"Военные приключения-3. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Тем временем 25 июня было подписано перемирие [2]. Жизнь во Франции стала быстро возвращаться в нормальное русло, насколько это было возможно в условиях немецкой оккупации. В Париж стали возвращаться беженцы. Правительственные учреждения, которые были эвакуированы, в том числе и центр по изучению механики, баллистики и оружия, перебрались в столицу.
Мишель тоже решил вернуться. В середине июля он вместе со своей семьей прибыл в Париж и вновь поселился в квартире на Рю-де-Арен.
На следующий день он явился в центр. Директор центра встретил его радушно и предложил занять прежнюю должность.
— А на кого вы работаете? — спросил Мишель.
— На оккупационные власти, естественно.
— В этом случае ваша деятельность противоречит той, которой мы занимались раньше. Я вам благодарен, но я не приспособленец. К сожалению, я не могу принять ваше предложение.
Мишель встал, холодно поклонился и ушел.
Это был его первый конфликт с новым режимом, и он ему не понравился. Нет, Мишель отнюдь не был в восторге.
  
ПЕРВАЯ ПОПЫТКА
 
Мишелю был сорок один год, когда началась война. Внешне он ничем не отличался от других французских коммерсантов среднего достатка: рост — сто семьдесят сантиметров, худощавый, но атлетического телосложения, живые глаза и подвижное лицо, аккуратный темный костюм, выделяющийся только ленточкой «Военного креста» в петлице.
Шестнадцати лет Мишель бежал из дому, чтобы принять участие в первой мировой войне. Он год проработал санитаром в военном госпитале, пока не достиг совершеннолетия, и тогда его взяли на фронт.
К девятнадцати годам он был уже ветераном, награжденным за храбрость, а еще через год во главе взвода преследовал отступающих немцев. Однако перемирие прервало его военную карьеру. К этому времени он имел больше опыта общения с людьми, чем обычно человек приобретает за всю жизнь.
По сравнению с военным временем годы между двумя войнами показались Мишелю тусклыми: он с трудом приспособился к гражданской жизни. Школы он не успел закончить. Теперь ему надо было завершить свое образование и одновременно содержать себя, поскольку отец, хотя и был видным ученым, все же не мог помогать ему, так как должен был содержать большую семью.
Обстоятельства усложнились еще больше, когда Мишель влюбился и был помолвлен, вопреки возражениям обеих семей, с девушкой такого же, как и он, протестантского происхождения. Чтобы разлучить их, родители послали девушку на три года за границу, а Мишель использовал это время для того, чтобы стать достойным ее. В конце концов родители дали согласие на свадьбу. Вскоре появилось трое детишек, и обеспечение растущей семьи поглощало всю энергию Мишеля, оставляя очень мало времени для политики, музыки и литературы, к которым он питал глубокий интерес.
Мишель посещал вечернее отделение академии искусств и ремесел и со временем получил диплом специалиста в области механики, машиностроения и металлургии.
Благодаря своему трудолюбию Мишель постепенно продвигался по служебной лестнице в трудные межвоенные годы, работая в самых различных областях. Одно время он даже был владельцем небольшого таксомоторного парка.
Незадолго до начала войны Мишель оставил это дело и работал техническим представителем видной французской фирмы, производящей прокладки для тормозов. Будучи офицером запаса в звании капитана пехоты, он надеялся, что его возьмут в армию. Однако его год не подлежал мобилизации, и, несмотря на все усилия, Мишель оказался на штатской должности в подведомственном военному министерству учреждении.
Теперь он покинул эту должность, узнав, что центр по изучению механики, баллистики и оружия, используя все ресурсы французской оборонной промышленности, работал на противника при полном одобрении правительства Виши.
Нужно было решать, что делать дальше. Самая неотложная задача состояла, естественно, в том, чтобы найти работу. Война была проиграна, Франция повержена, и немцы хозяйничали в Париже. И тем не менее все равно необходимо было прокормить себя, жену и троих детей.
 
