Святой (ЛП)
— Как сегодня наш парень? — Спрашивает Зет, входя в комнату.
Я пожимаю плечами. — Никаких улучшений, но и ничего негативного. То же, что и вчера.
И за день до этого. И за день до того.
Нокс был в коме почти неделю без изменений. Врачи продолжают напоминать мне, что его тело прошло через многое, и что все еще есть хороший шанс, что он проснется, но каждый день, когда я не слышу его голоса, я все глубже погружаюсь в свой страх и горе.
— Его мама была сегодня?
— Пока нет. — Я смотрю вниз и проверяю время на своем телефоне. — Она сказала, что ее смена заканчивается в три. Она придет прямо из закусочной.
Зейн кивает, подходя к Ноксу. — Привет, приятель. Почему бы тебе не попробовать разбудить свою ленивую задницу сегодня, хорошо?
Я хихикаю, зная, что он просто дурачится. Зейн был плечом, на которое можно было опереться во всем этом. На самом деле, у всех парней это есть. Когда мои родители узнали — они взбесились, и это справедливо, но мой отец отложил свои разногласия с "правонарушителями" в сторону ради своих дочерей. Истон забирал Тессу в школу по утрам, так как она, похоже, не может оставаться одна, и ему действительно разрешают входить в дом, когда у нее бывают случаи, когда кошмары просто не прекращаются.
Тем временем Грейсон и Саванна приносили мне все мои школьные задания. Если Нокс проснется и узнает, что я потеряла звание лучшего выпускника, потому что была слишком занята, сидя с ним, он будет так зол на меня. Поэтому я провожу все свои дни, занимаясь у его постели. Это сложный график, но я заставляю его работать. Я всегда заставлю это работать.
***
Мой телефон жужжит на стойке — три сообщения от Зейна приходят одно за другим. Я заворачиваю волосы в полотенце и натягиваю халат, когда открываю их.
Зейн: Делейни.
Зейн: Тебе нужно попасть сюда.
Зейн: СЕЙЧАС ЖЕ!
— Черт!
Страх наполняет мой желудок. Это оно.
***
Пока я бегу по больнице и вхожу в лифт, в моей голове прокручиваются все возможные сценарии наихудшего развития событий. Я слишком опоздала. Он умер без меня. Ему нужна еще одна операция. Врачи и его мать хотят отключить его от системы жизнеобеспечения.
Мой палец нажимает на кнопку, а затем несколько раз нажимает на ту, которая закрывает двери. Я все время нервничаю, наблюдая, как растут цифры на экране. Когда он, наконец, открывается на этаже отделения интенсивной терапии, я проклинаю его, выходя из лифта и проходя через двойные двери.
Проходит всего несколько секунд, прежде чем я добираюсь от лифта к двери Нокса, но когда я это делаю, я не могу в это поверить. Два великолепных голубых глаза смотрят на меня в ответ, уголок его рта приподнят в ухмылке. Я даже не могу признать всех парней в комнате. Здесь только он и я.
— Привет, Бэмби. — Слезы наворачиваются так быстро, что становится трудно видеть. Нокс смотрит на Гейджа и Стоуна, которые сидят по бокам его кровати. — Вы, ублюдки, классные и все такое, но если вы не подвинетесь, чтобы моя девушка могла подойти сюда, у нас возникнут некоторые проблемы.
Все хихикают, когда они оба вскакивают. Наши взгляды остаются прикованными, когда я подхожу к краю его кровати и кладу свою руку в его. Он действительно здесь. Он действительно проснулся.
В ту секунду, когда я оказываюсь достаточно близко, он хватает меня сзади за шею и притягивает к себе, накрывая своими губами мои собственные в столь необходимом и давно назревшем поцелуе. Гейдж издает какой-то неприятный улюлюкающий звук, но только для того, чтобы кто-то другой его шлепнул, судя по звуку и скулежу, который раздается после. К тому времени, как мы отстраняемся, я прошла через страх и восторг, и теперь я просто зла.
— Ты чуть не умер у меня на руках.
— Ага.
Я поворачиваюсь к Зейну и бросаю в него пачку влажных салфеток. — Ты мудак! Ты написал это так, как будто он, блядь, умирал!
