Белый Дракон (ЛП)

— Чего ты хочешь? — выкрикнула Алексис, адресуя вопрос Дхарме. — Он уже сказал тебе. Мы делаем то, что хотят Иные. Если ты верна им, если твой отец верен им, тогда скажи, в чём твоя проблема? Они изменили условия сделки? Теперь они хотят что-то ещё от нас? Помимо выполнения моих обязанностей Светоносной и жены?
— Лекси… нет, — зарычал Девин.
Алексис взглянула на него, а затем снова посмотрела на Странницу.
Дхарма уставилась на неё в ответ, и в её глазах всё ещё полыхала ненависть.
Она смотрела на Алексис так, словно ненавидела её всеми фибрами своей души.
Алексис снова посмотрела на неё и осознала, что понимает.
Никакие её слова и действия не изменят то, как Странница видела её.
Она воспринимала Алексис, Джулс, Девина… всех их… как угрозу самому её существованию. Она также убедила себя, что они ближе к животным, чем к людям. Алексис с таким же успехом могла быть бездомной псиной, спорящей с человеком в приюте для животных о равенстве между ними.
— Ты не ошибаешься, — пробормотал Кэл рядом с ней, явно услышав какую-то часть мыслей Алексис.
Дхарма переводила взгляд между ними и наверняка услышала слова своего брата. Её утончённое лицо превратилось в маску, рот и другие черты уродливо искривились, несмотря на поразительную физическую красоту её лица.
— Почему ты с такой лёгкостью слышишь её мысли, брат? — спросила Дхарма, при этом всё ещё глядя на Алексис. — Неужели она настолько громкая, что ты просто слышишь её, стоя так близко? Могу себе представить, как это, должно быть, раздражает. Просто громкий, тупой голос в твоей голове, болтающий всякую чушь, без всякого понимания того, как всё на самом деле устроено.
Её взгляд ещё больше ожесточился.
— Насколько же ты связан с этой… штукой?
Девин уставился на неё, и его губы искривились в оскале.
Дхарма продолжила, по-прежнему глядя на Кэла.
— Как ты можешь это терпеть? — спросила она. — Правда, как? Я должна знать.
Алексис посмотрела на Кэла и изогнула одну бровь.
Он удивил её, когда слегка улыбнулся ей в ответ.
Подмигнув, он поджал губы, делая вид, что размышляет о словах сестры.
— О, всё не так уж плохо, — сказал он, приподнимая бровь. — Она обладает довольно очаровательным мозгом, правда. Хотя и недостаточно извращённым, по моему мнению.
Алексис хмыкнула, почти рассмеявшись.
Взгляд Кэла снова вернулся к Дхарме, и улыбка всё ещё играла на его губах.
— Прощай, сестрица, — сказал он.
В этот момент раздался громкий щелчок.
Ошейник на шее Алексис открылся.
И с тяжёлым грохотом упал на металлический пол.
  
Глава 13. В последний момент
 
Алексис моргнула, тяжело дыша.
Но не дольше секунды.
Вскинув руки, она начала бормотать многомерное заклинание, выстраивая его вокруг себя трёхмерным щитом.
Казалось, что он вырвался из кончиков её пальцев за доли секунды, полностью сформировавшись.
Каждая частица её магии, всё, что она не использовала днями и неделями с тех пор, как Кэл защёлкнул ошейник на её шее — всё это с жаром хлынуло в её руки.
Такое чувство, будто плотину прорвало, и сила разлилась по ней всюду.
Татуировки на её руках вспыхнули и замерцали ярким бело-голубым пламенем. Это сияние осветило весь вагон изнутри, заставляя людей по обеим сторонам полированного стола моргнуть и поднять руки, чтобы прикрыть глаза.
Алексис не раздумывала.
— КО МНЕ! — заорала она, перекрикивая пронзительный свист магии. — ДЖУЛС. ДЕВИН. СЕЙЧАС ЖЕ!
Она не смотрела, подчинились они ей или нет.
Её глаза наполнились светом, а руки продолжали рисовать символы в воздухе.
Она не запечатывала щит, пока не почувствовала, как двое её друзей прошли сквозь него.
Сначала она уловила присутствие Джулс, а затем Девина, и долю секунды спустя, словно всё произошло одновременно, Алексис быстро уплотнила щит, обернув его вокруг своих друзей, вокруг всех людей Кэла, вокруг самого Кэла и себя, запирая их внутри пузыря из плотного, пульсирующего света.
 
