Мастер из качалки (СИ)

— Ну вот и всё, — рука цзянши касается красных лакированных ножен. — Время умирать…
  
Глава 22
 
— А это обязательно? — на всякий случай уточняю я.
— Что обязательно? — таращится на меня цзянши.
— Ну, умирать?
Кажется, своим вопросом я загнал кровососа в тупик. Ну тут уж он сам виноват — нечего кидаться такими громкими фразами. Вот чего он сразу ' Время умирать…'. А как же поговорить, мы же цивилизованные люди. Всё-таки одно дело морды друг другу бить и совсем другое острыми железками в друг друга тыкать. На такое я не подписывался…
— Обязательно! — рычит в ответ цзянши и ловким движением извлекает угольно-чёрный клинок из красных ножен.
Похоже, дипломатический способ зашёл в тупик. Ну ничего, раз не хочет по-хорошему — будет по-плохому. Он то поди думает, что он здесь один такой весь из себя крутой мечник — а вот фигушки! Моя сестрёнка Ян Гэ тоже мастак в этом деле. Я хорошо помню, как она этого гада Ли Вэй тогда в заброшенном трактире чуть не зарубила…
Кстати о нём, о Ли Вэе, а ведь они с этим цзянши из одной секты. Помнится, у него и татуировка на груди соответствующая имелась…Хм, а что если…
— Послушай ты…как тебя там. Ты же из Чёрного неба, верно?
— Верно, — от моей наглости он порядком опешил.
— А знаешь такого Ли Вэя?
— Знаю, — вздрагивает он, стоит ему услышать это имя.
Похоже, я на верном пути!
— Ну раз знаешь, то учти мы с Ли Вэем друзья…
— Ах, друзья, — скалится он в ответ. — Тогда у меня появилась ещё одна причина вас прикончить. Я ненавижу этого ублюдка Ли Вэя!!!
Глаза цзянши резко темнеют, а меч в его руках покрывается призрачной дымкой. Кажись, в этот раз я сболтнул лишнего.
— Извини Ян Гэ, я сделал всё что мог, — развожу я руками, а после достаю из-за пояса Рассекатель небес и передаю его Ян Гэ. — Держи, твоя очередь. Покажи этому гаду, где в Мудане раки зимуют.
Ошалев от моей наглости, она молча принимает клинок.
— Ну всё, вешайся уродец, сейчас юный мастер Гэ тебе покажет… — демонстрирую я ему средний палец. И в этот самый момент Небесный рассекатель с оглушительным стуком падает на пол.
— Да неужели? — ехидно скалится цзянши.
Я же в это время перевожу взгляд с растерянной Ян Гэ на валяющийся у её ног легендарный меч, а затем снова поднимаю его на Ян Гэ. Это что сейчас такое было⁈
— Тяжёлый, — с какой-то детской обидой произносит она. — Я не смогу таким сражаться.
О, ну молодец Володя — довыёживался!
И зачем я только его утяжелял там в пещере? Не хотел, чтобы он куда-нибудь улетел? Ну так теперь он точно никуда не денется — будет целёхонький лежать в сокровищнице Кровавого культа. Ну или в нашей с Ян Гэ братской могилке…
— А что этот был за жест с пальцем? — поглядывает на меня исподлобья цзянши. Меч в его руках начинает испускать тусклый свет. — Это ведь нечто обидное?
— Да нет, что ты, это у нас в Мудан так принято: увидел достойного противника — покажи ему средний палец.
— Первый раз слышу о подобной традции…А, впрочем, неважно, я так и так собирался вас убить.
С этими словами цзняши направляет на нас остриё клинка, отводит локоть назад и немного разворачивает корпус. Со стороны это выглядит как стойка тореадора, что готовится заколоть быка. Похоже, время переговоров подошло к концу…Или нет?
— Постой! — выставляю я перед собой руки. — Предлагаю сделку.
— Предлагать сделку адепту Кровавого культа? — с ещё большим удивлением смотрит он на меня. — А ты точно из Мудан?
А вот это было обидно. Хотя если вспомнить, с каким рвением та же Ян Гэ охотилась за головой Ли Вэя, то мне в принципе понятно его удивление. Судя по всему, между сектой Мудан и сектой Чёрного неба пролегает целая пропасть, доверху наполненная непримиримой враждой. И тут я ни с того, ни с его предлагаю члену противоборствующей секты сделку — здесь и правда есть чему удивиться.
— Точно-точно, из самого что ни на есть Мудан. А предлагаю вот что: ты позволишь мне ударить первым, а я, в свою очередь, расскажу тебе про пещеру Пяти испытаний и сокровища, что в ней хранятся…
 
