Заучка для Бунтаря (СИ)

Я всхлипываю, когда Артур всё же смещает палец на губы и несколько раз обводит абрис. Увлажняя пересохшую кожу.
— Прекрати, пожалуйста, — прошу жалобно, распахнутыми испуганными глазами смотря в лицо с заострившимися скулами. — Не нужно. Артур, прошу тебя.
Но он не слышит моих просьб. Пальцем скользит на щёку, потом за ушко. Спускается на шею, чтобы поймать мой сбивчивый, неровный пульс. Я хнычу, вскидываю ладошки и упираюсь ими в сильный плоский живот. Тут же чувствую, как сокращаются мышцы его пресса. И в тот же момент одёргиваю руки. Боже. Он будто из камня сделан. Отодвинуть его равносильно тому, чтобы сдвинуть с места валун.
— Пожалуйста. Что ты от меня хочешь? — лепечу едва слышно.
— А сама не догадываешься, Заучка? — Артур холодно и страшно усмехается.
Крылья носа трепещут. Хищные глаза смотрят из-за завесы густых чёрных ресниц.
— Нет. Нет, пожалуйста…
Я всхлипываю, слёзы градом начинают катиться по лицу. От выражения ярости на лице Артура становится страшно. Он в ярости, в дикой ярости.
Жмурюсь, готовясь к тому, что он меня сейчас ударит. Занесёт руку, размахнётся и ударит.
Но Бунтарёв ещё раз проводит пальцами по щеке, стирая слёзы.
Глаза распахиваются ровно в тот момент, когда парень собирает капли с подушечки губами. Снова жутко улыбается, показывая зубы, а потом рука из волос исчезает. Волосы рассыпаются по плечам.
Артур отходит, не спуская с меня взгляда. Как и я с него, затуманенного слезами. Я жду следующего его шага. Боюсь.
Но Бунтарёв разворачивается и уходит. Просто уходит. Бесшумно. А я таращусь на его широкую спину, на его огромные плечи. И трясусь.
И уже в голос начинаю всхлипывать. Зажимаю рот руками и горько плачу. Боже.
Снова. Снова со мной происходит это. Я так надеялась на то, что моё похудение изменит мою жизнь. Что вместе с двадцатью килограммами уйдут и все проблемы. Все издевательства в школе. Но как же сильно я ошибалась.
Раньше он никогда не обращал на меня внимания. Никогда. А сейчас вдруг всё изменилось и мне кажется, что последний год в школе превратится в настоящий Ад. Благодаря стараниям Артура Бунтарёва.
  
Глава 2
 
Ульяна
Вечно здесь сидеть и плакать я не могу. Стираю слёзы со щёк, с огромным трудом поднимаюсь с пола, хватаясь руками за край раковины. Вновь умываюсь. Смотрю на своё отражение в зеркале — глаза красные, воспалённые. Губы припухли от слёз. Пальцами отбрасываю волосы за спину, чуть пощипываю щёки, чтобы вернуть им цвет, запрокидываю голову назад и восстанавливаю дыхание. Вдох-выдох. Вдох-выдох.
Когда удаётся привести себя в относительный порядок, я с опаской выхожу на улицу. Замираю на крыльце, щурясь от солнца и пытаясь отыскать взглядом Артура. Ко мне тут же подходит классный руководитель.
— Так, а ты кто? Новенькая? — озадаченно хмурится.
— Учкина Ульяна, — я кусаю губу, не веря тому, что меня вновь не узнали.
— Ой… — вижу, как Ольга Петровна смущённо поправляет очки на носу. — Извини. Я… Зрение слабоватым стало…
Я улыбаюсь дрожащими губами и отступаю назад, пытаясь скрыться за женщиной. Я заметила Бунтарёва у дерева. И сейчас всем телом чувствую на себе взгляд Артура. Он обжигает, проникает под кожу, зудом расползается под кожей.
— Ульяна, иди, занимай место. У нас осталось мало времени, — сконфуженно улыбается женщина.
Я киваю и спускаюсь по лестнице, низко опустив голову.
— Слышишь, я дважды знакомиться не подхожу, — испуганно распахиваю глаза, когда передо мной появляется Маша. — Ты новенькая? — выгибает идеальную чёрную бровь.
— Я… Нет… — бормочу, кусая нижнюю губу.
— Ба! Да это же наша Заучка, — девушка сощурила глаза и презрительно улыбнулась. — Хэй, народ! Вы только посмотрите! Наша Заучкина прислушалась к моему совету и стала меньше жрать. Похвально! — хлопает в ладоши и запрокидывает голову назад, громко смеясь.
— Мария, — Ольга Петровна быстро приближается к нам и кладёт ладонь на плечо Маши, — займи, пожалуйста, своё место. Не срывай репетицию.
 
