Академия семи ветров. Добить дракона (СИ)

Она повернулась к Эйнару:
— Я же говорила! А ты, Маргрит, могла бы выбраться из своей лаборатории и сама сходить на шум — тогда сейчас не исходила бы на зависть!
— Лаборатории целителей отделены от женского крыла половиной замка! В моей лаборатории ничего не слышно!
Эйнар, убедившись, что добиться от Адамины угрызений совести или хотя бы обещаний не повторять подобное ему не удастся, пресек свернувшую не туда грызню:
— Хватит! Адамина, ты хотя бы выяснила, кто зачинщик?
— Не-а, — легкомысленно отмахнулась алая. — Они не признаются! Но, насколько я слышала — шуметь начали с первого этажа.
Милдрит!
Н-да… Нужно было всё же удовлетворить девушку.
  
ГЛАВА 10
 
Милдрит
“Если у вас будут вопросы, вы знаете, где меня найти!”
“Да, наставник, у меня есть вопрос! А на пересдачу к вам можно записаться? А то у меня подруга зачет по лишению девственности не принимает…”
Как-то так моя дурная головушка решила меня поддерживать, пока я кралась по коридорам к наставническому кабинету.
Ну, положим, правда не кралась, а шла.
Но морально в любой момент была готова слиться с местностью и сделать вид, что меня тут нет и вообще я мимо проходила.
Меня бросало то в жар: “Ой что будет, что будет!”
То в холод: “А если он обиделся и не будет?”
А может, его вообще в кабинете нет, и что тогда делать?
Вообще очень глупо наверное искать наставника в рабочем кабинете в выходной после отбоя, но где и когда мне еще его искать?! Днем мне будет страшно, да и прогуливать совсем не хочется. Сразу после занятий есть риски встретить у кабинета нежелательных личностей, там ведь очередь из караулящих. А где еще можно нарочно встретить черного дракона да так, чтобы оказаться наедине я не имела ни малейшего представления.
“Вы знаете, где меня найти!”
Да-да, конечно. Если бы!
Я промаялась сегодня весь день, не в силах принять решение. Воспоминания о случившемся на башне будоражили настолько, что невозможно было просто спокойно сидеть на месте. И вообще даже без Беатрис было понятно, что что-то я там вчера недопознала, но…
Не могу же я сама к нему пойти?
Или могу?
А почему, собственно, не могу?
Кто, скажите на милость, мне запретит? Темные? Ха!
Решение принялось и вечером под подбадривающим взглядом Беатрис, я выдвинулась на собственную охоту на дракона.
Правда сейчас, я настолько убедила сама себя, что наставника на рабочем месте не окажется — а что бы ему делать на рабочем месте во внерабочее время? — что, едва постучав, уже вознамерилась развернуться на пятках и отправиться в обратную сторону, так что приглашение войти застало меня в полуобороте.
И я застыла сусликом, в ужасе осознав, что пока мысленно кривлялась и требовала, чтобы дракон пересдал зачет по лишению девственности (или там было наоборот?), никакую внятную и здравую речь я совершенно не продумала.
И вообще ничего не продумала!
И вообще, может быть, передумала?
Интересно, если вот я прямо сейчас рвану с места, то успею добежать до поворота прежде, чем Алвис полюбопытствует и откроет дверь, или?..
Не успею.
— Милдрит?
Я вздрогнула, зажмурилась и прикусила губу.
— Если передумала заходить, то я могу сделать вид, что стук в дверь мне померещился, — насмешливо, но как-то тепло предложил дракон.
А чего это сразу передумала?! Ты бы может и захотел бы, чтобы я передумала, а я вовсе даже и нет!
И каблуки решительно развернули меня обратно.
Мужчина посторонился, пропуская меня внутрь.
А я замерла, сделав пару шагов.
Я ни разу не бывала здесь вечером.
Когда за окном — густые сумерки, и они просачиваются внутрь, скапливаются по углам и тенях, а несколько зажженных свечей не столько разгоняют их, сколько вычерчивают тьму, делают ее гуще, контрастнее, но в то же время… уютнее.
И в этой темноте становится как-то не так страшно. А ощутимое присутствие дракона за моей спиной вызывало не страх, а щекотку между лопаток и тяжесть внизу живота. Возвращало уверенность в том, что все это мне нужно.
 
