Тайный брак (СИ)
К ее удивлению, все три девушки встали следом.
― А мы с тобой пойдем! ― объявила за всех Бастинда. ― Подождем у дверей, пока целитель тебя осмотрит, а потом проводим, куда потребуется, хоть в оранжереи, хоть к шателену*.
― Вот к шателену и проводите. Указания ему я уже отдал, ― не стал спорить квелл Лёре. ― После можете быть свободны до вечера ― все четверо.
Дальше до покоев целителя, которые оказались здесь же, в башне, но на третьем этаже, добирались молча. Как и договаривались, Бася, Нанна и Ювина остались ждать на мягком диванчике под дверями, а Анналейса и ее патрон прошли внутрь.
Целитель оказался, точнее, оказалась женщиной немногим моложе рейвы Калвины, которой, как знала Лейса, было пять десятков и еще шесть лет. И, как все целители, она была дочерью Дома Рассвета. Правда, рыжина ее волос сильно поблекла под покровом седины, но зато глаза смотрели молодо и остро.
― Квелл Лёре? Кто это с вами? ― рассветница оторвалась от свитка, который изучала, сидя за простым столом с непокрытой поверхностью. ― Неужели четвертую девушку нашли?
― Да, мора Хенгива. Отыскалась, наконец, подходящая. С завтрашнего дня думаем начать полноценное обучение четверки. Но для начала я должен убедиться, что нэйта Ренсли здорова и в силах перенести тяготы тренировок.
― Задачу поняла, квелл. ― Мора Хенгива отложила свиток, встала, поманила Лейсу за собой. ― Иди со мной, нэйта. А вы, квелл, подождите тут.
Квелл Лёре с невозмутимым видом опустился на предложенный ему стул. Анналейса вслед за целительницей прошла в соседнюю комнату, где имелся еще один стол и пара мягких кушеток, обтянутых кожей.
― Разденься до пояса и приляг, ― мора Хенгива постелила на одну из кушеток белую простыню и подвела к ней Анналейсу.
Лейса распустила шнуровку платья на груди, стянула его с плеч и, чуть поежившись от неловкости, улеглась.
Мора Хенгива присела на табурет рядом. Взяла Лейсу за руку, нащупала пульс и какое-то время прислушивалась к нему. Затем удовлетворенно кивнула, растерла ладони, одну положила под затылок Лейсы, другую начала прикладывать вначале ко лбу, потом ― к горлу, к груди, и, наконец, к животу.
Каждый раз Лейса ощущала тепло и легкую щекотку, но хихикать ей совсем не хотелось. Она с тревогой ждала, что скажет мора Хенгива.
― Поздравляю, нэйта, ты совершенно здорова и очень вынослива, впрочем, как и все не избалованные излишествами дети простого народа. Можешь встать и привести себя в порядок, ― объявила, наконец, целительница.
Анналейса тут же уселась и начала поправлять платье.
― А как же… я разве не в тягости? ― нерешительно, едва слышно спросила она.
― Так ты не знаешь? ― Мора Хенгива с любопытством посмотрела на Лейсу. ― Обычно дети Ночи чуют новую жизнь так же хорошо, как и мы, рассветники. Хотя что это я? Ты ведь еще не обучена…
Анналейса, если бы не привитая няней и родителями почтительность к старшим, сорвалась бы на крик, так ей не терпелось услышать простой ответ: да или нет. Но она призвала на помощь всю свою выдержку и снова напомнила о важном:
― Я не знаю. Скажите, мора Хенгива, я в тягости?
― Да, юная нэйта. Да! И я, признаюсь, не уверена, что это обрадует твоего патрона. На такой поворот мы никак не рассчитывали.
Анналейса покачала головой: она тоже не рассчитывала ― тогда, в первую и единственную брачную ночь. Даже мысли такой не пришло в голову! Не до того было...
― Не обрадует… ― повторила она рассеянно.
― Да. И уж прости, но скрыть от квелла Лёре это обстоятельство я не могу. Оделась? Тогда пойдем. Разговор, чувствую, будет непростым.
Лейса вслед за целительницей вернулась в приемную. Не спрашивая разрешения, присела на свободный стул. Прикрыла непроизвольно руками живот, где ― теперь она знала точно! ― жила частичка ее мужа. Крохотная, но способная изменить будущее самой Лейсы и, видимо, многих других.
― Что? Анналейса нездорова? ― квелл Лёре заметил и бледность своей подопечной, и потемневший взгляд моры Хенгивы.