Она закрыла глаза и резко вздохнула…
…Затем устремилась внутрь себя, так глубоко, как только могла, и надеялась, что этого будет достаточно.
Она никогда прежде не проворачивала это в компании с кем-либо.
Она делала это только в одиночку.
Магический многомерный щит резко сжался.
Это произошло так быстро, что Алексис была уверена, со стороны это выглядело моментально.
Её органы чувств Светоносной замедлили процесс, следили за приближающейся к ним волной, наблюдали, как символы, огни и узоры внутри извивающегося магического огня прямо на глазах становились больше и светились так ярко, что даже она не могла смотреть на них.
Волна засасывала всю их группу, светящиеся татуировки обжигали её руки, сердце колотилось в груди…
А затем… тишина.
Абсолютная тишина, как будто сама реальность избавилась от каждого децибела звуков.
Алексис зависла в этой тишине в течение долгого, отягощающего, бессрочного…
Чего-то.
В пространстве между.
В затишье перед очередным ударом сердца.
В тишине перед вздохом.
В том, что нависло над ними, в темноте прямо перед Большим Взрывом. В предшествующей тишине, где всё томилось в ожидании, желая вспыхнуть, желая начать своё существование.
Затем так же внезапно тишина закончилась.
Раздался странный высокочастотный звук, и появилось ощущение давления, выталкивания…
Алексис обнаружила, что стоит на безупречном участке каменного тротуара, и ловит ртом воздух, изо всех сил пытаясь втянуть в лёгкие кислород, держась за живот согнутой рукой.
До сих пор ей в голову не приходило, что в том другом месте не было воздуха.
Необычный бесшумный поезд исчез.
Она покинула поезд.
Все они покинули то место.
Алексис огляделась, вспомнив, что не должна быть одна.
Она попыталась сосчитать всех. Сначала она начала искать своих друзей, но первым увидела Кэла, прежде чем смогла отыскать Джулс или Девина. Король Странников смотрел на неё ярко-фиолетовыми глазами, его тело наполовину скорчилось, пока он пытался адаптироваться к данной хронологии. Он крепко прижимал руку к животу, задыхаясь, и боролся за каждый вздох, как и она.
Прямо перед ней Борген, казалось, делал то же самое.
Другой Странник пошатнулся, и его вырвало на тротуар.
«Нет, не Странник», — поправила себя Алексис увидев его бледное лицо, когда он вытирал рот.
Или… скорее всего, не Странник.
Уоррик.
Это Уоррик только что вывернул все содержимое желудка на тротуар.
Вспомнив, как он управлял ошейником, бесчисленное количество раз бил её электрическим прутом, Алексис не очень старалась подавить вспышку удовлетворения, возникшую в ней. Она наблюдала за его новыми рвотными позывами, за его лицом, приобретающим зелёный оттенок, и почти улыбалась.
Ещё один солдат в броне упал на одно колено.
Она обернулась и увидела, как он задыхался, как его глаза расширились от ужаса.
Но она всё ещё не нашла Джулс или Девина.
Алексис осмотрела все незнакомые лица и тела, и поняла, что она совершенно не знала, где находились её друзья по отношению к ней во время прыжка. Она даже не знала, где они находились, когда почувствовала, как они прошли сквозь щит.
Затем она нашла Девина, в основном благодаря его росту.
Когда она увидела его, стоящего коленями на тротуаре, задыхающегося, как и все остальные, она вскрикнула от облегчения. Она хотела позвать его по имени, но сама до сих пор пыталась отдышаться.
Потом она увидела Джулс и выпрямилась, до сих пор втягивая в себя воздух, но уже улыбаясь.
Только тогда она смогла достаточно расслабиться, чтобы оглянуться на остальных.
Похоже, здесь присутствовали все, кого она помнила.
Она не подумала подсчитать людей Кэла, которые были с ними.