама не знаю, что набрала. — Она замахала на себя ладонью, чтобы хоть как-то унять невыносимый зной. — Сменная одежда нужна? Нужна. Полотенца? А как же без них? Одно для лица, другое для волос, третье для тела. Запасные сандалии. Бинты для ног, несколько кремов, а то Орочимару стал прятать свои... Еще и эта дурацкая сумка ирьенина со всякими склянками, будто мне своего мало. 
— Ладно, Цунаде, — улыбнулся Джирайя, — дотащу я твой мешок, можешь больше не намекать. Только боюсь, избалую я тебя еще сильнее. Так что на, — он кинул ей в руки свой мешок. 
— Ты ничего не взял? — удивилась она, когда поняла, что мешок оказался полупустым. 
— А мне много не надо: один комплект сменного белья, да книга с дорожными чернилами, правда, еще ту маленькую тетрадь со стихами взял. 
— Ну даешь, мы же неизвестно, насколько уходим. Смотри, полотенце у меня не проси. 
— Больно надо, — улыбнулся он. 
Цунаде, покачав головой, отложила его мешок, достала из сумки ирьенина сухой паек, завернутый в рисовую бумагу, и уже хотела подкрепиться вареным рисом, завернутым в тонкий лист сушеных водорослей, как раздался громкий приказ капитана: 
— Отдых окончен! — произнес Дан, хлопнув в ладони. — Встаем! 
— Вот черт, — выругалась Цунаде, раздосадованно посмотрела на еду, и, быстро замотав все обратно в бумажный сверток, встала и подняла сумку Джирайи. 
— Капитан, — крикнул Джирайя, — не все еще успели пообедать.
— Времени было достаточно. Выдвигаемся. — Дан развернулся и пошел вперед. 
Все остальные быстро собрались и последовали за ним. Цунаде уже сделала шаг, как вдруг на плечо опустилась тяжелая рука Джирайи. 
— Да, ладно тебе, — Цунаде посмотрела на него и поняла, что тот затеял, — я по дороге поем. 
— Нет, Цунаде, мы же не в бой спешим. Это всего лишь какой-то Маяк. Просто этот снабженец боится, что за опоздание в личном деле минус получит, знаю я таких… 
— Вы двое, — окликнул их Дан, — не задерживаемся. 
— Джирайя, у нас будут проблемы, — попыталась она его уговорить, но он продолжал стоять и держать ее крепко за плечо. 
— Вы не слышали приказа? — Дан подошел к ним, а остальные из отряда стали с интересом за ними наблюдать. 
— Мы уже идем, — быстро ответила она. 
— Слышать, то слышали, — громко перебил Джирайя. — Но, знаете, к своим подчиненным добрее надо быть. Я многого не прошу, дайте нам еще время, и мы побежим до вашего Маяка хоть на руках.