Незримая (СИ)

— Нам не нужно было идти через центр, мне нужно было дойти с тобой до хижины Коккино, и скопировать технику. Всё.
— Но ты боялся разрушенного храма?
— Великолунцам известно о пророчестве и влиянии мест силы, и место первого явления Незримой тоже к ним относится. Я боялся, что ты и вправду тот самый Привратник.
— Вот даже как? Великолунцы тоже ждут прихода Чёрной Луны?
Вячеслав повернулся, разглядывая меня.
— Я бы не сказал. Никто не ждёт её прихода, кроме самых отмороженных чернолунников.
Я усмехнулся.
Вячеслав продолжил:
— Великолунцы хотят сохранить мир таким, какой он есть. Если бы я скопировал у тебя технику Пса, то это дало бы нам сразу несколько козырей.
— Даже так?
— Да. Ты, наверное, помнишь, что род Борзовых формально не уничтожен, пока есть родовая техника Пса? Укради мы её, и Царю бы пришлось выбирать, какой следующий Великий Лунный Род подвергнуть уничтожению. Обряд ведь надо закончить. И, несомненно, выбор бы скорее всего упал на Славиных — самих себя уничтожать бы Рюревские не стали.
Пока я раздумывал над его словами, он встал. Кивнул мне вставать.
— Сбрасывай куртку, — Вячеслав похлопал мне по плечу.
— Зачем? — спросил я, хлопая себя по карманам в поисках артефактов.
— Ничего не оставляй, — Ключевец покачал головой, — Я же тебе сказал, Южные Острова для магов не самое лучшее место. Тут никто не обратит внимания, что ты — Иной, но вот магическую кровь тебе не простят.
Я поморщился, но всё же стянул разорванную куртку. Потом, размахнувшись, сбросил её вниз. Будто специально поднялся ветер, подхватив раскрывшуюся одёжку, и она упорхнула куда-то в сторону.
— Ну, не убьют же меня сразу?
Вячеслав усмехнулся:
— Лучше моли свою Незримую, чтобы убили сразу.
Я хотел отряхнуть штаны, но передумал. Разорванные, непонятного цвета, они вполне могли сойти за солдатскую форму.
— Даже хорошо, что ты всю энергию выжег, — кивал своим мыслям Ключевец, оглядывающий себя, — Можно будет соврать, что ты Пустой.
Он проверил свои карманы, обнаружил завалявшийся защитный артефакт. Потом выбросил его вниз.
— Можно сказать, что здесь, на Южных Островах, великолунцы увидели, что могло бы быть с их страной, — с усмешкой сказал Ключевец.
Я всё осматривал фантастическую панораму. Даже в моём мире меня всегда удивлял контраст — вот смотришь на природу, которая до дрожи пробирает своей дикой красотой. А потом оказывается, что люди в этих местах творят не менее дикие жестокости.
Ключевец многого недоговаривал, и мой интерес всё возрастал. Вот же пёс капитский, умеет заинтриговать.
Наконец мы двинулись в сторону гор, и Вячеслав сказал:
— Обсудим легенду.
Я вопросительно глянул на него.
— Ты из Красногории, я из Великолунии. Побратались на фронте, ты спас мне жизнь. Я помог тебе бежать из ненавистной Красногории, где правят сраные Лунные. Ты переоделся в форму гвардии…
— Зачем я куртку-то выбросил?
— Ну, согласись, в форму капитана не так легко переодеться, чем рядового, да?
— Рассказал бы лучше, почему так? — недовольно вырвалось у меня, — То, по твоим словам, Южные Острова вполне неплохо живут, а то тут просто адское место.
— Острова — адское место для мага, но райское для безлуня. Оракулы ещё нашли себе тут применение, но и их не жалуют.
Он продолжал ощупывать форму, и вдруг остановился, с удивлением вытащив из-за пояса продолговатый полосатый камешек. Серые, красные и чёрные полоски так и притягивали взгляд.
— Странно. Артефакт ещё заряжен, готов к копированию, — Вячеслав крепко задумался, но потом поморщился, покачал головой, — Рисковать не буду.
И, размахнувшись, запустил камешек назад, до самого обрыва, ведь мы ещё не отошли достаточно далеко. Я проводил снаряд глазами.
— Так ты больше не будешь пытаться скопировать мою технику?