— Неинтересно, — отмахивается от меня цзянши.
Как это неинтересно, а как же их повёрнутость на всём, что связано с этой их культивацией⁈
— У меня есть идея получше, — тем временем продолжает цзянши — Я дам тебе ударить первым, но взамен, после того как ты проиграешь, ты своим мечом оборвёшь жизнь этой женщины.
— И всё? — удивлённо переспрашиваю я.
— Что значит «и всё»⁈ — змеёй шипит на меня Ян Гэ.
— Да, — мерзко улыбается цзянши. — Для адепта Кровавого культа нет ничего слаще, чем видеть, как воин Мудан убивает «невинного» и тем самым предаёт учение собственной секты…
— По рукам, — перебиваю я его. — Ну что, начнём?
— Как-то ты подозрительно быстро согласился… — с опаской отвечает цзянши.
Но я уже его не слушаю. Вместо этого я наклоняюсь и с лёгкостью подхватываю Рассекатель с пола.
И ничего он не тяжёлый — взвешиваю я меч в руке. Даже наоборот.
— Только чур не уворачиваться, — делаю я шаг по направлению к адепту Кровавого культа.
— И не собирался, — ухмыляется он в ответ. — Моё владение мечом находится за гранью вашего понимания. Я так хорош, что могу рассечь камень.
— Ого! Камень — ну надо же! Да ты настоящий мастер!
— Ну что ты, — смущённо шамкает ошмётками губ цзянши. — Мой путь постижения искусства меча только начинается…
— Ой не скромничай, твоя стойка выдаёт тебя с головой. Эта отточенная до совершенства грация — такую я видел лишь раз, у великого мастера нашей секты Вынь Сунь Чая.
— Какое величественное имя, оно точно под стать великому мастеру, — неподдельно восхищается цзянши.
Так, ладненько, мозги я ему вроде как запудрил. Теперь можно приступать к главному блюду.
— Мы, кстати, так друг другу и не представились, — подхожу я поближе. — Меня, к слову, зовут Су Чень. Знаешь, поначалу я был не в восторге от этого имени. Там, откуда я родом «Су Чень» звучит как нечто обидное. Но теперь я понимаю, что это имя было даровано мне самими Небесами. Я даже нашёл ему достойное применение. Ты только вслушайся, как оно звучит Сууууу Чеееееень. Здорово, правда? А ведь ты ещё не знаешь имени моего духовного наставника. Слышал ли ты когда-нибудь о великом мастере Ху Ли?
— Нет, — ошарашенно отвечает он.
— И не услышишь, — произношу я и снова взвешиваю в руке порядком потяжелевший меч. — Кажется, этого будет достаточно…
Так и не вынув Рассекатель небес из ножен, я размахиваюсь им как самой обыкновенной дубиной. А затем просто и без затей бью по цзянши:
— И помни, ты обещал не уворачиваться!
— Не было такого! — возмущается цзянши.
Но как бы то ни было, уворачиваться уже поздно. Небесно-голубые ножны с гулом рассекают воздух, с каждым мгновением, становясь всё ближе к голове цзянши. Ему уже не уйти из-под удара, это конец…
Дзинь! — бьёт по ушам металлический звон.
Время для меня будто замирает. Не веря своим глазам, я слежу за чёрным окутанным призрачной дымкой лезвием, что встало на пути у небесно-голубых ножен. Он всё же успел отбить мой удар. Похоже, это и впрямь конец — только не тот, которого я ждал.
— Это было лег… — медленно двигает губами цзянши.
Его слова долетают до меня с каким-то запозданием. Словно в этот момент я нахожусь не в доме старосты, а где-то глубоко под водой. Мне даже начинает казаться, что я постепенно схожу с ума…Как внезапно раздаётся подозрительный хруст…КРАК! — и время снова возобновляет свой ход, а вместе с ним и рука цзянши, что удерживает меч. Она переламывается в локте и клинок кровососа, не выдержав тяжести Рассекателя Небес, врубается в череп своего же хозяина.
— … ко, — договаривает цзянши правда уже с клинком в собственной голове.
Одновременно с этим он непонимающе переводит взгляд с меня на свою руку. Ну а я в этот момент не помня себя от радости кричу ему прямо в лицо: