Везучая, и точка! (СИ)
Я моргнула и попыталась осмыслить. Наш союз был выгоден обеим сторонам. Враги с юга могли диктовать условия нам по отдельности, но если мы выступали единым фронтом… Но заключение договора о взаимной поддержке это одно, а слияние в единое государство могло всколыхнуть волну недовольства среди знатных родов. В свое время мне пришлось пустить немало крови, чтобы удержать власть, не хотела местная знать принимать пришлую, а в землях Сигурда я была предательницей. И вспоминать времена борьбы за трон я не хотела. Я медленно убрала кинжал и отошла на пару шагов.
— Сигурд…
— Я смогу убедить вече, главы многих родов уже поддерживают моё решение. Я положил жизнь, чтоб навести порядок в этих землях и, уходя, хочу знать, что они в надёжных руках.
— У Свенельда твоя хватка.
— Да ты тоже не промах.
Сигурд улыбался половиной рта и смотрел на меня широко открытыми глазами совсем как в юности. Мое дыхание сбилось. А в следующий момент из груди моего любимого торчала стрела. Кажется, я хотела закричать, но не смогла, из горла вырвалось бульканье. Слабеющей рукой я коснулась своей груди… моё сердце оказалось ранено такой же стрелой. Угасающее сознание цеплялось за картинки, будто они могли продлить жизнь. Я видела как Сигурд протянул ко мне свою окровавленную руку, и я вложила в неё свою. Я не смогла простить его в этой жизни, но я буду пытаться сделать это в следующих.
Глаза Ярины застыли во взгляде Сигурда, и вечность стала их пристанищем.
***
Я будто вынырнула из проруби. Холод сковал мои мышцы и они не слушались. Вместо слов из горла вырывался только хрип. Что это за сны? Кто эти женщины, чьи жизни я проживаю по ночам?
В следующий момент меня сгреб в объятия Герард. Я прильнула к его широкой груди и услышала бешеный галоп колотящегося о рёбра сердца. Он тяжело дышал и неосознанно гладил мои плечи.
— Я так скоро сдохну… — просипел он.
— Герард, что случилось? — такие фразы посреди ночи пугали меня сильнее всяких кошмаров. Я приподнялась и охватила ладонями его лицо, замечая блеск испарины на коже в тусклом лунном свете.
— Ты же Ярина? Да? — он вглядывался в моё лицо, а меня стало трясти крупной дрожью.
— Герард?.. Ты пугаешь меня… — с трудом произнесла я, так как челюсти бились одна о другую с громким стуком. Я не могла осмыслить происходящее: я кричала во сне имя? Или откуда Хранителю известны подробности моего сна?
Муж заметил как меня трясет и движением пальцев зажёг потухший камин. Стащил с дивана свою куртку и набросил её на меня. Вероятно дом и впрямь выстыл за время нашего сна, но колотило меня по другой причине. Я села напротив мужа, плотно замотавшись в его одежду.
— Мне снилось, что я Сигурд, — я ошарашенно уставилась на него. — А до этого Вадим и Алекс.
Герард, не мигая, уставился прямо мне в глаза, будто я могла что-то объяснить.
— Что?.. — но мои попытки собрать мысли в кучу вылились в итоге в одно местоимение.
Хранитель всё так же буравил меня взглядом. Но теперь я поняла: он не требовал от меня объяснения, он тоже пытался осознать.
— У нас с тобой одни сны на двоих? Может это последствия свадебного ритуала? — возникшая в моей голове идея казалась правдоподобной.
— Этот ритуал довольно распространён и о таких последствиях я еще не слышал. Каждую ночь просыпаюсь с ощущением, что мне сердце вырвали. А этой ночью так вообще… — Хранитель махнул рукой и устало потер ладонями лицо, прогоняя сонливость.
Я решила последовать порыву и, сбросив неосторожным движением куртку, обняла мужа. Я не знала, что говорить, и нужно ли. Хотелось так сидеть рядом с ним в чудесном доме на опушке леса, чувствовать кожей его тепло, вдыхать его запах и понимать каждой клеточкой, что он со мной, и он мой, что бы не происходило!
— Злата, я люблю тебя.
Его тихое признание зазвучало гонгом с моей душе, заискрило салютами и развеяло осадок сновидения. Какая разница что переживать и сколько раз умирать во сне или наяву, если сейчас я слышу эти слова?
