Достойные сыны (СИ)
- Гурион, - услышав свое имя старейшина поднялся, после чего повелитель продолжил, - Я рад видеть тебя в добром здравии, - Гурион учтиво поклонился в ответ, - Но еще больше радуют глаз твои сыновья. – Дигрон, Вэйтог и Истонг поднялись рядом с отцом. - Смотря в их глаза, я вижу огонь, который присущ настоящим волколакам. Такой же огонь был в глазах вашего предка, славного Донгара, погибшего в бою против Криворга. Да не померкнет слава вашего великого рода Белых Рысей в веках!
- Спасибо Великий Согр, за эту речь. Белые Рыси вечно будут служить Рэмэру и трону, - проговорил вдохновленный от такой неожиданной речи Гурион, а затем увидев жест руки повелителя, отец с сыновьями снова сели на свои места.
- Богруз, - в центре зала поднялась мощная фигура, - Я вижу вы в полном составе явились на собрание, - снова центр зала ожил и поднялись еще трое, родные братья Богруза. – Дарган и Гард сейчас с гордостью смотрят на вас глазами Редеза, - Согр указал рукой на белого волка. – Их свирепый нрав чувствуется в каждом из вас. Скажите мне братья, что ждет хваленных кригронцев при встрече с вами?
- Смерть! - проревели яростно четыре глотки в ответ, и после знака повелителя, они опустились на скамьи.
- Вы чувствуете тоже, что и я братья волколаки? Вы чувствуете, что пришло время нашей славы? Славы Волозаров?
- Да Великий Согр, мы с тобой! Уничтожим этих шакалов! – раздался неистовый рев сотен глоток, который казалось сейчас разрушит стены.
- Я готов выслушать и ответить на вопросы, которые у вас непременно появились, - Согр замолчал, ожидая.
- Не все роды смогут кормить такое войско на собственные лики. Это разорит многих еще до начала войны, - задал терзающий многих вопрос, Гурион, - Столько людских ртов, а еще лошадей, волов. Не у всех есть возможность оплатить этот поход. Воинов нужно кормить долгие недели, прежде чем мы достигнем Криворгских границ, а последний неурожайный год сильно опустошил кошельки многих. - Гурион замолчал, наблюдая за Согром. Повелитель знаком разрешил ему сесть.
- Не думайте о тратах. Мне нужны от вас воины, готовые без страха и сомнений идти в бой. – его голос был тверд и спокоен, наполняя уверенностью сердца сомневающихся. - Мои кладовые полны золота, которого хватит для содержания нескольких таких армий. Вдобавок, Арем великодушно просит нашего покровительства, после проигрыша под Лимеком. Он безвозмездно будет поставлять нам оружие, снаряжение, провизию.
- Великий Согр, прости за дерзость, - раздался голос снова поднявшегося Гуриона, - Я не очень понимаю, зачем Арему это делать. В любой момент он может просто остановить обозы. Доверять шигроннцу последнее дело.
- Вспомни старую поговорку про шигронскую память, месть за нанесенную обиду у них сильно будоражит кровь и напрочь отключает мозги, – усмехнувшись сказал Согр, давая разрешение Гуриону сесть, - Именно на этом он и попался, как ребенок. Уверяю всех, он не передумает. Никто и не собирался доверять глупому, мстительному шигроннцу. Арем потеряет все свое оставшееся войско в битве с Криворгом. После победы, мы избавимся от него самого, а нерешительного Азармата посадим править в Шигронне единолично в качестве нашего верного вассала, – на лице Согра появилась довольная ухмылка, - Все будет почти так, как хотел Арем, только править единолично в Шигронне будет не он. Мы ничего не заплатим этому хитрому недоноску, а выгоду получим колоссальную.
- Зачем нам нужен этот царевич Олер, - спросил, поднявшись Богруз, - С Аремом все ясно, но этот-то нам зачем, - он непонимающе уставился на Согра.
- Богруз, - сказал, все так же улыбаясь правитель, показывая, что можно сесть, - Если ты готов остаться править в Криворге после победы, и бегать по болотам и лесам, собирая дань, то царевич не нужен. Есть среди вас тот, кто готов променять Вонодар на Криворг? – Согр окинул взглядом присутствующих, затем продолжил, - Так я и думал, желающих нет. Поэтому нам нужен этот жалкий червяк, предавший родного отца и братьев. После победы, я стану правителем трех царств, а вы получите то, о чем даже не мечтали ваши предки, отправляясь в поход! - громогласным голосом пообещал Согр.
