А.Беляев. Собрание сочинений том 3

Ганс привык точно и быстро исполнять поручения, но никогда еще его лицо не выражало такого огорчения. Цандер понял его чувства.
— Хорошо, оставайся ты здесь, я сам справлюсь.
«Вот она — теория и жизнь, — думал Цандер. — Расчеты ломаются в самом начале. Драгоценные минуты проходят, а мы вместо того чтобы двигаться ускоренно, летим по инерции. Отложить «пробуждение мертвых», чтобы еще раз пришпорить ракету? Но для этого пришлось бы положить в амортизатор Винклера, а он требует ухода. Ну что ж, дадим нашим пассажирам передышку!» Последние уже давно ожидали своего «воскрешения». Стормер сначала бранился на нерасторопность «команды», потом он вообразил, что находится в руках большевиков, которые сыграли с ним страшную шутку. Ганс, Винклер, да и сам Цандер — кто они такие? В сущности говоря, он не знал их. А что, если они коммунисты или продались большевикам? От этой мысли он обливался потом в своем «гробу».
Леди Хинтон тоже решила, что ее обманули. «Неужто они и кормить меня будут через эту кишку?»
Епископ сначала читал псалмы царя Давида, но потом затих.
Маршаль де Терлонж тихо смеялся от радостного возбуждения. Подумать только — освободиться от всех дел, телефонов, волнующих телеграмм, вечного напряжения! Располагать своим временем — это ли не блаженство?
Маленький Текер мирно спал.
Пинч вертелся в своем ящике.
Шнирер философствовал и не замечал, где он и что с ним. Никогда еще ему так хорошо не думалось. Абсолютная тишина.
Амели мысленно разговаривала с женихом, вспоминая, однако, Цандера и Ганса и сравнивая их.
Повар Маршаля, китаец Жак, хранил обычную свою молчаливость.
Его-то Цандер и освободил первым. Жак вылез из ящика с таким видом, как будто поднялся со своей кровати.
— А где кухня? Надо барону готовить обед! — сказал он.
— Подождите немного, покажу, — ответил с улыбкой Цандер.
Пинч, как только вышел, схватился за свою записную книжку и забросал Цандера вопросами, неотступно следуя за ним, как истый репортер.
Неожиданная пассажирка, когда Цандер подошел к ее ящику, продолжала еще в дыхательную трубку взывать о помощи. Выйдя из своего заключения, она сначала расплакалась, потом, как в мелодраме, воскликнула:
— Вы мой спаситель! А где барон? Ведите меня к нему.
Пока Цандер извлекал банкира из ящика, Мадлен тихонько стояла в углу, притаившись, словно кошка.
Не успел Цандер снять скафандр с головы Маршаля, как Мадлен предстала перед ним. Барон, увидав ее, обмер. Его и без того выпуклые глаза сделались совсем рачьими. Тупо посмотрев на Делькро несколько мгновений, Маршаль вдруг втянул голову в плечи. Если бы только мог, он сжался бы в комок и юркнул в водолазный костюм. Но он не обладал такой способностью. Его голова с побуревшим лицом осталась снаружи.
— Э-э-э… А-а-а… — Больше он ничего не смог произнести.
— Вы недовольны? — спросила Мадлен. — А я так спешила! Думала: как обойдется барон без личного секретаря? Ну, снимайте же скорее ваш балахон, — смеясь, тормошила она барона. — Вода соленая — я попробовала. Вы не просолились?
— Н — но кх-кх, как же вы узнали?..
— Я давно знала о вашем полете. Читала ваши письма, подслушивала! — ответила она просто.
  
Глава II
 
 
ОКОНЧАТЕЛЬНО «ВОСКРЕСАЮТ МЕРТВЫЕ», И ПРОИСХОДЯТ НЕКОТОРЫЕ «НЕБЕСНЫЕ ЧУДЕСА»
Постепенно все «мертвые» были «воскрешены».
Толстая леди Хинтон, снимая водолазный костюм, едва толкнув его вниз, неожиданно выпорхнула из него; сам он «почему-то» не хотел падать к ее ногам, и она оказалась под потолком… Леди Хинтон беспомощно барахталась в воздухе.
Она находилась близко к середине ракеты, где центробежная сила почти не действовала. Леди перегнулась вниз, чтобы прижать края платья к ногам, и, к удивлению своему, не почувствовала прилива крови к голове, как это бывало с нею обычно. Она позвала на помощь Эллен. Цандер втолкнул племянницу к тетке, но Эллен была не менее беспомощна. Она пронеслась через всю каюту, ударилась головой о противоположную стенку, отлетела назад и замахала руками, пытаясь ухватить тетку за платье, но ничего не могла поделать. Какой-нибудь сантиметр отделял ее руку от ноги леди Хинтон, и это расстояние она не могла преодолеть.
 
