Ведьмы. В петле времени (СИ)

Вот вроде бы всё хорошо, но мысли одна чернее другой в голову лезут. И Каринка, зараза молчит, так и не желая делиться своими планами. Если честно, это даже обидно, кажется будто тебе не доверяют. И я была почти уверена, что она съездит домой заранее и что-то там предпримет, но нет. День сменяется днём, приближаясь к заветной дате, а она по-прежнему тут. Может ей удалось как-то повлиять на ситуацию с помощью переговоров с кем-то в соцсетях или через звонки на мобильный? Не знаю.
И вот уже настало утро девятого числа. Продираю глаза и с опаской кошусь на Каринкину кровать. Боязно, вдруг я всё проспала, и подруга уже умчалась даже не простившись. Но нет, оказывается несмотря на то, что эту ночь, как и все предшествующие я прободрствовала в компании Серёги, но проснулась рано. За окнами едва занимается рассвет, и судя по часам сейчас ранее утро. Карина ещё дрыхнет. Может всё уже сделано и ей никуда и не надо будет ехать? Я зря переживаю?
Вскоре закопошилась просыпаясь Марьяна. Следом и наша ведьмочка глазки продрала. Потянулась как-то по кошачьи, резко села, встрепав и без того взлохмаченные спросонья волосы, потёрла лицо ладошками.
— Всех с добрым и бодрым! — как-то раздражающе жизнерадостно воскликнула она, и тут же подскочив с кровати, умчалась в душ.
— Что за муха её с утра укусила? — глядя ей вслед, поинтересовалась Марьяна.
Я лишь плечами неопределённо пожала. Сама ведь не знаю, ну и волнуюсь — да.
Сидеть сложа руки никаких сил нет. Встала, пытаясь сымитировать бодрость духа, как перед этим сделала подруга — схватила полотенце и рысцой понеслась в душевую. Наигранная прыткость получилась у меня… Так себе. Даже занесло на одном из поворотов, всё же мой вестибулярный аппарат оказался не готов к таким подвигам с утра пораньше.
Зайдя в душ, вдохнула сырой прохладный воздух и поражённо замерла, услышав, что Каринка за плеском воды… Поёт! И это при том, что она даже на уроках музыки вечно находила предлоги, чтобы этого не делать. Чаще всего отделываясь игрой на фортепиано, за что педагог ей прощал молчание на занятиях.
— Ты сегодня весёлая какая-то, — стараясь перекричать шум воды и Каринкино пение, говорю, а подруга делает вид, что просто-напросто ничегошеньки не слышит.
Посмотрела я на девушку, в очередной раз якобы увлечённо намыливающую волосы, и лишний раз убедилась — она явно задумала что-то, и касается это не её дел с сестрицей, а нас, то есть тех, кто здесь, в интернате. Но если на неё напало желание помучить окружающих своею таинственностью, то спрашивай, не спрашивай, всё равно не ответит.
Тем временем, за окнами уже совсем рассвело. Денёк вопреки обыкновению выдался пасмурный — всё небо тяжёлыми свинцовыми тучами затянуто и судя по тому как раскачиваются видимые из окна верхушки деревьев, ещё и ветреный. Глядя на буйство стихии невольно поёжилась. В прошлых витках я именно этот день, здесь в Проводкине, не заставала, или в отключке валялась в больнице, или уже в Питере была, а в первоначальном варианте истории, мы помнится безвылазно сидели в спальне играя в карты. Вот только что-то мне подсказывает, сегодня Каринка изменит распорядок нашего дня, не зря же она так и фонтанирует энергией с утра пораньше. И вытащит нас на улицу. А мне туда ну о-о-очень не хочется.
Невольно передёрнула плечами, поёжившись. Пока размышляла в душевой немного потеплело, видать Карина едва ли не кипятком моется. Ладно, что толку стоять? Скинула длинную футболку в которой спала, включила душ, подставляя лицо под покалывающие напором горячие струйки. Вода обжигает, согревая и унося прочь сонливость. Увы, она бодрит лишь тело, но не смывает страхи и опасения.
Наконец-то пение прекратилось. Я сполоснув лицо от мыльной пены, бросила взгляд на вытирающуюся Каринку.
— Давай пошустрее тут, скоро Танька придёт, — заметив моё внимание, тут же поторопила она, и не дожидаясь моей реакции, как ни в чём не бывало завернулась в полотенце и выскользнула за двери душевой.
Хм… Вот не стану отрицать, тогда в первоначальном варианте истории, Таня тоже частенько забегала к нам в гости на протяжении этих каникул, но именно девятого? Может я уже запамятовала? Всё-таки минуло по факту… Десять лет до первого входа в петлю, и ещё два витка, по десять годков в каждом, итого тридцать лет! Ужас… Это если бы мы не прыгали во времени, то мне бы уже было сорок восемь. Как-то аж жутко. Нет, я не считаю женщин этого возраста старыми, но применительно к самой себе этот возраст даже звучит как-то чужеродно. Да у меня то — это не так, то — то, но благодаря Карининой петле времени, я по прежнему молода и вся жизнь ещё впереди, плюс в каждом витке успеваю узнать что-то новое, приобрести какой-либо опыт, чему-то научиться.
 
