Опасный преступник (СИ)

- Крути баранку и меньше спрашивай, - грубо ответил Уинстон. Он уже пожалел, что проболтался. Вдруг таксист его заложит.
- Да мне вообще не вперлось Вас закладывать, - таксист как мысли прочитал, - Замочили козла и правильно сделали. Думаете, я первый раз такое вижу? У нас тут как на войне. Фараоны не спросят, им насрать.
Таксист гнал так, что Уинстон с трудом удерживал Бонни на сидении. Ближе к Лондону дорожный полисмен взмахом жезла приказал ему остановиться. Но таксист сбавил скорость, помигал фарами и погнал дальше.
- Ноль пять тридцать пять, - сказал таксист в рацию, - Срочный рейс. Заплатите за меня, кто будет проезжать охотника у поворота на Колбрук на въезде. 
- Что это было? – спросил пассажир.
- Когда мы торопимся, то есть, везем важных людей по делам или не очень важных, но в больницу, сигналим фарами три раза, чтобы не задерживали. Пассажир платит водителю десятку за такой случай, а постовому штраф отдаст следующая машина, которая будет проезжать мимо. Это, конечно, если у них нет команды хватать и проверять вообще всех. Но тогда бы жест был другой, и я бы остановился.
После недолгого осмотра врач торопливо вышел из приемной. Уинстон встал ему навстречу, но доктор отмахнулся и почти пробежал мимо него к таксисту, который курил на крыльце. Кратко поговорил с ним и посмотрел на Уинстона, когда тот все-таки вышел, не дождавшись.
- Девушку изнасиловали и ударили по голове. И одевалась она не сама - сказал врач и прикурил у таксиста.
- Да, - ответил Уинстон.
- Я проверил Вашу причастность. Таксист вез Вас за ней, потом обратно. Повреждения не настолько свежие, чтобы их успели нанести Вы.
- Что с ней?
- Внутричерепное кровоизлияние. От сильного удара в висок мягким тяжелым предметом.
- Она в порядке?
- Нет. Живые так не дышат. Ее, наверное, хотели оглушить, но ударили слишком сильно. При такой локализации в течение часа с момента удара есть заметные шансы. Через два – один из десяти. Через три – один из ста, а через четыре медицина бессильна. Сознание и память не восстановить, вот-вот остановится сердце.
- Но Вы могли что-то сделать?
- Я? Нужен был рентген, а потом трепанация черепа. И то без гарантии. 
- Могли бы вколоть ей что-нибудь…
- Молодой человек, - седой врач выглядел заметно старше Уинстона, - Вы понимаете, что такое внутри-черепное крово-течение?
- Это когда под черепом где-то порвался сосуд? – Уинсон от горя все-таки не потерял способность соображать.
- Примерно так. Каким уколом или какой таблеткой по-вашему это можно остановить?
- Наложить… Извините, - чтобы наложить повязку, жгут, тампон, пришлось бы вскрывать череп, а он не коробка с крышкой, и надо знать, в каком конкретно месте сверлить и пилить, - И что мне делать?
- Вы ведь не бросите ее здесь?
- Нет, конечно. 
- Нужно ее отвезти домой или туда, откуда привезли, и вызвать врача, чтобы он констатировал смерть. Скорее всего, обстоятельствами заинтересуется полиция, - врач строго посмотрел на Уинстона.
- Я забрал ее у них. Но слишком поздно, - вздохнул Уинстон.
- Раз у Вас есть деньги на такси, то должны найтись и на справедливость. 
Уинстон кивнул.
- Бедным справедливость не по карману, а богатые могут отомстить и за свою девушку, и за чужую. Насильники никогда не ограничиваются одной жертвой. Знаю парней…
- Спасибо, я сам.
- Уже или надеетесь?
- Уже.
- Сколько?
- Всех.
- Не привезут?
Уинстон хищно ухмыльнулся, и врач с таксистом поняли, что не привезут. И нисколько не удивились. Не первый раз. Даже не десятый.
- Кто она Вам? – спросил доктор.
- Жена.
- Мне Вы сказали, дочь, - нахмурился таксист.
- И то, и другое неправда, - сказал врач, - Она слишком дорого за собой следила. 
- Любовница, - выдавил из себя Уинстон.
- Более правдоподобно. Мы бы не хотели фигурировать в Вашем деле. Но боюсь, что придется. 
