Младший наследник. Том 2 (СИ)
Запереться в своём номере мне не дали — стоило мне попасть на этаж, где были комнаты, снятые Вяземской, женские руки сжали мои плечи и ненавязчиво (да кому я вру? Очень навязчиво) потащили в другую сторону.
— Знаешь, — заговорила Мария прямо мне в ухо. — Что-то я никак не могу найти минутку, чтобы заставить тебя выполнить ещё одно твоё обещание. Ты обещал мне долгую интересную историю, помнишь?
Глава 8
Коротко о главе:
Мёбиус: я абсолютно не готов к детям. Нет-нет-нет, мне хватает соседского малявки, больше не хочу. Ни за что. Точно нет.
Мария:))))))))
Мария затащила меня в свою комнату. Я не очень-то и сопротивлялся — уговор есть уговор. Но какое-то неприятное ощущение всё равно есть: до сих пор мне и в голову не приходило рассказать кому-нибудь, кто я на самом деле. Складная выдумка тоже уже не получится — в любом случае, возникнут вопросы по поводу того, что души две, а тело всего одно. Да и Марии сложно солгать; иногда мне кажется, что жизнь была бы легче, если бы вокруг было меньше проницательных людей.
— Ну что? — не стала тянуть кота за хвост Мария. — Рассказывай.
Я задумался. Ладно уж, что-то я могу ей сказать: может, мне даже станет спокойнее, если кто-нибудь узнает о моей маленькой проблеме.
Усевшись на маленький диванчик напротив Марии, упавшей на кровать, я попытался подобрать слова.
— В общем, я не Кикучи Сабуро.
— Что? — моргнула Вяземская. — Я не поняла… Тогда кто ты? И как это связано с душой?
— Я другой человек в его теле. Не так давно — это случилось незадолго до того, как мы с тобой познакомились. Я до сих пор пытаюсь выяснить, что произошло.
— Так та душа… Это он, не так ли?
— Да, — вздохнул я. — Он настоящий. Поэтому у него и нет тела. Тут… странная ситуация.
— А что на счёт тебя? Кто ты? — настороженно произнесла Мария.
— Просто другой человек, — отозвался я. Слова про другой мир будут звучать странно; не то чтобы эта история и без того не была какой-то сказкой, но я уже сомневаюсь, что в это будет так просто поверить. — Меня зовут Мёбиус.
Мария присвистнула.
— Как… необычно. И почему я должна в это поверить? Скажи мне, где твоё настоящее тело?
— Его уже нет, — вздохнул я; наверное, нахождение в другом мире можно так назвать. — Ты мне веришь?
После короткой паузы девушка выдавила:
— Я не знаю. Это звучит, как розыгрыш. Но это не значит, что я тебе не доверяю. Думаю, я просто понаблюдаю за тобой. Между нами же всё равно ничего не изменится? Я имею в виду… какая разница, кто ты? Ты всё равно в теле этого парня. Кстати, ты так и собираешься жить под его именем?
— Да у меня и выбора особо нет…
— Почему это? — прищурилась девушка. В этот момент она снова выглядела так, будто готова на меня накричать; кажется, её очень нервирует возможность быть обманутой.
Я махнул рукой.
— Ничего такого. В любом случае, я пытался узнать, что произошло, с помощью воспоминаний Сабуро, но его душа была повреждена. Так мы здесь и оказались.
— Ладно, храни уж свои секретики, — фыркнула Мария. — Лжесабуро.
— Что?
— Пф-ф. Забудь.
Отношение ко мне Марии действительно не поменялось. Кажется, её правда не волновало, Сабуро я или нет — настоящего она не знала, так что с его смертью ничего и не потеряла. Она хотела интересную историю, и она её получила — вот такая честная постановка целей мне нравится.
Следующие три дня я медитировал, недовольный перспективой бегать по Пекину и осматривать достопримечательности. К тому же, напоминание о собственной слабости мерещилось во всём: во взглядах на своё отражение в зеркале, в понимании, что в случае чего я даже Антону продую, хоть он и не выглядит силачом, и даже в попытках зажечь свет привычным движением руки — взмах, чтобы пустить в ход магию и заставить свечи зажечься без посторонней помощи.
