Триединый (СИ)

После посещения душевой кабинки я надел спортивные штаны, футболку и легкие ортопедические туфли. Выйдя из дома, прошелся вокруг своего жилища и обильно накидал вокруг него охранных заклинаний, заимствованных в свое время у Шувалова-Волынского. Про себя отметил, что чародейские манипуляции у меня получаются всё легче и легче, при этом мана в Средоточии практически не расходуется, точнее, тратится, но тут же восстанавливается. Было бы неплохо оценить силу моего Дара, согласно местным методикам. Но для этого нужно объявить во всеуслышание о своей принадлежности к магическому сообществу. Как только такое случится, прощай свобода, здравствуй золотая клетка, ибо транспарант с образом эдакого супермена с огненным шаром в ладошках и надписью: «МАГИ НУЖНЫ ИМПЕРИИ!!!» у меня так и стоит перед глазами. Нет, я птица вольная, что хочу, то и ворочу и позволить кому-либо ограничить свою свободу категорически отказываюсь.
Хотя я, вроде как князь, что могло бы вывести меня из-под назойливой опеки государства. Но с этим покамест сплошные непонятки. С законодательной точки зрения примазаться к роду Засекиных имею полное право. Для этого достаточно посетить «Реестровую Палату», что имеется во всех городах губернского значения, предъявить права на княжеский титул и сдать кровь на анализ. Не позже чем через месяц я стану их сиятельством Силаевым-Засекиным со всеми вытекающими претензиями на имущество, которое по праву принадлежности к знатному и богатому роду должно принадлежать моей родной бабке, а от неё перейти в моё владение.
Представляю, как такое «понравится» моим новоявленным родственничкам со всеми вытекающими отсюда последствиями. Как бы мне не пришлось заниматься физическим устранением некоторых особо ретивых представителей рода Засекиных. Ха! «Как бы не пришлось!», непременно придется, тут уж не отвертеться.
Ну всё, о делах великосветских буду думать потом. Всё равно, в своем уродливом виде качать права не собираюсь. И вообще, пока не знаю, нужно ли мне княжеское достоинство или да ну его на хер, своего выше крыши — эвон Глафира может подтвердить.
Раскидав сторожковые конструкты вокруг жилища и на подходах к нему, вернулся в дом. Теперь ждем-с. Придут — хорошо, я об этом заранее узнаю, не придут — еще лучше. Может, Виталий Иннокентьевич одумается и не станет направлять ко мне своих шестерок. Хотя вряд ли, не тот человек.
Чтобы не терять времени, достал приобретенные пособия по ювелирной огранке и погрузился в изучение. Книги оказались весьма познавательными. В них даже магический аспект затрагивался довольно подробно, с вполне внятным и подробным описанием наиболее подходящих камней для создания чародейских артефактов, а также типов их огранки. Как я и думал, идеальным магическим кристаллом является алмаз. Чем меньше в нем разного рода примесей, тем он больше аккумулирует маны и дольше времени сохраняет заряд. Поскольку, так называемые, «алмазы чистой воды» встречаются довольно редко и стоят очень и очень дорого, для моих целей вполне подходят любые другие драгоценные камни. Кстати, те алмазы, что я прикупил в ювелирном магазине при ближайшем более внимательном рассмотрении оказались весьма невысокого качества, что в общем-то и неудивительно, ибо обошлись мне в смешную сумму. Разумеется, попробую их огранить, но уж больно они мелкие, так что для начала займусь чем-нибудь покрупнее.
Процесс познания настолько увлек меня, что я не заметил, как на улице наступила непроглядная темень и вскоре из заслонивших ночные светила облаков на землю обрушился натуральный водопад с громами и молниями. Свет, по понятным причинам, включать не стал, оно и без искусственного освещения неплохо вижу в полной темноте, во всяком случае, книжный текст воспринимаю без напряжения.
Ага, а вот и гости дорогие. Все-таки Варсонофьев не подвел — целиком и полностью оправдал мои подозрения. Визитеров было четверо. Потихоньку, как им казалось, поднялись на крыльцо и аккуратно с помощью ножа принялись отодвигать задвижку дверного запора. Блин, дежавю какое-то. Совсем недавно ту же самую операцию вполне успешно провернул Василий Николаевич Саврасов. Этих, на их счастье, хоронить не собираюсь, но наказать должным образом имею полное право.
