90-е: Шоу должно продолжаться 7 (СИ)
— Ничего у нас не сломано, — поморщилась Марианна. — Давай телефон своего Василия и рассказывай, что там у вас за дела.
— Я в неподходящее время пришел? — понимающе усмехнулся я.
— Ну да, — кивнула девушка. — На него находит временами. На неделю или две. Иногда на месяц. Сейчас он часа два будет разоряться на тему своих гениальных художеств, и только потом скажет, что больше ему неинтересно заниматься концертами, бла-бла-бла.
— Но при этом ему все еще интересно? — уточнил я.
— А ты думаешь, кто-то его эти художества будет покупать? — криво усмехнулась Марианна, вытащила из кармана халата пачку сигарет и закурила. — А без денег он заскучает и снова начнет делом заниматься.
— Ясно, творческая личность, — кивнул я и полез в карман за записной книжкой. — Понимаю, что я так себе авторитет, но за Василия я ручаюсь, с ним очень приятно работать, он один из самых честных и порядочных людей. Ну, из предпринимателей, разумеется.
— А тебя-то как в компанию предпринимателя занесло? — она окинула меня недоверчивым взглядом. — Ты школу-то давно закончил?
— А я талантливый, — подмигнул я. — Однажды проснулся и понял, что концертная деятельность — это мое призвание. Стоп-стоп, не надо делать такое лицо! Я просто с оказией здесь оказался. Мои ребята выступают на «Невских берегах», а Василий мне доверяет, вот и попросил заскочить пообщаться. Вот телефон Василия. Ну и вот мой, на всякий случай.
— Ага, — Марианна взяла бумажку и посмотрела на нее долгим взглядом. — Новокиневск… Даже не знаю, где это. Забей, я вообще плохо географию знаю. Слушай, Владимир… Блин, как же меня задрала эта высокопарная речь! Вова, давай так. Если Генка очухается в ближайшую неделю, то он сам позвонит. А если нет, то я тебя наберу, и мы вместе что-нибудь придумаем, лады? Ты же не страдаешь этой херней, что дела можно вести только с мужчинами?
— Ничуть, — я покачал головой и протянул руку. Марианна уверенно ее пожала. Халат снова сполз с плеча, обнажая грудь. К зрелищу я уже успел привыкнуть, но еле сдержался, чтобы не фыркнуть. Где только не приходится заключать сделки! Очень по-питерски получилось — пафосная спальня и полуодетая девица с сигаретой в руке.
Отлично, я считаю. Хорошее начало перспективных деловых отношений.
— А что насчет сломанной гардины? — уточнил я.
— Да все с ней в порядке, — Марианна поправила халат, подошла к окну и отдернула шторы. — Это я для твоей девушки придумала. Генка все равно уже забыл, под каким поводом я тебя из гостиной утащила.
— Трындец, он странный… — выдохнула Ева, когда мы вышли из парадной на промозглый питерский ветер. — Знаешь, что он мне предлагал? Чуть ли не замуж выйти. Нет, сначала, конечно, распинался насчет позирования. И что я его вдохновляю невероятно, он прямо чувствует, что напишет шедевр. А потом вдруг подсел ближе и принялся втирать, что между нами невидимая нить, и что мы непременно должны пожениться.
— Вторую бутылку допил? — уточнил я, прикидывая направление, в котором нам нужно двигаться. По карте вроде недалеко, за полчаса должны дойти.
— И третью начал, ага, — хмыкнула Ева. — Зря потратили время, да?
Я молча улыбнулся и обнял девушку.
— А что это ты так загадочно улыбаешься? — прищурилась Ева. — Между прочим, я уже близка к тому, чтобы устроить тебе сцену ревности. Чем вы занимались в спальне? Что-то я не слышала грохота молотка или прочих звуков ремонта…
— Ну, я не считаю, что мы зря сходили, — усмехнулся я. И выдержал небольшую паузу. — Ладно-ладно, я тебя просто поддразнивал! Сейчас все расскажу по дороге.
До «Юбилейного» мы добрались с опозданием минут на пять. Коварная Петроградка с ее запутанными улицами под сомнительными прямыми углами сначала завела нас не совсем туда, куда я рассчитывал, и в конце нам уже пришлось почти бежать.
Но, к счастью, особой пунктуальностью устроители фестиваля не страдали, так что до начала явно было еще далеко.