— И я тебя, мой родной, — я поцеловала мужа в плечо и снова прижалась к нему как можно крепче, чтоб никто и никогда не разлучил нас.
Остаток ночи мы решили провести в месте, отведённом для сна — на втором этаже дома. Занырнув в постель и уютно устроившись в кольце рук своего оборотня, я сразу заснула, на этот раз без сновидений.
Глава 14
Я проснулась от беготни солнечных зайчиков по моим сомкнутым векам. Оказалось, солнце уже высоко поднялось над кронами деревьев и теперь светило прямыми лучами на мое лицо через окно на крыше. Я рукой пошарила по половине кровати, где лежал Герард. Она оказалась пустой и прохладной.
Я потянулась в кровати и зевнула от души до отчетливого хруста челюстей. Сделала в памяти пометку, что нужно всё же разжиться здешними часами, чтобы хоть немного понимать свой режим. Отбросила одеяло и подползла к краю спального этажа, чтоб глянуть сверху на гостиную. Герарда и там не было. Дверь на улицу была распахнута настежь. В комнате царил странный кавардак — всё было разбросано, будто после какой-то борьбы. Неужто мы вчера в пылу страсти не заметили как крушим такой милый интерьер?
Так как мои вещи остались внизу, то спускаться по лестнице пришлось нагишом. Такое простое действие плеснуло огня в вены, выуживая недавние будоражащие воспоминания о руках, которые меня раздевали, и губах, целующих моё тело. Мне очень хотелось скорее отыскать их владельца, не только потому что я успела соскучиться, а ещё из-за неясного чувства тревоги, затаившегося колючей льдинкой в районе солнечного сплетения.
Я оделась в брюки, майку, выпила кружку воды и вышла на улицу босая. Во дворе кое-где вздыбился гравий, добавляя мне дурных предчувствий. Я обошла дом, надеясь найти Герарда, созерцающего местные пейзажи, сидя на уютной площадке с бочкой, но и там его не было. Я решила вернуться в дом: вдруг мы ходим друг за другом кругами, но не успела.
Я сделала всего пару шагов, как меня смело колоссальной лохматой тушей и больно впечатало в стену дома, по которой я сползла вниз на землю. Немного отойдя от звёзд в глазах, я увидела перед собой огромную голову медведя, пристально изучающего меня звериным взглядом. Страшно болел ушибленный затылок и ныло плечо, рука повисла безжизненной плетью. Кажется, я забыла как дышать, глядя в мутные глаза животного. Липкий ужас сковал тело и мысли, мне оставалось только смотреть, и то, что я видела, совсем мне не нравилось. Медведь был явно не в себе, он был раздражен и скалил огромные зубы. Он начал водить носом вдоль моего распластанного тела, втягивая воздух дрожащими ноздрями. Обнюхав лицо, он спускался ниже и принюхивался всё внимательнее, пока не замер чуть ниже пупка. Он ткнулся огромной мордой мне между ног, я попыталась отползти, но медведь взревел и саданул огромными когтями прям по стене над моей головой. Решив, что принюхивания медведя всё же оставляют шанс, а смерть нет, я замерла, молясь всем богам, чтобы это быстрее прекратилось. Внезапно в глазах зверя мелькнула эмоция. Он поднял голову к моему лицу и снова заревел, затряс головой и рванул в кусты, за которыми был обрыв с потрясающим видом.
За то время, что медведь так своеобразно знакомился со мной, я снова обрела способность худо-бедно соображать. Герарда не было, зато имелся зверь со странными замашками. Вывод напрашивался сам собой. Поведение мишки мне не нравилось, но убивать меня он, видимо, не планировал. Я медленно со стонами поднялась, повисшую руку прижала к груди здоровой рукой и на дрожащих ногах пошаркала всё в те же кусты, за которыми скрылся зверь.
На краю обрыва сидел Герард. Его била крупная дрожь, он стоял на коленях, упираясь руками о землю.
— Герард…
— Не подходи! — он не говорил, он все ещё ревел, — Я на грани, Злата, отойди!
В обычном состоянии я бы последовала совету мужа. Но моим сознанием точно завладела какая-то неведомая сила, иначе как объяснить то, что я спокойно шагнула вперёд, подошла под рычание супруга, опустилась перед ним на колени и обняла его голову, вдыхая запах его волос и зарываясь в них пальцами.