Охота Рейза (ЛП)

— Вернемся. Считай, что охота просто отложена. Мы найдем всех, как только кобоны будут эвакуированы.
У двери корабля Праск развернулся. Анабель оглянулась, наблюдая, как он бежит к деревьям. Брук крепче сжал ее руку и слегка потянул.
Она посмотрела на веслорца.
— Куда ушел Праск? Разве он не с нами?
— Нет. У некоторых человеческих мужчин осталось оружие. Праск будет патрулировать местность, чтобы никто не приблизился к поляне во время нашего отсутствия. Мы должны защищать кобон до прибытия спасательной группы.
Она посмотрела на толпу инопланетян.
— Наверное, ты прав. Здесь, должно быть, целая деревня. А как насчет остальных? На планете более девяноста тысяч особей.
— Лисса отправила гонцов в другие деревни, чтобы кобоны подготовились к спасению. Потребуется время, чтобы сообщить всем.
— Одолжи мне оружие и оставь здесь, чтобы помочь Праску в защите племени. Не нужно взваливать на него такую ответственность, — Анабель действительно не хотела покидать планету.
Брук зарычал и потащил ее вверх по трапу, не оставляя другого выбора, кроме как пройти в медицинский отсек. Как только они оказались в комнате, Брук подхватил ее на руки и положил на кровать.
Анабель вздохнула, не сопротивляясь. Веслорец запустил сканирование и достал портативный планшет, чтобы просмотреть результаты. Над Анабель не появилось никакой голограммы, как обычно происходило на флоте.
— И?
Он отложил планшет и встретился с ней взглядом.
— Мелкие кости лишь треснули, но три были раздроблены. Я вижу недавно зажившие участки. С тобой все в порядке.
Анабель закрыла глаза, осознавая услышанное.
— Все повреждения тканей и нервов были устранены. Рейз загрузил анатомическую информацию о людях в компьютер.
Она открыла глаза и посмотрела на веслорца.
— Очень предусмотрительно.
— Ты родственница пары веслорца. Нас попросили выследить и вернуть тебя в сообщество. Рейз беспокоился, что мы найдем тебя тяжело раненой. Все-таки прошло много времени с момента крушения. Он хотел сохранить тебе жизнь.
— Настолько, что дал мне сверхсекретный препарат.
— Да, — Брук отступил, прислонился к стене и скрестил руки на груди. — Ты тестировала спаривание с Рейзом. Ваши ароматы смешались. Он признал, что ничего не объяснял тебе.
Анабель села и нахмурилась.
— У нас был секс. Ничего особенного.
Гнев исказил красивое лицо Брука.
— То есть, ты пошла на это из-за любопытства? — он оскалился, обнажив клыки, затем зарычал и оттолкнулся от стены. — Ты такая же черствая, как и наши женщины. Я провожу тебя в спальню Рейза. Не пытайся снова спариваться с ним. Я не позволю причинять ему боль. Мы уже достаточно пережили.
Анабель соскользнула с кровати и встала у него на пути, преграждая выход. Его слова не имели никакого смысла.
— Эй, — она подняла руки. Брук остановился, зло посмотрев на Анабель. — Я понятия не имею, почему ты считаешь наш секс простым проявлением любопытства. И с чего ты взял, что я собираюсь обидеть Рейза. Почему бы не объяснить мне так, чтобы до меня дошло?
Он сделал шаг назад.
— Мы охотники.
— В курсе. Охотники за головами.
— Самки отказываются спариваться с самцами, которые путешествуют за пределы наших миров. Они желают иметь партнеров, которые обитали бы только на поверхности. Они верят, что детенышей не следует выращивать на кораблях и забирать с планет.
— Ясно. Эту часть я поняла. Что насчет любопытства?
— Потому что самки все равно пробуют спариваться с самцами, хотя никогда не согласятся на связь. Это жестоко. Все только из любопытства или чтобы похвастаться перед другими самками, якобы у них хватило смелости совокупиться с нежелательными самцами.
Анабель поняла, что вляпалась в какое-то эмоциональное дерьмо веслорцев, даже не желая этого.
— В чем суть жестокости? Я пытаюсь понять, Брук. На Земле люди занимаются сексом просто ради удовольствия. Речь идет о физическом наслаждении, получаемом в процессе, и желании побыть с кем-то рядом хотя бы короткое время. Разве у веслорцев по-другому?