За спиною хлопнула дверь. Я оглянулась на вошедшую Марьяну, и продолжила водные процедуры, погрузившись обратно в свои путанные невесёлые думы.
Опять же, сейчас мои чувства к Сергею с каждым разом словно вспыхивают по новой с удвоенной силой, а не устану ли от всего этого спустя ещё несколько витков? Не приестся ли вся эта суета и попытки что-то исправить в наших взаимоотношениях? Да и будет ли конец всем этим скачкам во времени? Вдруг мы угодили в ловушку, из которой нам теперь не вырваться?
Вечная молодость мечта многих. Но мечтам свойственно сбываться, зачастую не так, как это представляется самим мечтателям и не тогда, когда им этого хочется. Когда-то, предложили бы мне сознательно вот так зациклить время, и я… Ну конечно же у виска пальцем покрутила бы, без этого никак, но если бы поверила, то возжелала бы этакого бессмертия. А вот сейчас, когда два витка позади, приходит понимание: я бы не хотела век за веком коротать в таких вот витках с интервалами в десять лет, только ради того, чтобы навсегда застрять в возрасте от восемнадцати до двадцати восьми. Ведь это прежде всё время судьба так или иначе не складывалась, а рано или поздно жизнь наладится, и каково это знать, что завтра состоится трижды проклятая встреча выпускников и всё прервётся. Ты вновь потеряешь любимого, лишишься успевших уже подрасти детишек, а также всего что было заработано посильным и не очень посильным трудом. И придётся начинать сначала. Практически с нуля, с кучей неизвестных переменных, способных всё некогда достигнутое помножить на тот же ноль.
— Вы там застряли? — выдернул меня из размышлений голос нашей ведьмочки.
— Идём, идём, — пробурчала Марьяна, но её никто не слушал, только дверь всё ещё неспешно закрывалась за Каринкиной спиной.
Стоило нам войти в спальню, и мы тут же оказались вовлечены в какую-то нездоровую феерию. Карина носилась по комнате, где, то тут, то там, а вернее, почти на всех поверхностях, были развешаны, мягко говоря, странные чёрные тряпки. Она то и дело поглядывала то на телефон, то за окно.
— Так! — повернувшись к нам, восклицает. — Лена, быстро суши волосы, — кивает в сторону допотопного фена. — Время, время! Тик-так, тик-так!!! Ты где? — это уже в телефон. — А ну, ок. Будешь подходить, позвонишь. Ждём.
Пока я покладисто сушилась, наблюдала за метаниями явно нервничающей подруги. И вот спросить бы, что та задумала? И что у нас за тряпки по всей спальне, но ведь спрашивать же бесполезно, не ответит. Проще набраться терпения и узнать всё в своё время.
Завершив с волосами, оценила Каринкин прикид. Цветовая гамма как всегда неизменна, зато вопреки обыкновению поверх платья был надет свитер. Видимо мои предположения верны, и придётся всё же тащиться на улицу, а там… Я взглянула в окно, за которым под порывами ветра в буквальном смысле гнулись деревья. М-да уж, в такую погодку хороший хозяин и собаку-то на улицу не выгонит, но то собаки, а мы люди, нас можно… Вздохнув, недолго думая натянула джинсы и тёплую кофту.
 
Тут же комнату огласил показавшийся неимоверно громким телефонный звонок.
— Да? Идём! Жди нас внизу! — выпалила она, и подхватила одну из тряпок, при ближайшем рассмотрении оказавшиеся ни много ни мало длинным, в самый пол, плащом-накидкой с завязками под шею и глухим свободным капюшоном. Такие вечно на ведьмах рисуют. — Что встали? — совсем не любезно, рявкнула она, хватая в охапку ещё два плаща. — Одевайте, и идём. Время поджимает.