Он смеется. — Он сказал мне доставить тебя сюда как можно скорее. Я подумал, тебе понравится сюрприз.
Оглядываясь на Нокса, я игриво смотрю на него. — Ты знал об этом?
— Возможно, и так. — Он одаривает меня своей лучшей невинной улыбкой.
Я закатываю глаза. — Ты хуже всех.
— Я предупреждал тебя держаться подальше.
— Пошел ты.
Он лучезарно улыбается. — Я тоже тебя люблю.
Мое дыхание прерывается, и все во мне оживает. Всего в четырех коротких словах каждая унция душевной боли становится стоящей того. Все эти неприятности. Весь этот хаос. Вся эта боль. Я бы сделала все это снова в мгновение ока, только чтобы вернуться сюда.
Осторожно лежа в его объятиях, я думаю обо всем, через что мы прошли. Люди были правы. Нокс Вон — это проблема. Его руки запятнаны — постоянно окрашены в красный цвет кровью жизней, которые он отнял, — и все же я бы доверила им свои собственные.
Что я могу сказать? Золотые мальчики просто не делают этого для меня.
Эпилог
ДЕЛЕЙНИ
Я стою перед зеркалом в своей комнате, идеально надевая кепку на макушку. Кисточка висит с правой стороны и напоминает мне о том, что должно произойти. Саванна подходит и встает рядом со мной, ее платье подходит к моему, в то время как Тесса садится на мою кровать.
— Я не могу поверить, что они заставляют меня повторять половину моего выпускного года, прежде чем они дадут мне диплом! — Скулит она.
Мы с Сев обмениваемся взглядом, который молча говорит, что она оставляет это мне. Я хихикаю и поворачиваюсь лицом к своей сестре.
— Ну, а чего ты ожидала? Ты не появлялась больше половины выпускного года.
— Э-э, привет? Переживала сверхтравматичное событие и все такое?
— Э-э, привет? А как насчет всех дней до этого?
Она стонет и переворачивается на спину. — Тьфу. Это будет отстой. Я даже не знаю ни одного младшего.
— Да. — Сев вмешивается. — Леннон Брэдвелл. Она танцует со мной, и она невероятная. Я обязательно познакомлю вас этим летом.
Это не исправляет настроение Тессы, но определенно влияет. Я беру карточки с моего комода, просматривая свою речь. Если когда-либо и было из-за чего нервничать, так это из-за этого.
***
Спортзал заполнен взволнованными учениками, жаждущими получить высшее образование. Все девушки в белом, парни в красном. Саванна опирается на Грейсона, его руки обнимают ее, заставляя меня желать, чтобы мой парень был здесь со мной.
Картер и Джейс, как обычно, ведут себя отвратительно, валяют дурака и говорят о том, каким крутым будет колледж. Конечно, они решили пойти вместе. Я не думаю, что они двое могли бы выдержать разлуку. Мы с Саванной почти такие же, за исключением того, что она будет в Джульярде в Нью-Йорке, а я буду учиться в Университете Брауна в Род-Айленде. По крайней мере, мы обе будем на одном побережье, всего в нескольких минутах езды на поезде.
***
Прогулка до наших мест проходит без сучка и задоринки, и после нескольких ключевых ораторов, наконец, пришло время для моей речи. Мои нервы на пределе, когда директор Хайланд начинает мое представление.
— Наш лучший выпускник в этом году — это та, кто преодолел много препятствий и все же сумел блистать. С большим удовольствием я представляю Делейни Каллахан.
Весь наш класс аплодирует, а мои друзья, конечно, громче всех. Даже Тесса стоит в аудитории, выкрикивая мое имя. Я улыбаюсь, когда встаю, подхожу к трибуне и занимаю свое место.
— Спасибо, директор Хайланд, — говорю я ему, затем обращаю свое внимание на всех остальных. — Родители, преподаватели и коллеги-выпускники, я стою перед вами сегодня, молодая, решительная и готовая покорить мир. Я могла бы рассказать вам все о последних четырех годах, но вместо этого я считаю, что важнее поговорить о том, что будет дальше. Сейчас я не собираюсь давать советы, меняющие жизнь. Во-первых, потому что самый высокий средний балл не означает, что я знаю больше, чем ты. И второе, потому что я знаю, что большинство из вас все равно не будут его слушать.