Плетеный человек (СИ)

Соответственно, нечисть её жрёт, что и имеет отражение в реальности в виде рассыпающихся костей. Витальность какая, положим.
Так вот, умирающий я пожелал, чтоб джинн сдох. И, очевидно, он ДОЛЖЕН был выполнить пожелание. И не просто сдох, исчез, напомнило внутренний голос.
Это злостное порождение арматуры и фольклора помирать не хотело, сволочь такая. И, соответственно, вошло в некий симбиоз с моим умирающим телом. Выполняя “желание” ровно настолько, чтобы оно считалось выполненным.
Боль — “подгонка”. Или попытка меня уничтожить как личность. Только я не уничтожился, а джинну, очевидно, кирдык. Это всё замечательно, только я теперь сам — нечисть. Джинн, причём не факт, что наполшишечки. Может, на две трети, а то и на всю шишку, блин.
И то, что я гипотетической душой питаюсь — факт, установленный ощущениями. По крайней мере, никаких иных объяснений как ощущениям, так и возможностям. Например, тросы танцевали вокруг ельфа танец, при этом, сдёрнутое стреляло явно было защищено, как и орк с человеком. И я просто отметил его, препятствием это поле не стало.
Ладно, это хреново. То есть не ладно, а просто хреново. Но ловить людей в ночи глухой и при свете дня у меня потребности нет. А как появится — буду думать. Козлов, судя по первым мной встреченным, хватает, если что. Да и помереть, если таких не найдётся, можно. Как-то не хочется упырюгой становиться, если начистоту.
И хватит всякой хренью страдать, блин! У меня тут ельф неумученный, источник информации, на минуточку!
И потеребил я остроухого одним из тросов. Ушастый задёргался, взвизгнул, да и заныл на одной ноте:
— Не убива-а-а-ай!
— Посмотрим. Может и убить просить будешь. Хочешь, я поделюсь с тобой Болью? — участливо поинтересовался я.
Садизмом я не страдал и не наслаждался, как ни удивительно. Но этого типа надо было “раскачать”. Судя по всему, как обращениям с ним подельниками, так и поведению, этот звёздорождённый — человек, морально опущенный. Точнее, ельф, ЭМО, забавно, хех. Ну да не суть. И будет врать и вилять, вне зависимости от того, принесёт ли это ему пользу.
По крайней мере, весь опыт моей жизни говорил, что этот чмошник таков. Соответственно, надо его запугать максимально. Пытать, судя по всему, придётся. Но если запугать, эти пытки ограничатся несколькими уколами и пинками. А вот если нет — я задолбаюсь мучить придурка, притом без всякого удовольствия.
Ельфу, как выяснилось, много было не надо. Подвывая, он помотал острыми ухами и обоссался. Ну вот и хорошо.
И стал я трясти ушастого на информацию, временами пиная и тыкая тросами — он начинал пучить глаза и задавать вопросы, что, в рамках формата нашей беседы, было лишнее.
И рассказал мне гопник Колян, а ныне остроухая, морально опущенная сволочь Колиэль, такую историю:
Была пятёрка дружков-гопников. Вот никак их иначе не определишь. Из пригорода, соответствующего района. Бомбардировку эта весёлая компания пробухала, отдыхая в деревенской развалине одного из них. По дороге к месту постоянного гопничания, наткнулись они на нескольких выживших, в общем, узнали, что города толком нет. И вообще всё плохо. Деталей мой источник информации не сообщил, думаю, гопота и сама не узнавала.
Ну и вернулись в полумертвую деревушку. Гопнули по дороге магазинчик, бухали ещё неделю, а потом пришли к выводам, что вот оно, их время. Они лихие и крутые, менты, которые более лихие и крутые, померли. А значит, никто не помешает занять свободное место.
На этом решении компания и прокололась, в смысле уменьшилась числом. Нескольких спасшихся они гопнули до смерти. А потом решили в соседней деревушке поживиться прекрасным полом. Не успели — о том, что ментов нет, подумали не только гопники, так что троица выживших драпала от мужиков с ружьями, оставив машину, лесами.
