Серый рыцарь

– Да в чем я виноват?! Я на полную силу выкладывался! – честно ответил я.
– Ага, конечно! – усмехнулась Азалия. – Слушай, мы же с тобой сражались. И то, что я увидела сейчас, и когда сражались мы, это два совершенно разных человека. Конечно, де Кастилья это тоже увидел!
“Извини”.
– Да все нормально! Мне действительно надо сначала восстановиться, а уже потом сражаться в полную силу, – ответил я внутреннему голосу.
– Мисс Веностерра, вы следующая! – послышался голос преподавателя, и я облегченно вздохнул.
Этот разговор мне, откровенно говоря, не нравился.
– Ладно, я пошла, – сказала Азалия и, больше не сказав ни слова, направилась к арене.
– Обиделась, – произнес Седрик, провожая ее взглядом: Азалия явно ему нравилась.
– Видимо, – сказал я. – Пойдем, посмотрим?
– А чего тут смотреть? Она тут никому не соперница, – усмехнулся мой собеседник. – Разве что тебе была, но после последнего боя я и в этом не уверен.
– Никому не соперник, говоришь? – послышался голос у нас за спинами, и, обернувшись, мы увидели Леону Вайтштейн. Она смотрела на Седрика с явным недружелюбием.
– Ну да. Ты ей и в подметки не годишься, – усмехнулся мой друг, глядя на девушку, которая, по его словам, бесила его больше всех в классе.
Ну да, а по-другому он сказать не мог!
– Вот, значит, как! – На ее губах появилась лукавая улыбка.
– Ты тоже так считаешь? – спросила она, повернувшись ко мне.
«Какие красивые глаза!» – подумал я, смотря на ее голубые льдинки. Странно, почему я раньше этого не замечал?
– Нет. Ты видела мой бой. Никаких гарантий, что выиграет тот или другой человек, нет. Наверняка тут у каждого припрятаны свои козыри в рукавах. Вопрос лишь в том, когда их продемонстрируют, – ответил я Леоне, пожав плечами.
Она улыбнулась мне и направилась к арене.
– Зачем ты так? Мог же другие слова подобрать, – обратился я к Седрику.
– Да бесит она меня! Вся такая надменная ходит, хотя ничего из себя не представляет! – ответил он.
– Она тебе что-то плохое сделала? – на всякий случай уточнил я.
– Нет.
– Тогда чего к ней цепляешься?
– А ты чего встал на ее защиту? Запал, что ли?
– Нет, просто интересно. Давай, колись! Что она тебе сделала? – улыбнулся я, смотря на ощетинившегося друга.
Седрик тяжело вздохнул.
– Не она, а ее семья, – наконец заговорил он. – Вернее даже, ее сестра.
– Что она тебе сделала?
– Отец пытался сосватать меня с ней, и на встрече она при всех отказалась стать моей невестой, – ответил Седрик. – Эта сука из Вайтштейнов еще пожалеет об этом! – добавил он, и я заметил, как сильно изменилось выражение его лица, когда он заговорил о сестре Леоны. Видимо, сильно тогда она его обидела!
– Понятно, но она-то тут при чем? – спросил я, кивая на одноклассницу.
– При том, что она из их гнилой семьи, – сквозь зубы ответил Седрик, открывая еще одну свою не самую лучшую черту: он явно был мстительным и злопамятным…
– Уверен, что тебе все это надо? – прямо спросил я.
– Да. Там были все: отец, братья, даже император! Ты даже не представляешь, как она меня опозорила своим отказом! Знаешь, что самое обидное в этой истории? То, что все это – задумка отца семейства. Он специально все это подстроил и заставил свою дочь это сделать, – ответил Лионхарт.
– Откуда ты знаешь?
– У нас с Дианой всегда были нормальные отношения, и если бы она не хотела быть моей невестой, она бы мне об этом сказала, – ответил мой друг.
– Уверен?
– На все сто процентов.
– Понятно. – Я тяжело вздохнул. – И что? Получается, будешь мстить всей семье?
– Нет, конечно! Только их папашке.
– Тогда почему ты так недружелюбен по отношению к Леоне? – задал я логичный вопрос.
– Слушай, чего ты ко мне прицепился?! – усмехнулся Седрик, явно стараясь сменить тему. – Тебе-то до этого какое дело?
– Да, в принципе, никакого… – Я пожал плечами.
– Ну, вот и не лезь в это дело, хорошо?
– Ладно, – ответил я, смотря на арену, на которой уже вот-вот должен был начаться бой.