 
Он мешкал так долго, что Анабель стала сомневаться, что услышит ответ.
— Мы жаждем обрести пару, — он коснулся своей груди. — Чрезвычайно глубокий инстинкт вынуждает нас привязываться к женщине. Заботиться о ней. Заводить детенышей и проводить жизнь вместе. Мы неполноценны без пары. Боль одиночества становится сильнее с каждым прожитым годом, — Брук опустил руку. — В глубине души мы знаем, что когда одна из наших самок пробует спаривание, то не рассчитывает на связь, но от этого не становится легче. В наших сердцах все еще теплится надежда. Каждый раз…, — он сглотнул, — это разрушает нас изнутри.
Анабель не знала, как реагировать.
— Рейз почувствовал надежду. Как и мы все. Удовлетворение твоего любопытства в совокуплении с веслорцем не стоит боли, которая придет после.
— Остановись. Во-первых, он был инициатором. Не я. Во-вторых, он не казался… ни в малейшей степени огорченным.
— У него болит сердце, Анабель. Ты не попросила его о связи после того, как он продемонстрировал свою способность доставлять тебе наслаждение.
Она нахмурилась.
— То есть я должна была попросить, чтобы он сделал меня своей парой?
— Да.
— Но я не знала, что от секса следовало ожидать чего-то особенного.
— Когда мы сближаемся с женщиной, то демонстрируем силу, доказывая свою состоятельность в защите семьи, и показываем свою способность доставить ей удовольствие. Сразу после совокупления самка должна решить, принимает ли она связь.
— Может, Рейз занялся со мной сексом, чтобы удовлетворить свое любопытство к людям. Ты когда-нибудь думал об этом? Вероятно, он просто хотел расслабиться.
Брук фыркнул, бросив на нее неодобрительный взгляд.
— Ты ничего не знаешь о веслорцах.
— Не знаю, — согласилась она. — Итак, расскажи мне о своей расе.
— Мы совокупляемся не ради удовольствия. Кончить можно и самостоятельно. Даже женщина не нужна. С помощью руки мы получаем наслаждение и бережем сердце от ран. Женщина нужна для сближения. Понимаешь? Чтобы доставить ей удовольствие и показать, что она нуждается в нас. Что мы можем быть цельными вместе, а не одинокими и опустошенными порознь.
Его объяснение ошеломило Анабель.
— Рейз не хочет, чтобы я была его парой.
— Тогда он бы вообще не пробовал спаривание. Рейз не человек. Если ваша раса совокупляется только для того, чтобы удовлетворить потребности тела, то вы очень несчастны. Рейза влечет к тебе. Ваши сердца тянуться друг к другу. Он никогда не признается, но ты обидела его, не попросив о создании пары. Мы гордимся нашей позицией, — он вздернул подбородок и выпятил грудь.
— Черт, — Анабель повернулась к кровати и положила руки на поверхность. Они занимались сексом прямо на вот этой медицинской койке. — Я не знала, к чему приведет то, чем мы… ну, ты понимаешь. Рейз ничего не объяснял. А после нас прервал коммуникатор. Буквально не было времени что-либо отвергать или принимать.
— Теперь ты в курсе. Не давай ему надежды, иначе его боль усугубиться. Веслорец может привязаться к женщине, после чего он будет хотеть только ее. Даже если ты надолго исчезнешь из его жизни.
Она снова повернулась к Бруку, изучая его лицо. Мужчина казался совершенно искренним. И грустным.
— Кажется, Рейз уже справился со своей болью. Та инопланетянка, лисса, поцеловала его и облапала. А он даже не пытался отстраниться.
Глаза Брука удивленно расширились.
— Она не пыталась совокупляться с Рейзом. Прикосновение губ значит совершенно другое.
Внезапно Брук шагнул вперед, схватил ее за плечи и на мгновение прижался губами к ее губам.
— Я не хочу совокупляться с тобой. Таким способом кобона выразила доверие Рейзу. А он доказал ей свою лояльность, когда позволил подойти. Рейз верил, что она не отравит его, а она верила, что он не попытается убить ее с помощью клыков. Если бы он отстранился, то нанес бы ей оскорбление. Посмотри на свою реакцию. Ты не сопротивлялась мне, потому что в глубине души знаешь, что я не причиню вреда, — он отпустил ее и отступил.