Святой (ЛП)
Мы еще долго остаемся на связи после того, как она перестает говорить, и я позволяю звуку ее дыхания убаюкивать меня.
***
Самое сложное иметь дело с чем-то настолько серьезным, как это, зная, что Зейн может читать меня как книгу, но все равно приходится ему лгать. С тех пор, как я пришел в школу этим утром, он наблюдал за мной, как ястреб. Я думаю, он сначала предположил, что это как-то связано с Делейни, но то, как я поцеловал ее на прощание, прежде чем мы ушли сегодня, исключило это. Тем не менее, он не спросил прямо, и даже когда он это сделает, он не узнает правду.
— Я действительно хочу молочный коктейль, — говорит он мне. — Ты со мной?
Я киваю. — Да, на самом деле это звучит довольно неплохо.
Часть меня подумывает написать Делейни и спросить, не хочет ли она встретиться с нами там, но она говорила что-то о девичнике с Саванной. По-видимому, Лейни хочет услышать все о ее поездке в Нью-Йорк, чтобы она могла решить, в какой колледж она хочет поступить. Хотя часть меня серьезно ревнует и хочет, чтобы она всегда была со мной, я не хочу быть властным.
Мы с Зейном выходим, только чтобы найти мужчину в очень дорогом костюме, стоящего на обочине. В нем есть что-то знакомое, что я просто не могу понять, но то, как он представляет себя, кричит о силе. Я нерешительно подхожу к нему, оглядывая его в поисках любого видимого оружия.
— Могу я вам помочь?
Он снимает солнцезащитные очки. — Ты Нокс?
— Это зависит от того, кто спрашивает. — Я выпрямляюсь, показывая, что не потерплю никакого дерьма.
Мужчина протягивает ко мне руку. — Тристан Каллахан. Я отец Делейни.
Я смотрю вниз на его руку, но не делаю движения, чтобы взять ее в свою. Я достаточно слышал об этом куске дерьма, чтобы понимать, что этот визит будет каким угодно, только не приятным, и что шансы на то, что Делейни знает, что он здесь, ничтожны. Зейн усмехается у меня за спиной и не может скрыть своего веселья.
— Что я могу для тебя сделать, Тристан?
Он прищуривает глаза от моего вопиющего неуважения. — До моего сведения дошло, что вы с моей дочерью стали чем-то вроде пары.
— Черт. Слухи здесь распространяются быстро.
— Да, без обид, но отношения между тобой и Делейни — это не те отношения, которые я могу поддерживать. Может, вы и преступник, но, похоже, вы достаточно умны, чтобы понимать, что вы двое воспитаны в двух совершенно разных семьях. Ни при каких обстоятельствах вы двое не принадлежите друг другу.
Я закатываю глаза. — Тогда хорошо, что твое мнение ни хрена не значит, не так ли? На случай, если вы не заметили, вашей дочери восемнадцать лет, и она полностью взрослая с вашего согласия.
Он поворачивается и лезет в свою машину, вытаскивая портфель. — Я не думал, что вы послушаете меня без какой-либо компенсации, поэтому я готов предложить вам наличные. Все, что тебе нужно сделать за двадцать пять тысяч долларов, это просто — держаться подальше от Делейни.
Открываю портфель, и от вида такого количества двадцатидолларовых купюр у меня кружится голова. Я снова смотрю на ее отца, удивляясь, как кто-то может быть настолько осуждающим, что готов потратить такую сумму денег, чтобы избавиться от парня своей дочери. Это отвратительно, но, черт возьми, что я мог бы с этим сделать.
— Что бы я ей сказал?
Он пожимает плечами. — Что у тебя изменилось сердце. Что тебе не нужна девушка. Что ты понял, что ты гей. Говори ей все, что хочешь, просто держись от нее подальше. Делейни умна, и весь мир у ее ног. Ей не нужно, чтобы кто-то вроде тебя пришел и все испортил для нее.
Я медленно киваю, прежде чем забрать у него портфель. — Я понимаю ваше беспокойство.
— Я надеялся, что ты это сделаешь. — Он поправляет пиджак и обходит машину со стороны водителя. — Спасибо тебе за то, что не усложняешь это больше, чем нужно. Ты хороший человек.
Когда он отъезжает, я поднимаю руку и провожаю машину. Зейн подходит, чтобы встать рядом со мной, и смотрит на портфель в моей руке.
— Итак, это все? Больше никакой Делейни?