Всю площадь перед монументально-безликим спорткомплексом была заполнена людьми. От количества собранных в одном месте длинноволосых парней рябило в глазах. Шапками питерские неформалы и фанаты рок-музыки пренебрегали, так что весь их неформальный вид был напоказ — налобные повязки, косички, вплетенные в волосы бусины и какие-то прочие украшения. На поребриках терзали гитары, невзирая на пронизывающий ветер. Некоторые кучкующиеся компашки делились способами бесплатного прохода на фест и хвастались качеством поддельных билетов.
И со всех сторон люди продолжали и продолжали стекаться. Станцию метро по соседству еще не открыли, так что добирались любители рок-музыки как придется. И не волнами, а сплошным потоком.
Среди всех видов неформалов попадались и вполне обычные на вид люди. В основном молодые, типа студентов и школьников, но встречались и весьма в годах. Они бросались в глаза, потому что на общем фоне их было маловато.
Масштаб, конечно, был не в пример патриархальному и консервативному Новокиневску. Там патлатая публика была все-таки в меньшинстве. Даже в местах «гнездования» неформалов их было на самом деле не очень много. А здесь…
— И куда нам теперь? — спросила Ева, сжав мою руку покрепче.
— Давай для начала попробуем в лоб, — предложил я, и мы нырнули в человеческий поток, пахнущий табаком, травкой и дешевым алкоголем.
Все спорткомплексы, даже самые странные на вид снаружи, изнутри похожи друг на друга. Все утилитарно, функционально и подчинено только одной цели — вместить в себя как можно больше людей. В общем-то, этот самый «Юбилейный», как только мы безо всяких сложностей миновали заслон проверяющих билеты, стал почти один в один похож на новокиневский дворец спорта. Гардеробы, входы в разные сектора, доминирующий серый. Ну и как специфика мероприятия — множество самопальных лотков с кассетами и винилом.
Ощущение грандиозности сразу куда-то делось. Подумалось даже, что в нашей «Фазенде», пожалуй что, атмосфера рок-концертов ощущается как-то острее даже. А здесь… Ну, как будто просто на массовое мероприятие пришел. А патлатая публика… Ну так я-то тоже патлатый!
Но с другой стороны, масштаб… Я мысленно провел подсчет. Все-таки, размер площадки — это критично важное дело в концертах. Не очень сложно устроить десяток-другой концертов на базе всяких там крохотных ДК и сельских клубов. Вот только выхлоп с каждого из них будет в разы меньше, чем с одного вот такого. Ну да, привет, Капитан Очевидность, конечно же. Но с другой стороны, чтобы замахнуться на дворец спорта, нужно сначала устроить эти самые мелкие концерты.
Я мысленно поставил себе галочку плотнее заняться сольным концертом «ангелочков», и мы направились искать проход в служебную часть.
После пререканий с тупящими охранниками, и громогласными призывами кого-нибудь, имеющего отношение к организации, к нам наконец выскочил патлатый замотанный юноша, сжимающий конторского вида папку. Долго разглядывал предъявленную бумажку, обнюхивал ее. Разве что на зуб не попробовал. Но в конце концов, когда его громко окликнули из-за черной ширмы, махнул рукой охране, и нас пропустили в святая-святых, так сказать. Техническое закулисье.
Так. Теперь остался последний квест. Найти среди этого коктейля суеты и праздности моих «ангелочков». Потому что по ощущению народу здесь было вот ничуть не меньше, чем в той части, которую мы с Евой только что покинули. Субъективно, конечно, тут просто коридоры уже. Но протискиваться все равно приходилось так же.
Не особо мудрствуя, я просто принялся заглядывать во все двери подряд и спрашивать.
— Велиал! — раздался вопль Бегемота где-то на четвертой двери. Он выскочил из-за поворота, вид имел растрепанный, но уже при параде — в кожаном жилете, плаще и даже рогах на голове. Грим, правда, слегка размазался.
— Здорово, Дюша, — я двинулся ему навстречу. — Вас тут фиг найдешь в этом лабиринте…
— Блин, ты где был вообще⁈ Пойдем быстрее, там такое… Такое!
Глава 6
— Что, зассал, да, зассал? — растопырив руки в классической позе гопника, перед Астаротом стоял длинноволосый тощий парень в джинсовой безрукавке на голое тело. Астарот же пока еще не сдался, но выглядел прямо скажем, неуверенно. Хотя наезжающий парень прилично так уступал по весовой категории.