 
Наконец засов с характерным негромким звуком вышел из скобы, освобождая незваным гостям проход в мой дом. Трое вошли в сени, один остался дежурить на крыльце. Вообще-то мог бы и зайти, ибо в такую шальную погоду вряд ли кому-то из сельчан захочется совершать променады.
Один из мордоворотов достал из кармана дождевика электрический фонарик, но воспользоваться им не успел, поскольку я оказался намного быстрее. Три легких удара сжатыми щепотью пальцами в нервные узлы, расположенные в передней области шеи и вся троица мгновенно полегла в неравном бою. Старался быть как можно более сдержанным, дабы никто ненароком не пострадал фатально.
Обезвредив тех, что проникли в дом, мухой метнулся на крыльцо и провел с четвертым ту же самую процедуру, только удар нанес ребром ладони в область сонной артерии. Затащил наблюдателя в дом.
Включив свет, ловко обшмонал карманы горе-бандитов. Огнестрела при них не оказалось, а вот гирьки на цепочках, кастеты и острые ножики, отнюдь не кухонные, имелись у каждого. В арсенале одного обнаружилась телескопическая дубинка с утяжеленной свинцом верхней частью. Нормально так вооружились против одного-то парня, к тому же, калеки от рождения. Сука все-таки этот Варсонофьев.
Пленных хорошенько стреножил с помощью обрезков капронового шнура. И дождавшись, когда те придут в чувства, задал им ряд интересующих меня вопросов. Парни запираться не стали, поведали, что сами из Владимира, состоят в одной промысловой ватаге. В Дубки прибыли за хабаром. Поход в Пустоши оказался неудачным, так что незадачливые добытчики остались на мели. Ту к ним и подкатил владелец гостиницы с предложением хорошенько поучить одного чересчур наглого местного жителя. Нет, не убивать, всего-то как следует отмудохать: сломать пару ребер, по почкам настучать, чтобы кровью с недельку писался. При этом главная их задача, заключалась в том, чтобы довести до сведения юноши, что кидать господина Варсонофьева себе дороже и чтобы он, сразу как оклемается, явился на поклон к своему покровителю и благодетелю.
Поскольку убивать меня не собирались, я их тоже не стану лишать жизни. Да и, вообще, кто я такой, чтобы кого-то наказывать? Хе-хе-хе! Для этого специальные люди имеются, которым за это платит зарплату наше государство.
По законам Российской Империи мои визитеры уже заработали по твердой десятке каторжных работ на рыло за вторжение в чужое жилище с целью грабежа. На дружные заверения гоп-компании о том, что никаких ценностей из моего дома они забирать не собирались, мол, Варсонофьев обещался заплатить им довольно крупную сумму, меня просто рассмешили.
Пришлось им доходчиво объяснить, что после того, как я сдам их в руки полиции, наниматель непременно от них открестится, дескать, ничего не знаю, ничего не ведаю и вообще вижу этих парней в первый раз. Так что от обвинений в вооруженном грабеже им не отвертеться, поскольку никаких других причин вламываться в чужой дом посреди ночи у них не имеется. А это, как минимум (повторяюсь) десять лет в солнечном Магадане, на речке Юкон, или каком ином месте, где золото роют в горах. Если не золото, так уголек или какую радиоактивную руду. Так или иначе, наше заботливое государство найдет наилучшее применения дополнительным трудовым ресурсам в виде четырех крепких мужиков.
Осознав в какую жопу их втянул Варсонофьев, парни взмолились их отпустить. Ага, щас же, спешу и спотыкаюсь. Сегодня у этих не вышло, завтра кабатчик следующих пришлет. А мне оно надо? Пусть ухари сами расскажут все полицейским. Варсонофьев не дурак, поймет, что поелику Ивану Силаеву так лихо удалось спеленать четырех нехилых ребятишек, до его драгоценной тушки этому парню будет добраться, как два пальца об асфальт. Но уж коль не убоится перспективы заслуженной расправы и продолжит заниматься вредительством, сдохнет от апоплексического удара чем-нибудь тяжелым в височную область черепа. Оно ведь инсульт такая штука, может прилететь откуда не ждешь. Пожалуй, завтра же стоит посетить «Привал странника» и в завуалированной форме довести данную информацию до сознания Виталия Иннокентьевича.