― Отчего же? ― усмехнулась мора. ― Нэйта Ренсли ― девушка крепкая и выносливая. Но муж ей, помимо магии Дома Ночи, еще один подарочек оставил.
― Какой же? ― квелл Лёре проявил удивительную недогадливость и намек не понял.
― С приплодом приехала нэйта, ― снова усмехнулась целительница. Впрочем, веселья в ее улыбке не было. ― Как думаете, квелл, сможет женщина в тягости боевой магии обучаться?
― В тягости? Нэйта Ренсли ждет ребенка?!
― Так и есть. ― Целительница уселась за стол, развернулась к Лейсе и ее патрону. ― В этом нет ничего удивительного. Сколько помню, девушки из простонародья всегда быстро от мужей-магов зачинают.
― Это сильно осложняет дело. Мы и без того никогда раньше женщин боевым заклятиям не обучали, а тут… ― квелл Лёре с сомнением повел плечами.
Целительница покивала понимающе.
― Помнится, в одной из древних рукописей я встречала сведения о том, что наши предки-маги всех, у кого достаточно силы, одинаково учили ― и мужчин, и женщин. Но знаний о том, как обучение на женщин в тягости воздействует, у нас не сохранилось.
― Нэйта Ренсли! ― квелл Лёре резко обернулся к Анналейсе, которая сидела сбоку от него. ― А вы-то сами этого ребенка желаете?
Лейса вдохнула, открыла рот и тут же закрыла, понимая, что не знает, как ответить. Она перед собой такой вопрос и не ставила! Ей приходилось слышать от подруг-соседок в Шарсоле, что некоторые легкомысленные женщины, зачавшие дитя вне брака, обращаются то к магам, то к травникам, чтобы избавиться от него. Но она, Лейса, замужем! Как честная женщина, она должна дать жизнь наследнику своего супруга!
Вот только… Нужен был бы Эйлерту наследник, рожденный простолюдинкой, пусть даже с примесью магической крови? Анналейса в очередной раз вспомнила: она почти ничего не знает о мужчине, который взял ее в жены. Чего он хотел? Что ценил? К чему стремился в мирной жизни? Будь он жив и рядом ― она спросила бы прямо, надобно ли ему их общее дитя. Но Эйлерта нет. Решать придется ей самой.
― Мне бы подумать, ― выдавила она через силу.
― Долго раздумывать не советую, ― произнесла мора Хенгива раньше, чем квелл Лёре успел открыть рот. ― Избавиться от плода быстро и без последствий можно только ближайшие пять дней.
― За пять дней сумеете принять решение, нэйта Ренсли? ― К удивлению Лейсы, ее патрон не стал ни на чем настаивать и времени для принятия решения дал достаточно.
― Значит, я могу идти? ― переспросила она.
― Можете, нэйта. И не надо смотреть на меня так недоверчиво. Я вам не враг. Никто здесь вам не враг. Да, мы хотим вырастить первую в известной нам истории четверку боевых магов-женщин. Но принудить мага к чему-либо невозможно. Нам нужно ваше добровольное согласие. Ступайте. ― Квелл Лёре отпустил Лейсу взмахом руки, а сам задержался в кабинете целительницы.
― Сможем ли мы как-то укрепить силы нэйты, если она все же оставит дитя? ― уже переступая через порог, услышала Анналейса вопрос, который задал патрон море Хенгиве.
Ответа моры она дожидаться не стала. Вышла в круглый зал, заменявший в башне коридор. На негнущихся ногах добралась до диванчика, на котором дожидались ее подруги. Упала на сиденье рядом с ними и закрыла лицо ладонями.
― Эй! Ты чего?! ― первой не выдержала молчания Бастинда. ― Какая еще напасть у тебя приключилась?
― Такая напасть, что впору пропасть, ― припомнила Лейса одну из присказок няни. ― В тягости я. А квелл с морой предложили мне… предложили…
― Ох! ― Бастинда все поняла без дальнейших слов, подсела ближе к Лейсе, обняла, прижимая её к мягкой пышной груди. ― Ох! А ты что решила?
― Квелл Лере и целительница дали мне пять дней на раздумья, ― немного невпопад ответила Лейса. ― Возможно, за это время я смогу найти веские доводы «за» или «против».
― С няней посоветуешься, опять же, ― кивнула Бася. ― Я так поняла, ты к ее мнению всегда прислушиваешься.
― Да о чем вы обе говорите?! ― с неожиданной болью вскрикнула, вскочив с диванчика, Ювина. ― Какая няня, какие доводы? Единственный довод ― голос сердца! Хочешь ты этого ребенка или нет ― вот и все!