Тому, кто решил не помогать врагу, подыскать работу было очень трудно. С согласия правительства экономика Франции быстро переходила на службу Германии. Это в особенности относилось к машиностроению, где Мишель мог бы найти работу. Тут почти все крупные фирмы прямо или косвенно работали на военную машину Германии.
Вполне возможно, что именно это обстоятельство и побудило Мишеля бороться, но многое определялось и основными чертами его характера. Бескомпромиссность Мишеля явилась причиной того, что, не признав поражения, он пришел к единственному альтернативному решению — бороться против оккупантов, если потребуется, в одиночку, хотя в то время он еще не представлял себе, как это можно осуществить.
А пока Мишель продолжал искать работу. Он откликался на объявления, ходил на собеседования, получал предложения, но каждый раз отвергал их, как только узнавал, что характер работы противоречит его принципам.
В начале августа, когда деньги Мишеля были уже на исходе, он увидел объявление в одной дижонской газете, которое, казалось, отвечало его требованиям. Машиностроительная фирма, выпускающая газогенераторные установки для автомобилей, искала представителя для работы в Париже. Эти установки, работавшие на древесном угле, пользовались огромным спросом из-за отсутствия бензина.
На следующий день Мишель вернулся в Париж уже в качестве представителя фирмы. С довоенных лет у него были отличные связи в автомобильной промышленности, и через две недели он снова оказался в Дижоне с первой пачкой заказов.
В конце концов фирма назначила его своим генеральным уполномоченным в департаменте Сены, дала ему право заключать сделки и назначать собственных уполномоченных.
Эта работа помимо материального обеспечения давала Мишелю превосходное «прикрытие» для его тайной деятельности в течение последующих четырех лет. Он нашел ее совершенно случайно тогда, когда отчаянно нуждался в работе, тем не менее оказалось, что было бы трудно найти более подходящую должность для человека, активно участвовавшего в движении Сопротивления.
Как ни озабочен был Мишель безработицей, он всегда помнил о своей главной задаче — продолжать борьбу против Германии. Уладив дела с работой, он стал думать о методах и средствах этой борьбы.
Найти их было нелегко. Хотя в передачах Би-би-си уже начали проскальзывать сообщения о французском движении Сопротивления, фактически оно почти не существовало. Мишель наводил справки, но безрезультатно. В конце концов он решил, что единственный выход — установить непосредственный контакт с союзниками. Всю зиму 1940 года он думал об этой проблеме.
Тем временем газогенераторное дело процветало. Заказы поступали отовсюду, и даже трудно было удовлетворить их. Заказов оказалось бы еще больше, если бы Мишель не избегал снабжать продукцией фирмы немцев. Из-за этого он мог попасть в беду (так оно в конечном итоге и случилось), так как у немцев не хватало бензина и они все чаще и чаще применяли газогенераторные установки. Однако в тот период Мишель ухитрялся избегать их заказов и в то же время снабжать своих французских клиентов. Вначале он использовал для работы свою квартиру, но вскоре достаточно разбогател, чтобы нанять помещение для конторы на авеню Пармантье.
Чем успешнее развивалась коммерческая деятельность Мишеля, тем больше времени он мог уделять своим замыслам. Мишель обдумывал самые различные возможности. Пересечь Ла-Манш представлялось немыслимым: каждый метр побережья охранялся. Граница с Испанией была далеко от Парижа, и он ничего не знал об обстановке в том районе.
Оставалась Швейцария. Граница проходила сравнительно близко, он знал этот район, а самое главное, у него был хороший предлог для поездки в эту страну, что являлось бесценным преимуществом. Что могло быть более естественным, чем поездка генерального уполномоченного газогенераторной фирмы «Газожен» в район, богатый топливом для газогенераторов? Никто не сможет придраться к такому человеку, даже если он окажется близко к швейцарской границе.