Тварь (СИ)

Я молча подошла, и сойлар начал руководить моими действиями. Кайно оказался весьма сложной и многослойной одеждой для официальных приёмов, церемоний и торжеств. А учитывая все эти страшные татуировки на теле сойлара, которые кайно должен был скрыть, ткани становилось вдвойне больше. Сначала я помогла сойлару надеть тонкие, но очень плотные леггинсы, обтянувшие его сильные стройные ноги подобно второй коже, да и цвет у них был почти такой же, как у кожи Кайраны. На леггинсы я одела широкие складчатые штаны из полупрозрачного белого флёра. На щиколотках в районе стыка леггинсов и настоящей кожи штанины закрепила широкими серебряными браслетами с витиеватым узором. На ступни надела белые лодочки, полностью скрывающие печать рода, дотянувшуюся и до самой подошвы стоп сойлара.
Вайр протянул мне водолазку, и я попросила:
— Нагнитесь.
Мужчина склонился передо мной, но смотрел прямо на меня, отчего мне стало не по себе. Вообще весь этот процесс выглядел как-то неправильно — слишком интимно, слишком доверительно. Я растерялась и выпалила:
— Закройте глаза!
"Чёёрт, вот дура" — выругалась я и мысленно отвесила себе тумака, мне стало так стыдно, что лицо моё загорелось. Сойлар же криво усмехнулся и зажмурился. Облегчения я не почувствовала, но всё же продолжила. Надев на Кайрану водолазку, я повернулась к полкам и уставилась на кучу одежды, не зная, что делать дальше.
— Что следующее? — спросила я у сойлара.
— Вряд ли я смогу помочь тебе с закрытыми глазами, девочка.
"Логично", — подумала я и мысленно отвесила себе ещё одного тумака.
— Откройте ваши глаза, сойлар, — сказала я и на всякий случай отвесила поклон. В ответ мне прилетела колкая усмешка.
Следующей была рубашка из такого же материала, что и штаны. Воротник стоечкой был вышит серебряной нитью, по манжетам шёл такой же серебряный узор, а пуговицы под цвет глаз сойлара, крупные и продолговатые, застёгивались на внешние петли. Поверх рубашки Кайраны я надела слегка тронутый серым длинный тяжёлый халат с широкими, доходящими до пола рукавами и разрезами от бедра по бокам. На халате по краям рукавов и подола были вышиты узоры, геометрические фигуры и какие-то руны. К серебряной нити добавилась нить медного цвета и цвета чернёного золота. Переплетаясь, они образовывали невероятной красоты орнаменты. Я запахнула на сойларе халат и завязала лентами сбоку. Поверх халата шёл длинный кипельно-белый жакет, застегивающийся на три внутренних пуговицы в районе талии и широкий пояс с орнаментом. Когда я застегнула его сзади, сойлар подошёл к зеркалу и внимательно посмотрел на мои труды.
— Осталось немного, — сказал он и грациозно сел на банкетку, — украшения.
Я подошла к сойлару, взяла тяжёлые серьги и осторожно вдела их в его уши, белый шейный платок заправила под жакет, а поверх платка прикрепила что-то вроде броши с руническими символами, волнистые волосы собрала на затылке в конский хвост и прикрепила серебряную заколку с нитками тёмных бусин по бокам.
Встав на колени перед сойларом, я взяла со столика тонкие белые перчатки и дотронулась до его прохладной руки. Кайрана прикрыл глаза и мимолётно улыбнулся, и улыбка эта от меня не утаилась. Я опустила голову ниже, чтобы случайно не выдать ответную улыбку, растянувшуюся на моём довольном лице, ведь я уже знала, что сойлару приятны мои прикосновения. Одев перчатки на сильные руки Кайраны, я встала и спросила:
— Теперь всё, сойлар?
Кариана встал и посмотрел на своё отражение в зеркале. Проверил, хорошо ли закреплены украшения и браслеты, правильно ли повязаны ленты, не выглядывает где кожа с чёрными узорами памяти рода. Прикоснувшись к высокому хвосту и заправив выбившуюся прядь за ухо, Кариана повернулся ко мне.
— Вайры так волосы не собирают, — произнёс он, и я чуть не закатила от обиды глаза, ведь мне показалось, что высокий хвост сойлару безумно идёт. Помолчав, Кайрана продолжил, — но мне нравится. Молодец, девочка.
Сойлар осторожно погладил меня по волосам, и я улыбнулась, искренне и довольно, наслаждаясь нежданной похвалой. А потом замерла. Меня только что похвалил главный враг человечества, и я, как послушный щенок, завиляла хвостом. Настроение тут же упало, и мне от всей души захотелось разрыдаться, я почувствовала, как стали влажными глаза, но слёзы упасть не успели. В гардеробную вошёл Райва и произнёс, поклонившись:
 
— До начала совета десять минут, сойлар Кайрана.
Сойлар бросил на меня задумчивый взгляд и, выходя из гардеробной, сказал:
— Ты будешь сопровождать меня, девочка.
Я послушно кивнула и обречённо поплелась вслед за сойларом. Смотреть на реакцию прислужника я не стала — себе дороже, да и нервные клетки, говорят, не восстанавливаются. Но недовольный рык всё-таки услышала.
Глава 11. Путь к свободе?
Собрание Совета Вайората отличалось от человеческого только обстановкой и физическим отсутствием советников — в главном зале заседали их голограммы. Я на всякий случай включила видеозапись, но напрямую Марку транслировать не стала — если ничего полезного на собрании не скажут, то я просто запись удалю.
Главный зал не отличался своими размерами. Скорее всего, его использовали только для собраний. В помещении было пусто, лишь на небольшом возвышении стояли два мягких кресла, обитые красной тканью. Я даже немного удивилась, увидев яркий цвет в интерьере зала — обычно вайры предпочитают бледные пастельные тона вроде их излюбленных белого, серого и бежевого.
Сойлар уверенно вошёл в зал и сел в одно из кресел. Я же поозиралась ещё немного и встала справа от сидящего сойлара, логично рассудив, что именно здесь я и должна стоять. Вошедшая Сиодай заметила меня не сразу, и я удивлённо отметила, что она выглядит намного лучше, чем пару дней назад. Но вот наши взгляды встретились, и фарфоровая кожа сойлари тут же покрылась некрасивыми багровыми пятнами.
— Как ты посмел, Кайрана?! — раздался крик Сиодай, и её высокий голос скрежещущим эхом разлетелся по пустому залу. Я поморщилась и отвернулась, бросив мимолётный взгляд на сойлара, но ничего нового не обнаружила — его лицо, как и всегда, выражало вселенское спокойствие с привкусом мировой скуки. Я усмехнулась, мысленно позлорадствовав над Сиодай, и это не скрылось от гневного взгляда сойлари. Я не заметила, как Сиодай оказалась в полуметре от меня и резко схватила за горло, сдавив его с такой силой, что в моих глазах потемнело, а дышать тут же стало нечем.
— Ты не посмеешь убить любимую игрушку Ниарита, сойлари, — без капли эмоций ответил Кайрана, — сядь и успокойся. Совет выйдет на связь через десять секунд.
Сиодай, услышав такой ответ, кажется, разозлилась ещё сильнее, потому как глаза её стали совсем безумными, а хватка ещё больней.
— Ты… — прошипела сойлари, но договорить не успела — Кайрана резко встал и дёрнул её за ворот платья, умудрившись усадить в кресло рядом с собой. Я тут же глубоко вдохнула и ухватилась за подлокотник, пытаясь прийти в себя.
— Я. Сказал. Успокойся, — делая паузу между словами, произнёс сойлар и снова сел, — ты должна быть сейчас счастлива, ведь, наконец, добилась от сына того, чего хотела. Хоть и таким нечестным методом.
— Только попробуй сказать Ниари об этом, Кайрана, — натурально зашипела Сиодай, повернувшись всем телом к сойлару, — и клянусь, я разорву нашу связь.
— Ты вольна поступать, как считаешь нужным, Айрея, — спокойно произнёс сойлар, даже не взглянув на жену, — но думаю, тебе следует знать, что уже очень давно наша связь не приносит мне никакого облегчения.
— Как? — удивлённо выдохнула Сиодай, и выгдядела она настолько ошарашенно, что со стороны казалось, будто сейчас рухнул весь её мир. Сойлар же мягко улыбнулся и произнёс:
— Приветствую старейшин Вайората.
Свет в зале на мгновение померк, но тут же вернулся яркой вспышкой и зал заполнился сотней вайров, склонившихся в поклоне перед своим обожаемым правителем. Я взглянула на сойлари — та сидела со спокойной величавостью на лице и сдержанно улыбалась советникам, приветствовавшим венценосную чету. Я хмыкнула про себя, немного позавидовав самоконтролю Сиодай, но задумалась над тем, что сойлар имел в виду, когда говорил про нечестные методы и недействующую связь. Я ещё раз внимательно посмотрела на сойлари и не обнаружила на её лице недавних признаков болезни. Может, Айрея солгала Ниру, что больна, и это её нечестный метод заставить сына сделать то, чего она так желает. Если это так, то как же это низко…