Я хихикаю, качая головой. — Черт возьми, нет, но теперь у меня есть его деньги и его дочь.
Мы вдвоем садимся в машину, и я вытаскиваю свой телефон из кармана.
Нокс: Привет, детка. Мы идем в закусочную. Хочешь присоединиться к нам?
Глава 16
ДЕЛЕЙНИ
Я иду по переполненному коридору, отказываясь признавать мудака, следующего за мной. Саванна встречает меня у нашего шкафчика, и я быстро меняю свои книги. Она точно знает, что я делаю, и ни разу не попыталась остановить меня.
— Давай, — умоляет Картер. — Я сказал, что сожалею. Ты не можешь игнорировать меня вечно.
Сев издевается. — Ты буквально набросился на ее парня. Я думаю, что она может.
— Технически, я набросился на парня, которого ненавидел годами. Ее свидание с ним не имело к этому никакого отношения.
Наконец, я захлопываю шкафчик и поворачиваюсь к нему лицом. — Чушь собачья. Не надо мне этого. Вы двое годами сосуществовали, и ничего подобного не происходило, но в ту секунду, когда он получает то, что ты хотел, ты становишься Рэмбо. — Уайатт пытается скрыть свое веселье, что только привлекает мое внимание к нему. — Над чем, черт возьми, ты смеешься? Ты тоже в моем списке дерьма.
— Я? Что я сделал?
Мои брови поднимаются. — Как будто он мог бы сам подделать мой номер. Ты так же виновен, как и он.
— Ой. — Джейс кладет руку на плечо Уайатта. — Это отстой, чувак.
Он отталкивает его. — Заткнись.
Не уделяя им больше ни секунды своего времени, я разворачиваюсь и иду в класс. То, что сделал Картер, было нелепо и неуместно. Ему нужно будет сделать гораздо больше, чем извиниться, чтобы вернуть мою благосклонность — если это вообще возможно.
***
К тому времени, когда школа заканчивается, я вымотана. Если бы не эссе, которое мне нужно написать к завтрашнему дню, я бы вздремнула, как только добралась бы до дома Нокса. К сожалению, это не вариант.
Я беру свою сумку из шкафчика и проверяю, в ней ли мой ноутбук. Как только у меня есть все, что мне нужно, я выхожу и перехожу улицу. Нокс сказал мне встретиться с ним за школой, но как только я поворачиваю за угол, я колеблюсь. Рядом с Ноксом стоит не кто иной, как его бывшая Хейли.
Часть меня рассматривает возможность развернуться, может быть, вернуться к своей машине и отправить ему сообщение, чтобы встретиться со мной там, но что-то заставляет меня остаться. Нокс — мой парень, и если я хочу быть рядом с ним, никто не должен мешать мне делать именно это.
Я делаю глубокий вдох и иду к ним, улыбаясь, когда его глаза останавливаются на мне. Он выглядит немного неуютно, но ему удается это скрыть.
— Привет, — приветствую я его.
Он усмехается и притягивает меня ближе. — Привет, тебе. Все хорошо?
Я киваю. — Картер был немного занозой в заднице, но что еще нового. — То, как напрягается его тело, очевидно, и я знаю, что необходимо изменить разговор. Я поворачиваюсь к Хейли, которая скептически смотрит на меня. — Я не думаю, что мы встречались. Я Делейни.
— Да, — усмехается она, оглядывая меня с ног до головы. — Я знаю, кто ты.
— Хейлс, — предупреждает Нокс, и это прозвище напоминает мне о том, сколько у них общей истории. — Будь милой.
Она закатывает глаза. — Неважно. Увидимся завтра.
С этими словами она уходит, оставляя нас наедине. В воздухе витает странное напряжение, но я не думаю, что это из-за нас. Он уже упоминал, что Хейли — полное крушение поезда. Что она склонна попадать в неприятности и тащить за собой самых близких.
— Ну, она кажется приятной.
Он фыркает. — О да, она настоящая мечта.
Мы вдвоем возвращаемся в школу Хейвен Грейс, где на парковке ждет моя машина. С того дня, как мы поехали на побережье, я научилась полностью доверять вождению Нокса. Несмотря на то, что он проверил теорию от 0 до 60 за 2,5 секунды, я никогда не чувствовала себя в большей безопасности. Мы опустили крышу, и я встала, позволив ветру развеять мои волосы. Это было освобождение.