Свидание в храме Афродиты

– Да, приняла. – Мэрайя сверлила своего собеседника любопытным взглядом. – Вы тоже там будете?
– Святые небеса, конечно нет! – Мэйстоун наконец-то повернулся к ней, его морщинистое, но все еще красивое лицо исказила гримаса отвращения. – Хватит с меня и того, что приходится подвергать себя сомнительному удовольствию появления в высшем свете раз в неделю! Заверяю вас, у меня нет намерений страдать еще и в выходные!
– Бедный Обри, – сочувственно засмеялась Мэрайя, примирительно кладя руку ему на локоть. – У вас есть особые причины спрашивать меня о посещении именно этого званого вечера?
Обри Мэйстоун давно уже был ее связным, который помогал ей трудиться на благо королевства.
– У меня есть причины предполагать, что… А, Уолфингэм! – Обри повернулся, чтобы тепло поприветствовать только что подошедшего к ним герцога. – Вы как раз вовремя! Наша прекрасная графиня очень вежлива, но все же, мне кажется, ей требуется компания более молодого человека, чем я.
Мэрайе повезло, что она стояла спиной к Уолфингэму, и тот не мог бы неверно интерпретировать причину румянца, тут же проступившего на ее щеках. Ее переполняло раздражение, которое вызвало в ней столь упорное преследование этого мужчины!
Леди Стоктон, как и ее гости, очень удивилась, когда герцог Уолфингэм, человек, очень редко бывавший на светских мероприятиях, но который посетил вот уже второй званый вечер за последнюю неделю, вдруг появился в ее доме. Удивление длилось лишь несколько мгновений, затем находившаяся на другом конце зала хозяйка дома поспешно направилась к столь прославленному гостю.
Реакция Мэрайи на появление Уолфингэма была менее восторженной. Она терялась в догадках, почему он снова появился в свете.
Естественно, она постаралась не выказывать своего волнения и решила полностью игнорировать его появление, что оказалось довольно непростой задачей. Ей казалось, что, каждый раз, когда она оборачивалась, непременно наталкивалась взглядом на герцога Уолфингэма, с мрачным видом стоявшего где-нибудь неподалеку от нее.
Выглядел он совершенно неотразимо: отлично скроенный дорогой вечерний костюм подчеркивал его великолепную фигуру, уложенные в модном беспорядке темные волосы несколько смягчали строгое выражение красивого лица.
Однако у Мэрайи были веские причины полагать, что появление герцога в зале с прохладительными напитками не случайно.
Несомненно, вынужденный провести в постели целую неделю герцог успел-таки передумать и принял решение не оставлять судьбу своего брата на волю случая – или каприза Мэрайи.
Какие бы причины ни стояли за назойливыми преследованиями со стороны Уолфингэма, Мэрайя больше не собиралась убеждать его в отсутствии романтического интереса к Энтони.
– Ну что вы, Обри! – Она тепло улыбнулась Мэйстоуну и взяла его под руку. – В самом деле, вы настолько красивый и утонченный мужчина, что легко затмите более молодых джентльменов, – коварно прибавила она, поворачиваясь к Уолфингэму. Щеки ее уже приобрели обычный оттенок, от румянца не осталось и следа.
Губы Дэриэна дрогнули в усмешке. Он подавил улыбку, натолкнувшись на вызывающий взгляд Мэрайи Бичем. Уолфингэм расценил ее последнюю фразу абсолютно верно: это был скорее выпад в его адрес, нежели комплимент Обри Мэйстоуну.
Хотя фамильярность, с которой они держались друг с другом, наводила на подозрительные размышления о более тесном знакомстве, нежели принято в светском обществе.
Неужели Мэйстоун мог быть ее любовником? Если так и есть, то просьба Дэриэна прекратить дружбу с юным и неопытным Энтони выглядела просто нелепо!
Одно лишь предположение о любовной связи Мэрайи с Мэйстоуном заставило его нахмуриться.
– Леди Бичем. – Он поклонился ей, так как это был их первый разговор сегодня – до этого момента Мэрайе удавалось избегать его общества. – Мэйстоун, – коротко кивнул он Обри.
– Уолфингэм, – в глазах Мэйстоуна мелькнул озорной огонек, как будто старый пройдоха разгадал мысли Дэриэна и теперь забавлялся от души, – вы пришли украсть у меня Мэрайю на танец или присоединитесь к нашей тесной компании и пропустите с нами стаканчик-другой?