Но, решиться на какие-то объяснения все равно было неимоверно сложно.
Я все еще судорожно подыскивала слова, когда мне на плечи легли чужие руки. Слегка погладили, окончательно сбив с мыслей, а потом бережно повернули к дракону лицом.
От необходимости придумывать какие-то слова меня неожиданно избавил поцелуй. Нежный, но уверенный. Совершенно не осторожничающий. Алвис и без моих сбивчивых объяснений, кажется, прекрасно понял, зачем я пришла!
…и возражений по этому поводу, очевидно, не имел…
Я потянулась к нему, обвила за шею, совсем как тогда, на башне, прижимаясь теснее, разомкнула губы, позволяя нахальному языку скользнуть ко мне в рот…
А потом дракон отстранился, чтобы окинуть внимательным взглядом горящие глаза, покрасневшие щеки, припухшие губы, и сообщил:
— Просто очень хотелось в кои-то веки сделать это самому, прежде, чем вы, адептка Релей, наброситесь и будете принуждать ко всякому. Так зачем вы, говорите, пожаловали?..
Я?! Да он… да я… да как он?!..
У-у-у, змеюка!
— За этим и! — торжественно объявила я. — Принуждать ко всякому, а вы, наставник, взяли и все испортили!
— Совсем испортил? — уточнил дракон, снова наклонившись ко мне, но в этот раз горячие губы мазнули по виску, вниз, к уху. Он прихватил мочку сначала губами, а потом зубами, а потом снова губами, а потом по ней прошелся язык, и я судорожно вдохнула, стиснув в кулаках ткань его рубашки.
— Совсем, — непреклонно подтвердила я, зажмурившись.
Мужчина расстроенно поцокал языком, сильнее сжимая мою талию.
— Какая жалость… — а потом резко выпустил меня и отстранился. — Ну что ж, значит, как-нибудь в следующий раз!
В этот момент очень сложно было решить, какое желание во мне сильнее — вцепиться и вернуть на место или стукнуть чем-нибудь тяжелым. Второе, пожалуй, преобладало, но после него есть риски, что придется искать нового дракона, а не хотелось бы. Гарантий никаких, сплошные нервы…
От этого, правда, нервов не меньше!
Я развернулась, прошла к прекрасно знакомому уже дивану и плюхнулась на него, по полюбившейся привычке обхватив подушку.
Дракон смотрел на меня странным взглядом, в котором мешалось умиление и любопытство.
Я в ответ смотрела на него сердито.
И чего вот ему стоило просто молча целоваться?! Все же хорошо было!
А когда мужчина двинулся в мою сторону — отвернулась в окно, за которым царила чернота.
Подушки дивана качнулись под дополнительным весом.
— Милдрит, — позвал меня низкий, будоражащий голос. — Иди сюда.
Я обернулась и смерила дракона подозрительным взглядом. Ага, да! Сначала иди сюда, а потом вы, адептка, меня принуждаете ко всякому! А я может и принуждаю, но зачем же так в лоб это констатировать?
Но когда Алвис протянул руку, все-таки осторожно перебралась к нему на колени. Правда, вместо того, чтобы устроить меня на них, как маленькую девочку, дракон сделал как-то так, что я оказалась на нем верхом. Между разведенных ног тут же стало горячо и дыхание сбилось, когда ладони погладили мои колени, сквозь смятую, задравшуюся ткань юбки.
В такой позе мы оказались практически одного роста и было очень удобно разглядывать дракона, пока он разглядывал меня. Такой смуглый, густые, черные ресницы, пляшущие огоньки свечей отражаются на черной радужке каким-то демоническим огнем, жесткая линия губ.
И на контрасте — нежнейшие, едва ощутимые прикосновения, все так же поверх ткани, без попыток забраться под нее. От этих прикосновений все тяжелее дышалось и хотелось ерзать, в попытке прижаться теснее, усилить остроту ощущений.
Но…
А кто сказал, что в этот раз у меня получится?
В прошлый я ведь сбежала не потому, что мне было плохо.
От мыслей о побеге стало неловко. Я ведь действительно сама на него “набросилась”, а потом — бросила… а теперь опять пришла и что-то требую.