Детективный романс (СИ)

Чтобы хоть чем-то себя развлечь, Дина взялась за поиски ягодных композиций. В каждый свой день рождения она не изменяла традиции — дарила родителям подарки. Папа шутил по этому поводу:
— Ты нас поздравляешь с тем, что у нас родилось такое чудо?
— Нет, я себя поздравляю с тем, что родилась у вас, — серьезно отвечала восьмилетняя Дина — именно тогда она впервые решила преподнести маме и папе громадные самодельные открытки.
Подарок для отца уже был куплен и спрятан, а вот с выбором для мамы Дина дотянула почти до последнего, перебирая между каким-нибудь шикарным «съедобным» букетом, дизайнерским платком и фарфоровой статуэткой, которые та обожала. В итоге Дина справедливо рассудила, что на статуэтку наверняка нацелится папа к Новому году, с платком можно и не угадать — мама очень придирчиво относилась к своему гардеробу, поэтому остановилась на изысканно оформленных композициях из ягод — вкусно, полезно и точно придется по душе маме, блюдущей фигуру.
Предложений было множество, Дина уже собиралась написать в чат менеджеру, чтобы собрать особый заказ — микс из ежевики, черники и малины, как услышала:
— Добрый день! Я могу увидеть Федора?
В приемной стояла Жанна. Мимолетно удивившись тому, что не заметила ее прихода, Дина сказала:
— Здравствуйте, Федора Александровича нет на месте. — И великодушно предложила: — Можете его подождать. Или, если хотите, оставьте сообщение.
Жанна медленно подошла к ее столу и усмехнулась:
— Значит, все-таки Федор Александрович?
— Простите?
— Да ладно! — Жанна небрежно махнула рукой. — Мы ведь с тобой почти сестры по разуму. Точнее, сестры по Федору.
Жанна звонко расхохоталась. Шутка Дине показалась глупой и пошлой, а ее смех — натужным.
— Нет, пойми меня правильно, — поспешила объясниться Жанна, — я Федьку понимаю. Ты — миленькая, молоденькая. Опять же, под рукой всегда.
Дине стоило серьезных усилий сохранять спокойствие. Вести светскую беседу не хотелось — с куда большим удовольствием она бы вылила на нежно-розовый костюмчик Жанны крепкий кофе. И все же она заставила себя улыбнуться:
— Мне очень жаль.
— Чего тебе жаль?
— Ты так стараешься меня уесть, и все мимо. Ну, ничего. Почитай книжки, потренируйся на ком-нибудь, у кого нервы послабее. А потом приходи.
— Малыш, — ласково произнесла Жанна, — неужели ты всерьез решила, что я хочу тебя обидеть? Зачем мне это? Мы в разных весовых категориях.
— Заметь, не я это сказала, — фыркнула Дина.
— Ты — как бы это сказать, чтобы не было обидно? — временная величина, а я постоянная.
— Почему-то меня не покидает ощущение, что жена пришла на разборки к любовнице, — неторопливо проговорила Дина. — Правда, есть маленькая поправка: ты — давно не жена. Если у тебя комплекс богини и ты считаешь, что после отношений с тобой мужчина должен до конца дней своих хранить обет безбрачия, то могу дать номер хорошего психотерапевта.
— Ну почему же обет безбрачия? В брак он как раз собирается вступить. Только со мной.
Если минуту назад Дина была готова разорвать соперницу, то теперь почти прониклась к ней жалостью. Ей и в страшном сне не могло привидеться, что женщина может унижать себя такими разговорами, что может выдумывать какую-то чушь насчет «вступления в брак». И ради чего? Ради того, чтобы просто испортить кому-то настроение? Ведь совершенно ясно, что Федора это не вернет.
— Послушай, я понятия не имею, какие у вас были отношения, — мирно начала Дина. — Я не знаю, почему вы расстались — и это, кстати, Феде делает честь. Ни разу он не говорил о тебе плохо… Да он в принципе ничего о тебе не говорил.
— Очень странно, — задумчиво произнесла Жанна. — И о том, что мы подали заявление, он тоже не говорил?
— Это просто глупо.
— Отчего же? — Жанна сделала вид, будто не поняла, о чем идет речь. — Я, например, очень консервативный человек, и считаю, что мужчина должен брать на себя ответственность за женщину…
— Ты ведешь себя глупо, — устало сказала Дина.
