Свидание в храме Афродиты

Но Мэрайя неожиданно призналась самой себе в том, что она не осталась равнодушной к красоте этого потрясающего мужчины, и вот уже несколько минут не может отвести жадного взгляда от его обнаженного торса. Он волнует Мэрайю, о чем свидетельствовали участившийся неровный пульс и жаркая волна охватившего ее желания.
А она не хотела чувствовать ничего подобного ни к одному мужчине, пусть и к такому ошеломляюще красивому, как Дэриэн Хантер!
Графиня понимала, что герцог Уолфингэм, в отличие от нее, полностью оправдывал свою репутацию. Его близость – угроза не только ее дальнейшей работе на корону, но и ее собственному спокойствию.
– Не стану, раз меня к этому принуждают. – Дэриэн теперь отвечал графине насмешливо, всей кожей чувствуя внезапное сексуальное напряжение, возникшее с ее стороны. – Что касается моего брата, если мои увещевания не приведут к успеху, боюсь, ему придется, как и остальным мужчинам до него, на своем горьком опыте познать всю жестокость женского коварства, – саркастически отрезал Дэриэн.
– Вы опять оскорбляете, Уолфингэм, причем не только меня, но всех женщин. – Гневный румянец окрасил нежные щеки Мэрайи Бичем.
Но зардевшаяся кожа лишь усилила привлекательность женщины, ее глаза обрели оттенок темной, почти черной бирюзы, словно Средиземное море готовилось к неистовому шторму. Румянец на щеках проступал все ярче, полные губы приобрели темно-розовый оттенок.
Словно манили к поцелую…
– Я этого не хотел, – мягко отступил Дэриэн.
– Нет?
– Полагаю, мое замечание было вполне конкретным, – насмешливо произнес он, без малейшего смущения отвечая на гневный взгляд Мэрайи. Не сводя с нее глаз, он медленно прошел на середину комнаты, где неподвижно стояла леди. – Не могли бы вы помочь мне одеться? Я понимаю, что вам гораздо привычнее слышать от мужчин просьбу сбросить одежду, – добавил он сухо, когда в очевидном удивлении Мэрайя подняла брови, – но сам я не смогу натянуть рубашку через голову.
Мэрайя признала про себя, что просьба Уолфингэма вполне логична, учитывая рану, и все же она медлила при мысли, что ей придется выполнять такое интимное действие.
Она очень сомневалась, что Уолфингэм – или любой другой светский мужчина – поверил бы ей, заяви она, что никогда не видела ни одного мужчину, кроме своего мужа, раздетым хотя бы наполовину. А Мартин, который был старше ее на двадцать пять лет, не мог похвастаться подобной мускулатурой и физической привлекательностью.
Однако она решила не рисковать.
– Я пришлю лакея, чтобы он вам помог.
– В этом нет необходимости, ведь вы стоите прямо передо мной, – хрипло прошептал Дэриэн. Здравый смысл, кажется, снова покидал его, как только он почувствовал экзотический возбуждающий аромат этой женщины. В присутствии Мэрайи ему становилось все труднее и труднее контролировать свое возбуждение.
Ввиду одержимости Энтони этой женщиной было бы неблагоразумно позволить своему влечению к ней перерасти во что-то большее и серьезное. Даже если бы Мэрайя Бичем и ответила на его призыв, но он знал, что этого не будет.
Рассуждая логически, Дэриэн прекрасно понимал создавшееся положение и принимал его.
К сожалению, его возбужденное и напрягшееся тело никак не хотело подчиняться холодному рассудку!
– Прошу вас… – Он внимательно смотрел ей в лицо, протягивая рубашку. От его взгляда не укрылось, что румянец на ее лице разгорелся еще сильнее, а на нежной шее беспомощно запульсировала голубая жилка.
Странная физическая реакция опытной женщины, которой приписывали всевозможные любовные интриги, как во время брака, так и после него!
Дэриэн не сводил с нее изучающего взгляда. Леди упрямо вздернула подбородок и вызывающе посмотрела ему в глаза, но все еще не делала попыток помочь.
– Если только вам не кажется эта идея слишком отталкивающей…
Огромным усилием воли Мэрайя подавила слегка истеричный смешок при одном лишь предположении, что любая женщина, да и она сама, могла бы посчитать внешность Уолфингэма отталкивающей.
Впервые в жизни Мэрайя почувствовала, что возбуждена, очень-очень сильно возбуждена.
 
От близости Дэриэна Хантера, заносчивого и высокомерного герцога Уолфингэма. Надо же было такому случиться, что из всех мужчин на свете ее тело отреагировало именно на него!
И все же так оно и было. Ее тянуло к нему. Из-за его вызывающе мужественной привлекательной внешности. Подтянутого и мускулистого сильного тела.
И ей это не понравилось.
Она презрительно скривила губы:
– Всем известно, что я всегда сама выбирала, с кем из мужчин… дружить.
– Все говорит об обратном, мадам!
Мэрайя задохнулась при столь откровенном и неожиданном выпаде, прежде чем успела замаскировать свою реакцию. Искушенная и опытная Мэрайя Бичем – публичная персона, репутацию которой она лелеяла последние семь лет, – при подобном оскорблении лишь насмешливо рассмеялась бы обидчику в лицо.
Что она немедленно и сделала.
– Я польщена, что вы тратите свое, несомненно, бесценное время, чтобы замечать подобные вещи, Уолфингэм.
Его ноздри раздраженно затрепетали.
– Вы в восторге от своей репутации?
В восторге ли она?
О да!
Это была ее личная шутка над высшим обществом, глубокоуважаемые представители которого воспринимали ее как женщину с определенной репутацией, когда лишь она одна знала, как они ошибаются. Только ее дорогая Кристина, которая теперь наслаждалась своим первым сезоном, знала истинную причину кокетливого поведения Мэрайи на публике. Конечно, с ее стороны было бы рискованно делиться конфиденциальной информацией с кем бы то ни было, однако Мэрайя попросту не хотела, чтобы ее обожаемая дочь, единственное любимое существо на свете, поверила той чепухе, которую в высшем свете болтали у нее за спиной.
– Так же, как и вы своей, Уолфингэм, – огрызнулась Мэрайя.
Дэриэн нахмурился, вспомнив, какого мнения она придерживается о его репутации.
– Тогда ответ отрицательный, – резюмировал он.
Она печально улыбнулась:
– К сожалению, даже вы не можете диктовать обществу, как к вам относиться.
– Даже я?
– Ну конечно, вы же у нас всемогущий герцог Уолфингэм, разве нет? – беззаботно отозвалась она. – Ваша рубашка, – напомнила Мэрайя, потянувшись за ней. Однако Уолфингэм продолжал держать ее в руках, стоя к ней слишком близко… волнующе близко.
Дэриэн все смотрел на нее, пытаясь прочесть хоть какие-то мысли в этой на удивление смышленой головке. Вчера, до разговора с Мэрайей Бичем, он бы поклялся, что она не более чем находчивая пустоголовая вертихвостка, преследующая лишь самые незамысловатые цели и простенькие желания.
Он все еще не имел ни малейшего понятия, кто на самом деле эта женщина, но пустоголовой она точно не была. В этом свете ее флирт с Энтони, мужчиной моложе ее на десять лет, ставил его в тупик.
– Мэрайя… – Дэриэн резко замолчал, услышав быстрый стук, вслед за которым дверь в спальню распахнулась настежь.
– Мама, я… – Леди Кристина Бичем остановилась на пороге, узрев интимную сцену, открывшуюся ее глазам, главными участниками которой являлись ее собственная мать и красивый полураздетый мужчина.
Дэриэн никогда прежде не оказывался в подобной ситуации и теперь судорожно размышлял в поисках подходящих слов. Он хмуро взглянул на Мэрайю, но та оцепенело смотрела на него. Тут графиня сначала нервно хохотнула, а потом дала себе волю и рассмеялась во весь голос.
Не иначе как над Дэриэном…
 
Глава 3
 
– Надеюсь, леди Кристина, вы не подумаете обо мне слишком плохо, учитывая обстоятельства нашей прошлой встречи? – вежливо произнес Дэриэн, танцуя с девушкой на балу леди Стоктон спустя неделю после их знаменательной встречи в гостевой спальне Карлайл-Хаус.
Неделю, которую Дэриэну почти полностью пришлось провести в собственной постели, выздоравливая после нанесенной ему огнестрельной раны. Большую часть этого времени его мысли возвращались к событиям того утра.