 
А вот дальше начинается мистика. Итак, деталей, опять же, мой допрашиваемый не сообщал. Однако, в районе месяца после бомбардировки люди начали менятся. Не все, где-то треть. Эльфы, орки, гномы, прочая чертовщина, которой Колян просто не мог описать, по причине скудного словарного запаса и умственных способностей.
И не мутация какая — просто просыпались иными. Называл Колян всех прочих нелюдью, но, подозреваю, есть более благозвучное наименование.
У гопников, кстати, по поводу становления Коляна Колиэлем была радость, а у Колиэля — огорчение. Хотя чёрт его душонку знает, может, и ему радость.
Но компания стала таковой, как я их и прибил.
Далее, появилась магия. Какая, откуда, как — Колян, опять же, ни черта не знал. И визоры (которые самому ушастому были не нужны — он сам видел невидимое), и браскоммы (сенсоры, записная книжка — именно коммуникационных функций браслеты не имели) — это не только и не столько высокотехнологичное. Сколько, чтоб его, высокомагичное. Опять же, процесс производства не ясен.
А что ясно: секвойи на горизонте — это если не города, то близко к этому. Эльфячье творчество и обиталище. Впрочем, в новых реалиях, вроде как, видизм не процветал. И в этих башнях-городках обитали многие из выживших.
Потому как мои мысли о нечисти, рванувшей из города — подтвердились. И ошивается её в округе тьма-тьмущая, с меня начиная, как деликатно отметил Колян.
Часть неагрессивна, но какая — непонятно. А часть харчит людей за милую душу. И маленькие деревеньки и прочее подобное — вымирали к чертям. Не все, на удивление: были в них и маги из “новообращённых”, да и, видимо, некоторые ритуалы, типа плевка через плечо и прочего подобного — работали.
Тем не менее, согласно представлений Коляна — жизнь есть, в основном, в Мылорнах, как обозвал допрашиваемый деревья-жилища.
Далее, техника нужна. Материалы нужны, невзирая ни на какую магию. И, соответственно, есть сталкеры, это из брошенных (которых большинство) мелких городков и сёл тягают. Но там наши гопари оказались не нужны, максимум — как грузчики, что лихим ребятушкам было не с руки.
И ошивались эти козлы на подступах к мёртвому городу, перехватывая удачливых добытчиков. Ну и просто бандитствуя, свидетелей не оставляя.
Дело в том, что радиация никуда не делась, а что в городе творится — гопники не знали. То ли считали, что там не счесть добычи, то ли ещё что.
А вот я не фоню. Вообще, судя по всему. И, что самое непонятное — не фонит кожанка. Байк выдаёт полтора милизирвейта, а я и одежда — гордый нуль. Это учитывая, что год провалялся в городе. Непонятно, ну да ладно. На фоне магии — спишем на неё, до получения более достоверной информации.
Да, с момента бомбардировки прошёл почти год, а сейчас “примерно июнь”, любезно просветил меня ушастый. И обгадился, несомненно, от восторга.
А я подумал, попредаваться ли мне моральным терзаниям, этическим переживаниям, ну и прочей хрени. Минуту где-то. И прибил нахрен ЭМО это, пробив висок тросом. Мало ли что, таких этически подходящих источников витальной душевности может и не найтись, так что не помешает.
А вот в Меллорн мне пока явно не стоит, задумался я, собирая законные трофеи. Дело в том, что у гопоты были амулеты. Деревянные дощечки с листиками, живые. И, судя по ощущениям, именно эти амулеты не давали мне удавить главного сходу.
А значит, прямо или косвенно, мою природу нечистика можно установить. И как-то у меня сомнения, что потерявшие от нечисти близких кинутся ко мне с объятиями и криками что “они не в обиде”. И почти нет сомнений, что будет наоборот.