— Ты мне не веришь? Понимаю. — Жанна дурашливо пропела: — Я сама была такою-ю-ю, триста лет тому наза-а-а-ад. Но единственное, в чем ты абсолютно права — это не верить на слово.
 
Жанна покопалась в сумочке — Дина походя отметила, что аксессуар идеально дополняет костюм, достала свернутую пополам бумажку и протянула Дине:
— Смотри, малыш, я тебя не обманываю.
На белом листке с вензелями в уголках было выведено:
Уважаемые
Збруев Федор Александрович
и Емельянова Жанна Олеговна!
Оформление вашего бракосочетания состоится…
Читать дальше Дина не стала. Будто бы издалека доносился сочувствующий голос Жанны:
— Ты, главное, не обижайся на Федьку. Я понимаю, почему он не стал тебе рассказывать — надеялся, само рассосется. Мужики ведь по природе своей трусливые. А он, бедняга, оказался меж двух огней. С одной стороны — ты, а он привык быть в ответе за тех, кого приручил, с другой — я, женщина, которую он любит.
Это часто случалось с Диной перед экзаменом, важной встречей или защитой проекта: она чувствовала, что силы на исходе, ресурсы исчерпаны, и она вот-вот перегорит с тихим треском, как лампочка. Но в последний момент открывалось второе дыхание. Дина всегда шутила, что это похоже на финал боевика — кажется, хорошего парня прямо сейчас убьет злодей, но подмога никогда не опаздывает, иначе не будет хэппи-энда.
Дина старательно сдерживала слезы, ожидая этого самого «второго дыхания». Должно ведь оно появиться в такой безнадежной ситуации?
— Поздравляю! — как можно громче сказала Дина, чтобы скрыть дрожь в голосе. — Правда, торжественную речь я не приготовила. На ум почему-то приходит только про «дважды в одну реку» и «на одни и те же грабли».
— Не волнуйся, малыш, тебе необязательно готовить речь. На нашей свадьбе будут только самые близкие. Ты в их круг, увы, не входишь. — Жанна наклонилась к Дине и прошептала: — Хотя лично мне ты очень симпатична.
Когда она наконец ушла, Дина хотела дать волю слезам — сколько можно терпеть, и не сумела выдавить из себя ни одной слезинки. В груди жгло и давило, пальцы стали холодными, губы подрагивали.
Дина опустила голову и наткнулась на золотистые буквы: …мление вашего бракосочет…
Жанна не забрала с собой приглашение на собственную свадьбу. Хотя вряд ли она могла бы забыть дату. Да и у Федора наверняка припрятан второй экземпляр.
Дверь приемной приоткрылась, Дина была уверена, что вернулась Жанна — или не все сказала, или вспомнила об оставленной на столе бумажке. Но на пороге стоял Рома с роскошным букетом из лилий.
— Привет, а где Мила?
У него был такой жизнерадостный голос, что Дине захотелось взвыть.
— У нас что, сегодня день открытых дверей? — раздраженно отозвалась она. — Проходной двор, честное слово.
Рома потоптался на месте, аккуратно положил цветы на Милин стол и сказал:
— Ты передай ей, пожалуйста, что цветы — для нее. От меня.
— Погоди, дай-ка я лучше запишу. — Дина схватила ручку и сделала вид, что пишет прямо на ладони. — От тебя для нее… Я ничего не перепутала?
— Ты чего такая злая? — Рома посмотрел на букет и самодовольно улыбнулся: — Что, тебе таких никто не дарит?
— Не дарят, конечно. Мой единственный шанс отхватить букетик — прийти в школу первого сентября и сделать вид, что я училка младших классов.
«Как Милка выдержала с ним целое свидание? — изумилась про себя Дина. — Это же клинический случай. Хотя, я первая ее предупреждала. И ведь будет сюда таскаться, потому что считает себя лучшим на планете. И представить не может, что ему кто-то всерьез откажет».
— Ты смотри. — Рома погрозил ей пальцем. — Ну, передашь?
— Как же ты меня достал, — закатила глаза Дина и закивала. Она была готова пообещать ему сторожить эти цветы днем и ночью, только бы он ушел.
Рома притормозил в дверях, обернулся и добавил: