Достойные сыны (СИ)

- На балу я познакомилась с царевичем. Он бесподобен! - говорила она, светясь от счастья. - Я до последнего боялась, что наше знакомство после бала закончится, но сегодня мне передали письмо, которое он прислал. В ее маленьких ручках виднелся красивый конверт.
- Дай его сюда, - с нетерпением Олена выхватила раскрытый конверт из рук падчерицы.
- Он пишет, что уже соскучился и хочет снова меня видеть. - продолжала парить в небесах Ольга, не обращая внимание на хамское поведение Олены.
- А теперь слушай меня и запоминай! - глаза Олены сверкали, как у кошки, увидевшей добычу, - Я запрещаю тебе с ним встречаться здесь. Можешь писать письма, но никаких личных встреч. Скоро в Криворге будет большой бал, там ты его и получишь, - необыкновенное воодушевление захлестнуло Олену. Воображение уже рисовало в голове захватывающие, необычайно красочные картины переезда в Криворг. Новые возможности, замаячившие на горизонте, окрыляли и заставляли сердце бешено биться.
- Пусть не царица, но зато при троне, а уж этого молодчика Велезара я как-нибудь приструню. А если нет, то он может стать отличным пополнением для моей коллекции, - продолжала она ликовать про себя.
 Глава 5. Каждой мести - свое время. 
Олена, стоя у окна в своем замке Лемека, с презрением лицезрела виднеющиеся вдали на реке торговые и рыболовные суда. Ворвавшийся в открытое окно ветерок, донес до нее запах ненавистной рыбы. Она тут же захлопнула открытые створки громко выругавшись:
- Скорее бы выбраться из этого проклятого захолустья! Скоро я снова окажусь дома и навсегда забуду это проклятое Шестиликом место. Криворг, мой любимый Криворг, как я соскучилась по тебе! – смотря вдаль на реку, она погрузилась в далекие воспоминания. Когда-то давно, стоя в точно такой же позе у окна Криворгского замка Григз, двадцать лет назад, она наблюдала за прибытием к Миросу, ее теперь уже настоящего мужа Ерона Дирониса.
К замку подкатила ровэлла одного из богатейших людей Лимека. Род Диронисов брал свое начало еще до правления Кригрона Великого, в те времена, когда Лимек принадлежал Шигронну. Впервые увидев его вживую, она сразу поняла, что Ерон - истинный потомок шигроннского рода, что впоследствии полностью подтвердилось. Небольшого роста, слегка располневший и начинающий лысеть, он был учтив и вежлив со всеми. Слабостью Ерона были шигроннские скакуны, в связи с чем у него была одна из лучших конюшен в Лимеке. Часто выставляя на скачки своих воспитанников, ему не раз удавалось завоевывать призовые места. Конечно проигрышей было больше, но радость победы затмевала для Дирониса все. И какой же настоящий шигроннец без известных во всем Аскериане театров сладострастия и игорных домов. Как и его далекие предки, он до смерти обожал шумные компании в сопровождении красивых молоденьких девушек и сильных дурманов, привезенных прямо из разбойничьих земель.
Незнающим Ерона, могло показаться что его жизнь сплошные гулянья, разъезды и веселье, но за двадцать лет совместной жизни она убедилась в том, что это далеко не так. При всех своих минусах он был талантливым предпринимателем. Наследство, доставшееся ему от отца в виде конюшен, игорных домов, часовых мастерских, он многократно увеличил. Об обладании часами Диронисов стали мечтать во всех богатейших домах Аскериана. Высший свет годами покорно ожидал именной неповторимый шедевр. Денег стало столько, что ему не хватало теперь только царских чинов. Но в тот день молодая Олена знала о нем слишком мало, ее будущий муж ожидаемо не произвел на нее впечатления. Как только она не упрашивала брата, не отдавать ее за шигроннца:
- Мирос, пожалуйста не выдворяй меня из Криворга. Я не выдержу вдали от дома. Это захолустье убьет меня! – она смотрела умоляющим взглядом, но поняв, что так до него не достучаться, перешла на угрозы. – Если ты меня выдашь за этого конюха с часами, я удавлюсь на первом же суку, а тебя прокляну перед Великим Шестиликом! Никогда ты не получишь моего прощения, сколько не задабривай потом в храме.
 
- Успокойся Олена, – говорил спокойным голосом Мирос, не обращая внимания на ее мольбы и угрозы. – Ерон хорошая партия для тебя. Он свято чтит свой древний род, уважает наши традиции. Жизнь несправедливо обошлась с ним. – Олена не дослушав резко перебила.
- Жены от мужей просто так не сбегают, да еще бросая детей.