- Не придется. Отвезите нас домой.
Уинстон на руках вынес Бонни из фельдшерского пункта и посадил в машину. Сел сам. Назвал адрес. Единственное место, куда ее можно везти, это к ней домой. Не бросать же Бонни где-нибудь в парке. Жаль, что в револьвере закончились патроны. И опасной бритвы нет. Но всегда можно намылить веревку и повеситься. Или подточить обычный ножик и вскрыть вены в горячей воде.
 
Таксист ничего не сказал про деньги. И счетчик не включил.
Никто из встреченных в коридорах не удивился, когда увидел мужчину, несущего на руках бесчувственную женщину. Никто не увидел, как Уинстон изворачивался, чтобы открыть дверь и не уронить Бонни.
В темноте он положил Бонни на пол, вздохнул, закрыл дверь и включил свет.
- Так-так-так, мистер Смит, - сказал человек в костюме, сидевший на стуле у стенки, - И кого же Вы принесли?
В спину толкнули. Уинстон сделал шаг вперед, запнулся о Бонни и упал. Второй Костюм устроил засаду, прижавшись к стене у двери.
- Сто к одному, что это мисс Бонни Крикет, - сказал второй.
- Да, это она, - ответил Уинстон и подумал, не припугнуть ли их револьвером. Ведь снаружи не видно, заряжен он или нет. Правда, револьвер лежал в сумочке Бонни, а из женских сумочек ничего нельзя достать быстро.
Старший Костюм выглядел лет на тридцать. Младший как будто только что вернулся из армии. Даже уставная стрижка еще не отросла до гражданской. Почему-то, несмотря на то, что теневая экономика и организованная преступность в обществе были всегда, профессиональные преступники нечасто доживали до зрелого возраста. Или те, кто доживает, охотятся на дичь покрупнее убийцы-дилетанта.
- Мы вроде не знакомы, - сказал старший. По-видимому, он главнее, если встречает гостей сидя, а не прижавшись к стенке, - Меня зовут Мэтт, а его Фил. Мы работаем на Мерфи.
- Очень приятно. Уинстон. Ваш коллега.
Обошлись без рукопожатий.
- Не знаю, во что ты влип, но теперь догадываюсь, - продолжил Мэтт.
- Они убили ее, - сказал Уинстон. Он встал на колени у тела Бонни, перевернул ее на спину и провел по векам, как бы проверяя, что глаза закрыты.
- Стоило ожидать. 
- Чего стоило ожидать?
- Когда мы приехали на зачистку к тебе в «Изобилие-три», мы нашли там интересного покойника. С дыркой в животе и перетянутыми руками.
- Он должен был выжить.
- Правда? Ты ему перетянул руки до полного нарушения кровообращения. Док сказал, был бы живой, пошел бы под ампутацию. Только пуля в животе парня доконала раньше. Ты ему печень прострелил. 
- Кровь за кровь, - сказал Уинстон, - Бонни тоже умерла от внутреннего кровотечения. 
- Уверен, что ты этого не знал, когда перетягивал ему руки. Какая разница, сможет ли шевелить руками парень, который и так не жилец? Лишь бы шум не поднял.
Уинстон промолчал. Он с одной стороны, поступил плохо, но с другой тот парень заслуживал смерти вместе с остальными сообщниками. Нет смысла говорить, что он перетянул руки по глупости и на нервах.
- Босс сказал нам прибраться у тебя на хате, а тебя самого поймать и привезти к нему. Живого или мертвого. 
- Почему вы здесь? - спросил Уинстон, - Как вы догадались?
- Мы - никак. Босс сразу сказал, что есть только один человек, из-за которого Смит пойдет на убийство. Бонни Крикет. Я перезвонил ему через четверть часа, и мне сказали адрес. Вот уже не первый час сидим тут и ждем, а Фил каждые полчаса бегает к таксофону на улице за новостями, вдруг ты еще где появишься.
- Где?
- Везде. Босс объявил тебя в розыск. Волна уже пошла. Обзванивают бары, а, начиная с утреннего пересменка, тебя бы еще и таксисты искали. С середины дня пришлось бы подключать друзей из полиции. Так что ты правильно сделал, что пришел сюда. Стольких людей от лишней работы избавил.
Уинстон пожал плечами. 
- Скажи в двух словах, что ты такого натворил и откуда везешь труп? Может там еще зачистка понадобится.