- Прости Великий Согр за мою прямоту, - уверенным голосом спросил, поднявшийся Дургарий. - Если случится так, что ты проиграешь войну, как многие до этого. Ты помнишь, что ждет тебя? - Сидевший рядом Рэмуз в наступившей тишине слышал, как волнуюсь дышал Дургарий, а его сыновья в растерянности переводили взгляды с отца на правителя, и обратно.
- Я избранный, - властно сказал Согр, разрешая Дургарию сесть, - Я покорю Криворг, - он окинул всех присутствующих горящим взглядом, и остановился на задавшем вопрос, - Если я подведу вас, то клянусь Рэмэром Всемогущим, пройду обряд Очищения, как когда-то это сделал Гард из рода Номуэров. Я чту наши законы, и готов в случае поражения испить Священную Чашу в присутствии всех вас. Я сделаю это, и тогда мой славный род Доров, будет очищен от позора, а мой брат Грэмуз, продолжит начатое нашими предками дело, – говоря это, он указал рукой на Священную Чашу, стоящую на Священном столе.
- Да здравствует род Доров, хвала Великому Согру! - оглушающе раздавалось со всех сторон.
- Нас ждет великая победа! - сказал, поднявшись с трона Согр. – Гуляйте и наслаждайтесь праздником, сыны Волозарии, но оставьте силы на завтра. С самого утра на арене Зетхов вас ждут бои, в которых сойдутся лучшие из лучших.
Зал наполнился бурным ликованием, а Согр хлопнул трижды в ладоши, после чего раздались три громких удара гонга.
Под этот бой три парадные двери распахнулись настежь, пропуская вереницы обнаженных рабынь, несущих на золотых подносах приготовленные яства и вина. Грянула громкая музыка, под которую зал наполнился шигроннскими танцовщицами из театра сладострастия.
Во время торжества к Согру подошел Грэмуз и высказал свои опасения.
- Ты уверен в этом криворгце, он хитер как лиса, как бы не приготовил нам ловушку? – смотря на брата тревожным взглядом спросил он. Согр, сделав большой глоток вина из кубка, с хитрецой ответил.
- Меня не так легко обмануть, - сказал он и ухмылка озарила его лицо. - Его женщина, по которой он сходит с ума, здесь, у тебя в комнате. Ты правильно сделал, что спрятал ее вовремя, признаться, я даже не подумал об этом. Но ты брат умен, я никогда в тебе не ошибался. – Согр оценивающе смотрел на Рэмуза, - Главное сам в нее не влюбись, - в его глазах заплясали веселые огоньки.
- Твои шутки, Согр, неуместны, - Рэмуз посмотрел на него с обидой, - Нам скоро в поход, но и здесь нужен надежный человек, который присмотрит и за ней, и за за всем вообще. Я думаю, старик Дургарий с этим хорошо справится, - Согр загадочным взглядом смотрел на него, и Рэмуз понял его план, - Нет, брат, - младшего охватило возмущение, - Только не это. Я хочу участвовать в битве, какой еще не было в истории, а не охранять здесь бабу.
- Ты будешь делать все, как я решил, - твердо произнес Согр, поставив пустой кубок на поднос слуги и беря другой, - Ты нужен мне здесь, я никому кроме тебя не доверяю. В случае моей смерти тебе придется продолжить наше дело. Поэтому, чтобы этого не произошло, слушай меня и помогай одержать победу, а не будь ребенком. - он положил свою могучую руку, украшенную родовыми перстнями Рэмузу на плечо, - Гуляй брат, радуйся, не скоро еще такое увидишь.
- Последний вопрос, - начал снова младший, - Ты веришь в непобедимость их Велезара? – он смотрел в уже пьяные глаза Согра, сверкающие нехорошим огоньком.
- Нет, – ответил он, сделав вдох и задумался, а потом ответил, – Это просто очередная сказка. Поверь мне, Велезар - обычный человек, который даже ни разу не сражался на арене Зетхов. Он ни разу в жизни не встречался с чемпионами арены, а ему придется сразиться с тем, кто на самом деле непобедим. Ты знаешь о ком я говорю? - Согр с пьяным азартом посмотрел на брата. - Сам Кронг Ужасный, чемпион Вонодарской арены Зетхов, явился на эту войну. У него давно нет достойных соперников здесь, кого только Зетхи против него не выпускали, все впустую, смотреть не на что, - повелитель брезгливо махнул рукой, - Может этот жалкий червяк его и развлечет перед смертью. - договорив, он встал и отправился в свои покои, приказав доставить ему вина и девок, а младший остался в одиночестве, игнорируя танцовщиц. Настроения у него для гуляния не было, а вот тревожные мысли были.