— Разве то, что со мной произошло, не должно меня остановить? Если честно, я совсем не хочу повторения такого эксперимента. Это пусть наши умники думают, почему так получилось.
Меня кольнуло слово «умники». Как будто далёкий и тёплый привет из прошлого, из моего родного мира.
 
— Царь, кстати, просил у меня добыть такой артефакт, — вздохнул я, — В обмен на свободу действий. Я в тот момент думал, что наследник ему и вправду нужен.
— Ну, до наших… кхм… до великолунских технологий красногорцам далеко. Какая ирония, ведь Великолуния слабее в плане магии, и наши магические рода намного мельче. Это из-за революции, которая там произошла.
— Вот даже как? Магов убили?
— Не совсем. И, знаешь, мне обидно слышать от тебя, что ты не спросил про Безлунных, а ведь безлуней в те времена погибло намного больше, чем магов.
— Так Безлунные одержали победу? — я и вправду заинтересовался.
— Скорее Подлунные… Они, которым была известна жизнь и по ту, и по эту сторону магического ранга, быстро поняли, что старая система существовать не может. А новая, к которой вела война, была обречена на самоуничтожение.
— Почему началась-то революция?
— Если хочешь, я тебе как-нибудь расскажу про это. Скажу просто, что в старой Великолунии магические рода угнетали безлунных ещё страшнее, чем в Красногории.
— Ну, я бы не сказал, что в Красногории всё ужасно, — сказал я, вспомнив про Хомяка и Сивого. Оба солдата любили свою страну.
Вячеслав засмеялся:
— Естественно, когда в соседней стране Лунных едва не вырезали, в Красногории сделали выводы. Но пойми, в плане революционной мысли великолунцы ушли так далеко, что красногорцы нас уже не поймут. Мы гораздо свободнее, — он вздохнул, — Прости, когда я говорю мы, я имею в виду великолунцев. Я долго там жил.
— Понимаю.
— Безлунные хотели уничтожить всё, связанное с магией. Но, как ты уже упомянул раньше, Вертуны ведь никуда не делись. Рано или поздно Безлунным пришлось бы думать, как защищаться от монстров, стала бы определяться новая элита, обладающая способностями.
— Лунные снова стали бы Лунными…
— Именно. И что, по второму кругу, и снова на те же грабли? Нет…
— Так Лунные сохранились в Великолунии?
— Даже больше. Они всё так же защищают, но теперь делают это с честью. Лунные и Безлунные, работая над покорением магической мысли, вместе пытаются построить общее будущее. Нет теперь ни лунных, ни безлунных, есть только великолунцы.
Слова Вячеслава во многом сквозили заученными фразами, но раздражения я не ощущал. Скорее, даже испытывал симпатию к этим лозунгам.
Мне достаточно было провести несколько дней во дворце Рюревского и в столице, чтобы понять, насколько погрязли в роскоши Лунные Рода Красногории.
Нет, я становиться революционером пока не собирался, но теперь мне самому хотелось посмотреть, как же выглядит другая жизнь, где Лунные и Безлунные существуют вместе. Не как дворяне и простолюдины, а как граждане одной страны.
Я даже и не думал, как же соскучился по родной Свободной Федерации.
И эти рассуждения Ключевца о том, как должно выглядеть настоящее государство, где все равны, и никто никого не угнетает, цепляли меня за душу. Псионики Свободной Федерации тоже жили ради того, чтоб защищать свою страну, и думать не думали выделяться в какую-то элиту.
Сейчас это выглядело для меня, как утопия… Далёкая, нереальная, и совсем в другом мире.
Я с тоской посмотрел на Пробоину. Да уж, тронул Ключевец струнки, и безо всякой магии чернолунника.
— Умеешь ты заинтересовать, Вячеслав, — усмехнулся я.
— Это были страшные и мучительные времена, уверяю тебя. Великолуния потеряла очень много замечательных людей, а Красногория в своё время пользовалась слабостью Великолунии, буквально грабя её границы. Она ещё и поддерживала войска Лунных, которые сражались с собственным народом.
— Твоя работа — это ещё месть за страну?
— Громко сказано. Можешь считать и так.
Вячеслав надолго замолчал. Трава шелестела под нашими ногами, где-то в вышине завывал ветер, хотя над равниной воздух едва шевелился.