 
– Ну, я точно пришел сюда не для того, чтобы пить. – Дэриэн не скрывал своего неодобрения, глядя на бокалы в их руках. – Говорят, леди Стоктон не слишком щедра на бренди в своем пунше.
– Совершенно не обязательно напиваться, чтобы наслаждаться вечером, – насмешливо протянула Мэрайя.
– Конечно нет. – Дэриэн пристально изучал ее из-под полуприкрытых век. – Но если бы мне и хотелось выпить безвредного фруктового сока, я бы попросил принести мне именно фруктовый сок. – Стоя очень близко к Мэрайе, Дэриэн вновь почувствовал ее аромат – легкий запах весенних цветов и более тяжелую экзотическую нотку, в которой он теперь распознал жасмин. Пьянящее и возбуждающее сочетание.
– Как это верно. – Примирительный смех Мэйстоуна снял растущее напряжение. – Кажется, я вынужден оставить вас, моя дорогая. – Он поставил бокал на столик и элегантно поднес руку Мэрайи к губам. – И позволить этому молодому человеку украсть вас на танец.
Мэрайя нахмурилась, прежде чем холодно отозваться:
– Насколько мне известно, его светлость оказался недальновиден и не попросил у меня заранее позволения потанцевать. Боюсь, моя бальная карточка полностью расписана.
– Что ж, так вам и надо, Уолфингэм. – Мэйстоун повернулся к Дэриэну и насмешливо взглянул на него. – В будущем вам следует быть проворнее, если хотите заполучить танец с нашей восхитительной Мэрайей, – весело поддразнил его Обри.
Разочарование Дэриэна из-за усилившегося возбуждения и очевидного нежелания Мэрайи общаться с ним достигло такого уровня, что он едва мог сохранять спокойный вид. Морщинка, залегшая между его бровями, стала еще глубже.
– Жаль, конечно, леди Бичем, – холодно произнес он. – Однако в качестве утешения мне довелось потанцевать с вашей очаровательной дочерью, леди Кристиной. Прелестная юная леди, она делает честь и вам, и своему отцу.
Мэрайя с яростью посмотрела на Уолфингэма и увидела насмешливый вызов в его темно-зеленых глазах. Не мигая, герцог спокойно ждал ее реакции. Он был уверен, что графиня предпочла бы, чтобы он держался подальше от ее юной и впечатлительной дочери.
Да, Кристина легко приняла объяснения Мэрайи, по какой причине герцог ночевал в Карлайл-Хаус на прошлой неделе: все дело в его внезапном недомогании. Однако от матери не укрылось волнение дочери, совершенно естественное в ее юном возрасте. Заметила Мэрайя и то, что Кристина проявляет любопытство к надменному, красивому и знаменитому герцогу Уолфингэму. Последнее, чего леди Бичем желала для своей дочери, – это увлечение таким опасным мужчиной.
Конечно, она даже мысли не допускала, что Уолфингэм серьезно заинтересовался Кристиной. Мэрайя скорее поверила бы, что он хочет просто досадить ей самой. Если так, то ему это вполне удалось!
Чем меньше и она, и Кристина проводят времени с Дэриэном Хантером, тем лучше. Ее образ жизни – особенно работа на корону! – был такого рода, что ей не следовало привлекать к себе внимание проницательного и упрямого герцога Уолфингэма.
– Кажется, музыка и танцы прекратились из-за ужина, ваша светлость. – Мэрайя заметила, как поток гостей проходит через зал, где они стояли, и направляется к накрытым столам. – На улице идет дождь, не могли бы вы сопроводить меня на прогулку в Западной галерее?
Она хотела запретить ему приближаться к дочери!
Надо сказать, Дэриэн не особенно гордился тем, что использовал леди Кристину Бичем как средство завоевания внимания Мэрайи, но не собирался извиняться за это. Только не теперь, когда он так близок к своей цели – поговорить с Мэрайей наедине.
Хотя сейчас он уже не был уверен в правильности этой идеи, учитывая свое болезненное возбуждение.
– Держитесь подальше от моей дочери! – воскликнула Мэрайя, как только они достигли длинной опустевшей картинной галереи, освещенной дюжиной свечей. Она сейчас же отняла у Уолфингэма свою руку и метнула в него яростный взгляд. Щеки ее покраснели от гнева, грудь резко вздымалась и опускалась от негодования.