Ржевский ведун 2 (СИ)
Такие мысли меня посетили, пока ехал в институт имени Склифосовского. Я не придумал ничего лучше, как тренировать свои новые способности целителя на тех, кому нужнее — на больных. Доехал до знакомого корпуса и застрял в приёмном отделении. Филиппа Филипповича на месте не было, и пропускать меня внутрь никто не собирался.
Пока тусовался в ожидании, на инвалидной коляске в травматологию привезли парня. На вид лет двадцать, худой очкарик с прибинтованной к ноге палкой поверх штанины с бурыми пятнами. Прикативший его медбрат в куртке скорой помощи заглянул в кабинет, сообщая о пациенте.
— Жди, тебя завезут, — кинул он болезному и удалился.
Парень закрыл глаза и стал покачиваться, убаюкивая боль. Я подсел к нему рядом на дерматиновую сидушку скамейки. Пригляделся. Закрытый перелом лодыжки и сопутствующий букет из гематомы с повреждениями кожи. Представляю, как ему сейчас больно.
— Андрюха, здорова! Ты чего здесь? — спросил я парня.
Тот открыл глаза и посмотрел мутными глазами.
— Вы ошиблись, я — Иннокентий!
— Ой, извини, перепутал. Очень на моего знакомого похож. Кеша, что с ногой?
— Представляете? На пешеходном переходе машина сбила и уехала. Вроде, перелом. В скорой помощи так сказали, но надо делать рентген.
— Да, не повезло. А, может, просто сильный ушиб? Давай, я посмотрю!
— С дуба рухнул? Не видишь, нога зафиксирована? Не, пусть врачи смотрят!
— Да я только руками на расстоянии. Меня одна бабка научила.
— Ну, если только на расстоянии…
Присел у ноги стал водить руками. Так, вливаю энергию, заставляю кость срастись, заодно обезболю, чтобы парню не поплохело. Не знаю, как магическое обезболивание работает. Может, хватит только моего желания? Процесс пошёл — вижу, как место перелома соединилось, как костная ткань становится монолитной. Две минуты — и перелома, как не бывало. Даже костной мозоли не осталось. Теперь убираем отёк мягких тканей, но не до конца. Лечить так, чтобы пациент на радостях здесь и сразу пустился в пляс, в мои планы не входит.
— Ой, а у тебя руки светятся.
— Где? — я обратил внимание, на ладони, из которых исходило еле видимое при свете ламп зелёное свечение, и перекрыл поток энергии. — Тебе показалось.
Я присел обратно на лавку и вытер испарину — лечение неожиданно оказалось энергозатратным.
— Кеша, всё у тебя нормально с ногой. Перелома нет, сильный ушиб. Щас тебе врачи мазь пропишут, и через день будешь бегать.
Парень прислушался к себе.
— Слушай, нога меньше болеть стала! Точно говорю! Ты что, экстрасенс?
— Ещё скажи, волшебник! Не, это обычный заговор.
— Ты же молчал!
— А я про себя заговор читал, — вот ведь! Надо в следующий раз бормотать что-нибудь неразборчивое. — Ладно, бывай! Пора мне, — я хлопнул по плечу пациента и ретировался. Не-не-не, нафиг такие эксперименты. Хорошо, что я доктора не дождался. Что бы я ему сказал? Филипп Филиппович, умею лечить, подавайте мне ваших самых безнадёжных? Так он захочет посмотреть, а потом притащит целый симпозиум, чтобы удостоверились. И прощай моё инкогнито. И о чём я думал, когда сюда ехал? Нет, это не мой путь. Надо что-то другое. Чтобы тренироваться в лечении, но так, чтобы оставаться в тени.
* * *Наталья была преисполнена мрачной решимости. Больше месяца она искала работу. По её профилю вакантных мест не было. Ну и что, что она проходила практику в английском филиале Прайсов? В Москве из-за кризиса часть сотрудников была сокращена, и новых пока не набирали. Прошло всего десять лет с появления аудиторской компании PricewaterhouseCoopers на российском рынке, и она придерживалась консервативной политики: есть кризис — сокращение людей, рост экономики — набор новых сотрудников. В общем, отправили её восвояси, попросив подойти через полгода.
