Демонология крови (СИ)
— Ну что, поехали? – спросила Скрэтти, глядя на Камиллу.
— Поехали, — согласилась та, поборов холодок страха перед таким приключением.
…
Это оказалось действительно жутковато: скользить сквозь почти полную тьму на узком аэромоторном каяке, едва вмещающем двух человек. Впрочем, едва они вошли в устье фьорда, тьма сменилась разноцветными сумерками. По мере приближения к поселку и кемпингу, сумерки почти рассеялись – настолько много тут было источников света. Не сказать «стало светло, как днем» – но близко, с поправкой на разноцветность огней.
— Тут сегодня фест какой-то? – предположила Камилла, когда пегастер с выключенным движком, мягко ткнулся бортом в демпфер причала.
— Тут всегда фест. Я ведь говорила: фьорд Ксиропотамос никогда не спит, напомнила ей Скрэтти, помогая перешагнуть на причальный настил.
— Спасибо… А то у меня слегка закружилась голова от этого ночного рейда.
— Вот, я и заметила. Давай-ка зайдем в кафе «Апокалипсис вчера», примем по коктейлю «Холодная война» и заодно спросим, в какой лавке лучше поискать видеокамеры.
— Звучит внушительно! — оценила Камилла окидывая взглядом обстановку: нечто вроде карнавала в Рио перенесенного на монгольское стойбище с юртами, — А где этот паб?
— Вот, — Скрэтти махнула рукой в направлении огромной чуть помятой бочки на тонких ножках-сваях. Точнее, не бочки, а обрубка фюзеляжа авиалайнера.
Внутри «Апокалипсис вчера» содержал интерьер в стиле «техно-трэш» (декоративная ржавчина на причудливо гнутой металлической мебели, светильники в виде древних пушечных бомб с горящими фитилями, и прочее в том же роде). Скрэтти, как оказалось, отлично знакома со здешним немногочисленным персоналом.
— Привет, Энди! — воскликнула она, метнулась к стойке, раскинув руки, притянула к себе бармена и звучно чмокнула в нос.
— Блин, Скрэтти! – проворчал он, — У тебя не руки, а лапы Годзиллы! Ладно, я тоже рад видеть тебя. А что за девчонка с тобой? Вроде лицо знакомое.
— Это Камилла, про нее недавно был стрим по афинскому каналу «Zesto», это она нашла затонувшие античные корабли у скал Скиафенгари. А сейчас мы с ней ищем офигенно древние корабли, которые могут быть к югу отсюда. Короче: нам жизненно требуются коктейли «Холодная война» и дайверские видеокамеры. Того и другого по два.
— Ни фига себе, ты так сходу загрузила… Коктейли — ясно, а про камеры надо подумать. Качество какое требуется?
— Студийное, какое же еще.
— Ух как! Это будет стоить денег.
— А я разве сказала, что нам даром?
— Так, это я вкурил. А можно сделать, чтоб в вашем кино было про наше кафе? Ну, про деятельное участие и неоценимую помощь.
Скрэтти повернулась и продублировала вопрос Камилле. Та, недолго думая, ответила утвердительно. Уже через минуту она ругала себя за быстрое согласие (мало ли какая репутация у этого кафе). Все-таки (отметила она) эмоциональное выгорание никуда не исчезло пока, только стало слабее и висит в фоновом режиме (как, наверное, сказал бы программист). Камилла не особо разбиралась в computer science, однако знала модные словечки из «цифрового лексикона», применяемые на корпоративных вечеринках, если хочется «выглядеть прогрессивно»…
…Подошла Скрэтти, довольная собой, и поставила на стол два серебристых стакана. Из стаканов выползали плотные густые облака тумана, стекая с краев, как густая жидкость.
— Что, это и есть «Холодная война»? – на всякий случай спросила Камилла.
— Точно! – подтвердила та, и втянула некоторый объем коктейля через соломинку, лишь дюйм которой торчал из тумана.
— …Мне кажется, — продолжила Камилла, — туда входит сухой лед… А что еще?
— Не порти себе сюрприз, — посоветовала Скрэтти, и втянула еще сколько-то коктейля…
…Оставалось последовать ее примеру и совету. «Холодная война» оказалась не только зверски холодной, но и насыщенной разными вкусами, из которых легко определялись: шоколад, лайм, и какие-то пряности. Алкоголь лишь дополнял общую вкусовую гамму. Неясно было, сколько там алкоголя, но достаточно, чтобы коктейль не замерз.
— Скрэтти, а меня не развезет от этого?
— Ну, разве что чуть-чуть. Не волнуйся, я с тобой.