Утром четвёртого дня примчалась Мария. Сначала она пыталась надавать мне тумаков, за то что я заперся, а уже потом сообщила, что Ву Цюань спрашивала, нет ли среди нас кровных родственников её «пациента». Одно и то же тело за родство вполне считается — по-другому и быть не может, так что мы стартовали к дому лекаря с рассветом, и были на месте уже к семи утра.
Ву Цюань была неожиданно бодрой для человека, занимавшегося исцелением души три дня подряд. Она провела нас с Марией и лысым в свою просторную квартиру на последнем этаже. Уже на входе в нос ударил запах ароматических свечей и благовоний; в комнате, в которую нас впустили, подсвечники были почти на каждом шагу.
— Посмотрите, — подозвала нас Ву Цюань. На большом столе стоял серебряный сосуд — он слегка светился голубоватым цветом, и оказавшись рядом я снова почувствовал невероятное облегчение. Боль в голове снова прошла, никакого навязчивого шума и гудения; сразу понятно, что душа Сабуро каким-то образом слилась с осудом и счастливо сияла. — Она очень плоха, но мне удалось стабилизировать состояние. Теперь нужно немного крови.
— Говорит, нужна кровь, — перевела Мария. — Давай, покажи мне жертвоприношение.
Я фыркнул и молча приблизился к Ву Цюань — та уже успела достать где-то нож, рукоять которого была покрыта необычной резьбой, и крупную чашу, больше напоминавшую кубок для вина.
— Понадобится много, но, пожалуйста, не нервничайте.
Мне и раньше приходилось участвовать в ритуалах, требующих кровь мага — это не было чем-то особенным, так что я терпеливо позволил китаянке сделать пару длинных и довольно глубоких надрезов на моей руке, чтобы слить немного алой жидкости.
Когда Ву Цюань решила, что уже достаточно, она кивнула в сторону ещё одного столика поменьше, на котором лежала скромная пачка бинтов и какая-то маленькая белая бутылочка. Мария вздохнула и отвела меня в сторону, чтобы промокнуть порезы прозрачной жидкостью из этой самой бутылки — почему-то от неё ужасно щипало, но я решил не задавать вопросы. Пока девушка накладывала простенькую повязку («Сабуро, блин, чего выдираешься? Ещё заражение будет, тупой ты придурок!»), Ву Цюань принялась сосредоточенно что-то шептать, выливая кровь на сосуд.
Шаманка какая-то, а не лекарь. Впрочем, не в моём положении жаловаться.
— Сейчас всё случится, — вдруг заявила Ву Цюань. Мария оживилась: она быстро сказала мне об этом сбивчивым шёпотом, и мы приблизились к сосуду, чтобы взглянуть на результат.
А затем произошло что-то… неожиданное.
Сосуд вдруг засиял ярче прежнего, впитывая кровь (металл!), и будто бы начал двигаться, слегка меняя форму. Вытянулся, стал куда больше напоминать человека, и наконец начал менять цвет и текстуру, словно…
Твою ж! Серебро превращается в кожу? Это что ещё такое?!
Я наблюдал, как сосуд с душой Сабуро превращается во что-то живое: в конце концов, он стал ребёнком. Не старше четырёх, первое время он и вовсе не дышал, но наконец судорожно вздохнул, хоть и не проснулся.
Наконец я прошипел:
— Что. Это. Такое?!
— Он что, живой? — поперхнулась Мария и на проверку ткнула мальчика в живот. — Тёплый! Что ты сделала? Почему он… вот такой?
— Это именно то, что обычно делают с душами без сосуда, — пожала плечами Ву Цюань. — Хранить-то можно где угодно, а полноценно вернуть к жизни — только сформировав новое тело без души. Некоторые люди покупают для такого настоящих людей, но я не стала вам это советовать. Вы недовольны моими услугами? Вот что я вам скажу: такая повреждённая душа разрушилась бы за пару недель, если бы её не было куда подселить.
Мария, такая же ошеломлённая, как я, медленно перевела сказанное Ву Цюань. Я зажмурился. Серьёзно, почему он хотя бы не вернулся к своему прежнему возрасту? Что мне вообще с ним делать? Знаете ли, отцом становиться я не планировал — даром, что маг, и такие вещи могу контролировать.
Ну вот куда я дену малявку-Сабуро?