– Как ты думаешь, она просто выпендривалась или действительно может победить Азалию? – спросил Седрик, который, как и я, смотрел на девушку в белоснежном доспехе, на наплечнике которого красовался белоснежный волк, стоящий на горе черепов.
 
Вооружена, к слову, Вайтштейн была рапирой, острие которой сейчас было направлено в сторону противницы.
– А что ты можешь сказать насчет ее семьи? – спросил я своего друга, не сводя глаз с девушки, от магической брони которой было сложно оторвать взгляд: уж больно красивой она была.
– А что про них сказать? Очень сильная и влиятельная семья за счет того, что в их руках сосредоточены лучшие медицинские технологии не только нашей империи, но и всего мира. Занимает пятое место среди других семей по денежным активам, – ответил Седрик. – Кстати, ее мать очень сильный рыцарь. Все думали, что она займет место за Круглым столом, но в какой-то момент она решила, что лучше будет счастливой матерью, поэтому перестала участвовать в турнирах и совершенствоваться. Но даже несмотря на это, она до сих пор входит в тридцатку сильнейших рыцарей нашей империи, – добавил он. – Вот как-то так.
– Ясно. Спасибо, – ответил я ему в тот момент, когда учитель дал команду начинать бой.
– Быстрая! – удивленно произнес Седрик, когда девушка в белоснежном доспехе сорвалась с места и в буквальном смысле слова выстрелила собой в противника. – Не знал, что у нее есть техника сближения, – задумчиво добавил он, когда буквально за мгновение Леона преодолела расстояние, разделявшее ее и противницу, и попыталась проткнуть Азалию своей рапирой, целясь ей в лицо.
К слову, Азалия тоже подобного не ожидала, и, как мне показалось, отбила она эту атаку по чистой случайности.
– Буран! – тем временем произнесла Леона, явно не собираясь отступать, и вокруг нее в то же мгновение разбушевался самый что ни на есть снежный вихрь, скрывавший от наших глаз не только ее, но и Азалию.
– Хм-м… интересно, – усмехнулся Лионхарт.
– Что именно?
– Странно, что свои истинные силы она решила показать именно сейчас, – ответил он, глядя на бушующий на арене снежный вихрь. – Кстати, Азалия, скорее всего, проиграет.
– Почему?
– Одна из ее сильнейших техник – облако яда, которое в технике Вайтштейн будет просто неэффективно. Плюс, я думаю, она уступает ей в навыках фехтования, – добавил Седрик и оказался прав: когда снежный вихрь наконец рассеялся, Азалия стояла на одном колене, опершись на свой клинок, а ее магическую броню покрывала ледяная корка.
Пара секунд, и ее доспех начал трещать по швам.
– Черт! – выругалась Азалия, когда броня лопнула.
Приняв вертикальное положение, она отряхнулась и, не говоря ни слова, направилась к выходу.
Леона же развеяла свой доспех и последовала вслед за проигравшей соперницей, не скрывая довольной улыбки на лице.
Выйдя с арены, она прямиком направилась к нам.
– Поздравляю с победой! – произнес я, глядя на довольную одноклассницу.
– Спасибо, – ответила она, смерив Седрика насмешливым взглядом. – У меня к тебе есть предложение, – повернувшись ко мне, внезапно произнесла она. – Завтра выходные, и я приглашаю тебя в гости. Как ты на это смотришь?
Признаться честно, ее вопрос поставил меня в тупик.
– Ты чего заволновался-то? – улыбнулась Леона, не получив ответа. – Я просто приглашаю тебя на дружескую встречу к нам в резиденцию – произнесла она. – Если хочешь, можешь позвать с собой своих друзей. – Она повернулась сначала к Лионхарту, а затем посмотрела на Азалию, которая, в свою очередь, демонстративно отвернулась. – Так как?
– Ты сказала «на дружескую встречу». Разве мы с тобой друзья? – спокойно ответил я, придя в себя.
– Нет, но можем ими стать, – ответила Леона без тени стеснения.
– Отойдем? – присоединился к разговору мой друг.
– В общем, подумай, – смерив Седрика насмешливым взглядом, произнесла Леона. – Если что, жду тебя завтра к часу. Машина будет ждать тебя возле ворот Академии в половине первого, – добавила она и продиктовала номер. – Увидимся. – И, попрощавшись, направилась к своей подруге – девушке по имени Кэйтлин, ну, или как называла ее Вайтштейн, Кэт.