— Это ты займи своё место у помойки, Ол-ень-ка, — насмешливо тянет девушка. — Руки убери, пока мой парень пальцы тебе не переломал.
— Маша, — поражённо выдыхает женщина.
— Ма-а-а-ша, — девушка брезгливо кривится, кривляясь. — Тебе бы тоже не помешало десяток килограмм скинуть и сменить этот мешок на что-то более подходящее для нашей гимназии. Как только таких нищебродов к нам берут?
— Они качественно умеют лизать задницы, — со спины к Маше подходит Игорь, лучший друг девушки. — Ты же знаешь, принцесса.
Парень опускает ладони на плечи девушки и сжимает, презрительно ухмыляясь. Его взгляд замирает на мне, глаза сощуриваются.
— Принцесса, меня зрение подводит или наша жируха резко уменьшилась в три раза? — смеётся парень.
— Именно, — Машу явно забавляет эта ситуация. — Только обноски сменить забыла. На рынке затаривается.
— Орлова, Жиглов, немедленно прекратите! — Ольга Петровна теряет терпение и повышает голос. — Вечером родителей в школу.
— Ну что вы, Олечка Петровна? — сладко тянет девушка. — Мой отец…
Девушка осекается. Опускает глаза в пол. Прикусывает нижнюю губу.
Я перестаю дышать, когда замечаю, что позади меня кто-то стоит. По огромной тени, падающей на асфальт, сразу же понимаю, кто приблизился ко мне. А ещё по запаху, который в вязком воздухе стал насыщенным и ярким. Забивающимся в нос и под завязку наполняющим лёгкие.
— В чём проблема? — с ленцой спрашивает Артур.
Он бесцеремонно приближается ближе. Мою спину и его грудную клетку разделяет всего пара ничтожных сантиметров. Которые никак не спасают от жара кожи парня. Я вытягиваюсь в струнку, в кулачках сжимаю подол своего платья, нещадно комкая его. Я так сильно боюсь, что он вновь меня коснётся.
— Всё в порядке, — обольстительно улыбается девушка. — Так, Оленька решила меня повоспитывать.
— Артур, скажи, пожалуйста, чтобы все заняли свои места, — Ольга Петровна поворачивается к Артуру, стоящему за моей спиной, и смотрит со страхом и мольбой.
Повисает тишина. Я с ужасом смотрю в лицо Маши, которое исказилось от ненависти. Девушка дёргается вперёд, собирается что-то сказать, но Игорь сжимает её плечи.
— Пойдём, — стальным голосом, от которого у меня по спине проходит мороз, говорит Артур.
Маша поджимает губы, фыркает, разворачивается и идёт на другой конец школьного двора. Игорь, сощурив лисьи глаза, окидывает взглядом меня с ног до головы, а потом смещает его мне за спину, на Артура, который приблизился ко мне ещё ближе. Жиглов ухмыляется, хмыкает и нагоняет Машу. А я больше ничего не вижу, потому что плечо опаляет горячее дыхание Артура, шевелит волоски на виске.
— Спасибо, — Ольга Петровна прижимает руки к груди. — И ты занимай своё место, Артур.
— Я здесь останусь, — хриплый голос стрелой врывается в мозг.
— Но…
— Я сказал, — роняет тяжело.
Ольга Петровна переступает с ноги на ногу и торопливо уходит. Я провожаю её взглядом, а потом склоняю низко голову. Волосы падают, скрывая лицо от посторонних взглядов. Я смотрю исключительно на землю. На асфальт, куда падает огромная тень, нависшая надо мной.
Вот он вскидывает руку. Я вжимаю голову в плечи. Рука замирает, сжимается в кулак, а потом опускается. Со стоном облегчения выдыхаю.
Тень медленно отдаляется, а потом и вовсе стремительным шагом уходит. Артур ушёл, а я в полном оцепенении осталась стоять посередине школьного двора.
В глазах собираются слёзы, а в груди колотится сердце. Я вскидываю руку и кладу на грудную клетку. Дышу прерывисто, пытаясь успокоиться, усмирить свой животный страх перед Артуром.
И когда я окидываю взглядом двор, ловлю полный ненависти взгляд Маши. Обещающий мне много проблем. Обещающий превратить мою жизнь в настоящий Ад в этой школе.
Торопливым шагом иду в противоположную сторону, чувствуя прожигающий спину взгляд.