— Что случилось? Это же невозможно! — возмущалась леди Хинтон. — Эллен, иди же сюда или лети!
— Я не могу, тетя! — отвечала девушка, вися в середине каюты.
Цандер влез в каюту, не обращая внимания на леди Хинтон, взял ее за руку и показал, как пользоваться ремешками. Леди Хинтон, а вслед за нею и Эллен спустились «вниз».
«Какой скандал! — думала леди Хинтон. — Знала бы, ни за что не полетела в этой ракете!»
Наконец она привела себя в порядок и осторожно уселась в свое кресло. Она сидела в мрачной задумчивости. Из соседней кают-компании доносились голоса. Среди них слышался незнакомый женский голос, высокий, вибрирующий, раздражающий. Кто бы это мог быть? Гости? Но откуда и как они могли появиться здесь?..
Леди Хинтон крепко держалась за подлокотники кресла. Она решила просидеть в кресле все путешествие. Это был островок «твердой земли» среди бесконечного ничто…
Леди откинулась на спинку кресла и в то же время по привычке уперлась ногой о скамеечку. Кресло откинулось назад и — о ужас! — завертелось в воздухе.
В дверь постучали, и она услышала голос Блоттона:
— Можно вползти?
Впустить или не впустить его? Ведь это ужасно! Но вращаться так еще ужасней.
— Войдите! — сказала она, намереваясь сказать «нет».
— Я еще не видал вас, тетя. Как вы себя чув…
Блоттон не договорил и, несмотря на всю выдержку, приобретенную воспитанием, едва не расхохотался при виде почтенной леди в роли белки в колесе.
— Позвольте помочь вам, леди Хинтон! — воскликнул он.
Стараясь сделать это наиболее тактично, он подполз по стене со стороны головы леди Хинтон, схватился за ручку кресла и благополучно опустил его на пол. Леди
Хинтон была совершенно удручена. Увы, ее кресло — последняя опора — не было больше опорой.
Леди Хинтон была встречена в кают-компании с надлежащим почетом. Вся мебель в этом помещении была прикреплена к полу, как на пароходах. Сидящие на ней привязали себя к сиденьям ремешками и чувствовали себя устойчиво. Пинч зажимал в коленях дорожный баул своего хозяина, а Стормер держал в руках бутылку шампанского.
— Мы решили ознаменовать свой благополучный отлет и выпить по бокалу шампанского, — сказал он.
— Ну-с, итак… — продолжал Стормер, раскачивая грушевидную осмоленную пробку. Пробка неожиданно выскочила, брызнула пена. В то же время бутылка вырвалась из рук и полетела в косом направлении к стенке. Все вскрикнули. Цандер рассмеялся.
— Вот вам самый простой пример того, как действует ракета. Бутылка шампанского — это реактивный снаряд.
— Увы, этот пример нам стоит потерянного удовольствия.
— Нисколько! Из бутылки выброшено силою газов только немного пены. Шампанское не вытекает, несмотря на то что бутылка плавает вниз горлышком.
— Что такое?
— Потому что нет силы тяжести, которая извлекла бы жидкость из бутылки. С этими явлениями нам еще не раз придется иметь дело. Посмотрим, как вы справитесь с вашей бутылкой, — загадочно прибавил Цандер.
— Вино цело, выпить его не трудно.
Стормер поймал бутылку и опрокинул ее над бокалом. Шампанское не выливалось. Стормер заглянул, не застрял ли в горлышке кусок пробки, — объяснениям Цандера он еще не верил. Нет, горлышко было свободно. Он тряхнул бутылку. Из нее вылетел «кусок» янтарной жидкости в виде колбаски, быстро принявшей форму шара. Шар ударился о край бокала и разбился на мелкие шарики, которые полетели в разных направлениях. Некоторые из них в виде мелких капель попали на лица и руки сидящих. Часть жидкости осталась в бокале, но не заполнила дно, а растеклась тонким слоем по стенкам.