— Гм… А тебя не развезет?
— Исключено! — девушка-метаморф по-особенному улыбнулась, опять став похожей на кюбонокицунэ, лисицу-оборотня с девятью хвостами. По крайней мере, так показалось Камилле, что затем привело ее к согласию «обмыть» покупку дайверских видеокамер коктейлем «Дьяволова нога». Этот коктейль лег на ранее принятую «Холодную войну», вследствие чего Камиллу все-таки развезло…
…
*28. Эффект афтепати в ментальной атмосфере Хэмингуэя.
Камилле (как большинству женщин, участвующих в медиа-бизнесе) нередко случалось просыпаться после вечеринки в постели с малознакомым мужчиной, очень слабо помня предысторию такого тесно-телесного контакта. Но этот период ее жизни остался где-то позади, когда она стала продакт-менеджером, а затем содиректором Евро-Твин. Статус влиятельной медиа-персоны накладывает некоторые негласные ограничения…
…В общем: Камилла успела основательно подзабыть, как оно бывает, и вот: этим утром проснулась от вокально-низкокачественного звука, в обиходе именуемого храпом. Звук издавал голый мужской организм, причем Камилла, тоже голая, лежала отчасти на нем, спонтанно забросив на него левую руку и левую ногу. Ее правое ухо оказывалось почти прижато к его торсу, и потому звук доходил до нее на максимальной громкости.
— Черт, чтоб меня… — очень тихо прошептала она, и сразу стала прилагать титанические усилия, чтобы реконструировать цепь событий прошлого вечера и ночи. Итак, ее развезло после «Дьяволовой ноги». Это было похоже не на эффект алкоголя, а скорее на эффект экстази. Хотелось общаться, обниматься, и болтать о всякой всячине. Затем было возвращение на «Хеллхунд», и тема продолжилась там. В какой-то момент капитан ушел спать, а Камилла осталась вдвоем со Скрэтти. Спонтанно возникла идея глянуть реакцию фолловеров блога на закатную фотосессию. Комментарии под медиа-записью были в основном позитивные, но несколько болванов усмотрели во флоридской конской улитке намек на историю Вандалического кризиса. В обычном состоянии Камилла бы просто пожала плечами: кто хочет найти намек, тот найдет его в любом контенте (вспомним фрейдистские шутки про столб и про яму). Но прошлым вечером Камилла избыточно эмпатировала, и потому почти разрыдалась над дурацкими комментариями. Скрэтти попробовала поднять ей настроение путем разумных доводов, но исчерпав их, предложила внезапное: «знаешь, если у тебя бурлят эмоции, то лучше отнестись к этому весело, с огоньком, например, прыгнуть в койку к Хлотару». Такая идея сперва показалась Камилле несообразной, ведь Хлотару 93 года, и характер отношений с ним, вроде бы, не предполагает секса. Скрэтти запросто разгромила эти возражения. Календарный возраст Хлотара ничего не значит в таких делах, поскольку генвекторик откатил его биологический возраст. А что касается характера отношений, то кое-кто мог бы узнать об этом много нового, если бы открыл глазки пошире. Другое дело, если у кого-то комплекс «синего чулка»…
…Гипотеза о комплексе «синего чулка» возмутила Камиллу, и она сразу же метнулась доказывать вздорность этой гипотезы (по дороге ополоснувшись под душем, и бросив одежду на полку, чтобы получилось однозначно, без всякого простора толкований). И, продолжая выбранную линию, она действительно прыгнула в койку к Хлотару. Его реакция удивила: не только адекватная, но даже будто обыденная. Как если бы его койка обладала некой волшебной гравитацией и каждую ночь притягивала обнаженных женщин. Так что, без лишних (и вообще без всяких) слов, Камилла была разглажена и приведена в психосоматическую готовность, после чего обстоятельно последовательно полюблена в четырех несложных позах камасутры с доведением до оргазма во второй и четвертой из оных. Дальше скатывание с эмоционального пика естественным образом погрузила партнеров в сон… Это если раскрывать картину вкратце, эскизно. А попытка раскрыть картину более детально привела бы к бессистемному барахтанью в цунами из эмоций и ожиданий, размывания осознанности и ее удивленного восстановления. Еще пришлось бы отследить дерево игры в угадайку между партнерами — всю интуитивную цепочку прикосновений и реакций на прикосновения… Это была бы долгая история, а Камилле психологически требовалась делать что-то прямо сейчас. Поэтому она просто сползла с койки (и удачно – так что капитан не проснулся), после чего как можно тише выскользнула из каюты (вообще-то просто вышла, шлепая босыми ногами по полу).