- Не будем влезать в их семейные дела. Я принял решение, отдать тебя замуж за него, и поставить вас во главе этих земель.Ты нужна мне в Лимеке, Олена. Потом, когда-нибудь, если обманутый вдовец захочет с тобой поделиться своей прошлой жизнью, то сам тебе все расскажет, но такое доверие еще нужно заработать. – Мирос попытался разрядить обстановку. По его замыслу, через Ерона с помощью Олены, должны были наводиться нужные мосты между Криворгом и Шигронном. Жалко сестра глупа и не видит этого.
Простояв так некоторое время, и ощутив тяжесть в ногах, она уселась в кресло мужа за его рабочим столом. Стол украшала любимая коллекция Ерона песочных часов, инкрустированных костью и перламутром. Она была его гордостью, слабостью и силой одновременно. Протянув руку, Олена взяла самые большие и перевернув их, стала смотреть, как медленно пересыпается песок.
- Да брат, ты совершенно прав, он рассказал мне о жене, но тебе лучше не знать этой правды, – смотря на медленно перетекающий песок, она вновь оказалась в прошлом, но уже в Лимеке.
- Ты, грязная тварь! - кричала в гневе ревности Олена на служанку, которую привез из Шиаркана Ерон. – Как ты смеешь мне перечить! – ее глаза сверкали огнем. – Ты сделаешь так, как я велела. Одевай это, и носи не снимая. Пусть все видят, что ты шлюха, которая захотела богатства. – она бросила в нее черное кружевное нижнее белье. – С этой минуты я дам тебе богатство. Богатство членов! После того, как оденешь это белье, ты не смеешь отказать ни одному мужчине в этом замке. Конюх, свинопас, стражник, без разницы. За каждого будешь получать оплату и только попробуй, хоть кому отказать. Ты меня поняла тварь!
- Умоляю госпожа, пощадите! Я не делала ничего специально. Я лишь выполняла приказы господина! – всхлипывая и трясясь от страха, молила молодая девушка.
- Еще не хватало, чтобы ты делала это специально! – зло сказала Олена, побагровев. – Значит мои приказы тебя не касаются, только господина? – Олена подбежала к служанке, схватила за волосы и с бешенством начала швырять из стороны в сторону. Затем ударила несколько раз лицом об пол, ревя от бешенства. – Тварь, ненавижу, ненавижу! – схватив со стола тяжелый графин с водой, она изо всей силы ударила девушку по затылку. Та сильно вздрогнув захрипела, тело начало трястись и через миг обмякло.
Вскочив на ноги, Олена увидела неподвижное тело служанки, растекающуюся лужу крови. На мгновение она впала в ступор. «Что делать?» - стучали мысли в голове. Тело отказывалось слушаться, сердце бешено колотилось в груди, в глазах все расплывалось.
За окном она услышала голоса Ерона и слуг, встречающих приехавшего господина. Сев на свою кровать напротив бездыханного тела, она замерла в ожидании.
Зашедший Ерон с первого взгляда обо всем догадался. Подойдя и присев рядом с женой, он нежно приобнял ее и спросил:
- Вас кто-нибудь видел здесь? – она отрицательно помотала головой.
- Вот и хорошо, вот и славно. Ни о чем не волнуйся, душа моя. Иди, отдохни, выбрось все из головы, а вечером мы поговорим с тобой, – он говорил необычно нежно и ласково, а она послушно, словно маленькая девочка, встала и вышла из комнаты.
Вечером придя к мужу, Олена была еще больше удивлена. Вся комната была уставлена горящими свечами, на подносах лежали ароматные, спелые фрукты. Довольный Ерон сидел на кровати в шелковом халате, ожидая ее. Увидев растерянность на лице молодой жены, он встал, поставил бокал с вином на поднос и подошел к ней.
- Любимая, забудь, что сегодня произошло. Пусть тебя это больше никогда не тревожит. Ты свершила то, что считала своим долгом, отстаивая нашу семью. Каждой мести - свое время! Сегодня твоя ревность открыла мне глаза, показав твои истинные чувства. Я был глупцом, считая, что ты не хочешь делить со мной ложе из-за неприятия ко мне. - он нежно поцеловал ее в шею, а Олена почувствовала неимоверную тягу, начала неистово целовать его в губы, шею, грудь. Наконец не выдержав, она сорвала с него халат, и повалив на кровать, тут же оказалась сверху. Сгорая от нетерпения, она начала было раздеваться, но Ерон резким движением разорвал на ней платье, затем разорвал нижнее белье, и они слились в безумном танце бешенной страсти, поглотившей их. Этот день и эта ночь стали по-настоящему волшебными для обоих супругов, сплотив на всю оставшуюся жизнь.