В отсутствии работы по её профилю, она стала рассматривать вакансии переводчиков, персональных помощников и секретарей. Но после ухода части западных компаний на рынке труда был переизбыток толмачей, которые хотели есть, и желательно каждые три дня. Поэтому сильно демпинговали, создавая нездоровую конкуренцию между собой. А вот секретари были нужны, как и помощники.
Она отправила своё резюме с фотографией, и её сразу пригласили секретаршей в среднюю по размерам компанию. Центр, недалеко от высотки на Котельнической набережной, современный офис и двести пятьдесят долларов на старте плюс возможные премии с обещанным карьерным ростом. Для начала нормально — решила Наталья. Надо же с чего-то начинать? Тем более руководитель её не узнал — он был приземлённым человеком и не любил светские новости. Она сбежала оттуда через неделю, когда директор и по совместительству собственник компании попробовал распускать руки, слишком широко трактуя должностные обязанности секретаря. Красивая внешность блондинки сыграла с ней дурную шутку. Её несостоявшийся начальник-чудак на букву «м» даже не понял, почему эта девушка, по виду классическая секретутка, исчезла.
Воронцова не стала обращаться к отцу, чтобы тот наказал озабоченного. Ещё подумает, что она не в состоянии сама о себе позаботиться. И опять встал бы вопрос о возвращении в семью, а она решила, что обойдётся без его помощи. Перекрасила волосы в радикальный чёрный и удалила фотографию из своего СиВи — девушка решила теперь рассылать резюме только на английском.
В следующий раз попала на собеседование к игровому монстру. Нет, всё в офисе строго и по-деловому, а её свободный английский более чем востребован, но сфера деятельности… Компания владела несколькими казино и сетью помещений с игровыми автоматами. Денег в компании было валом, и условия по зарплате очень даже достойные. Ей сделали предложение о работе, и она взяла день на подумать, хотя, уже была готова согласиться. Переночевав с мыслью о новой сфере деятельности, Наталья позвонила и отказалась. Не по нутру ей работа в компании, наживающейся на человеческих слабостях. Игроманы оставляют семьи без денег и еды, попав в зависимость пагубной страсти. Деньги не пахнут, но ей такие деньги не нужны.
Просматривая новые вакансии, обратила внимание на короткое свежее объявление. Хммм, краткость — сестра таланта. И она решила узнать поподробнее. Созвонилась, попала на бойкую девицу, которая спросила только пять заученных вопросов. Сколько лет, знание языка, образование, автомобиль, цвет волос. Подивившись последнему вопросу, ответила, и получила приглашение на собеседование.
Странное место. Даже резюме не попросили прислать — опять удивилась Наталья. Из её осторожных расспросов выяснилось, что компания молодая, быстрорастущая, является поставщиком материалов ведущим застройщикам Москвы. Стройка — это брутальные мужчины в касках, которые своим тяжёлым трудом преображают этот мир, начиная со времён египетских пирамид, а не те однорукие бандиты. И она решила съездить.
* * *На следующий день была пятница. Я к обеду раскидал все дела и был в ожидании. Ещё вчера Маша согласовала со мной время просмотра кандидатки на персональную помощницу. Брюнетка, машина, язык — всё, как и заказывали. Попросил переслать резюме и обломался.
— А вы про резюме ничего не говорили, — пискнула девица, на что я только сделал фэйс-палм. Могла бы и проявить инициативу, как в той притче про караван. Ну, ничего. Молодая, ещё научится. Наверное.
В полвторого позвонила секретарша и чересчур официальным голосом сообщила, что кандидатка прибыла. Как-то бойкости у неё поубавилось. К чему бы это? Пошёл встречать и в прихожей увидел картину маслом: удивительной красоты девушка в светлом летнем костюме, на которую ревниво косится наша Маша. Подходя ближе, во мне шевельнулось узнавание.
— Сергеей! Это Наталья, она на позицию персонального помощника!
Брюнетка повернулась ко мне и распахнула свои бездонные глазищи.
— Тыыы?!? — воскликнула она.
Я утащил её к себе в кабинет прочь от секретарши, старательно делавшей вид, что ей вот нисколечко неинтересно.