О, мой бомж (СИ)

Она выглядела совсем не так, как на работе. Она казалась, милой, беззащитной, нежной. Я опять
завис, не в силах отвести от нее взгляд, сжимая в кулаке доставшегося мне голубого бегемотика.
И она смотрела на меня не как на начальника. Она смотрела на меня как на мужчину. Будто впервые меня увидела.
- Пойду сделаю чай, - она мотнула головой, избавляясь от наваждения, и поднялась с пола.
Я проводил ее долгим взглядом.
Минут через десять она позвала нас.
- Ну мы же не доиглали, - заканючил Даня.
- Сейчас попьем чай с пирожными и доиграем, - подмигнул ему. – У настоящих строителей тоже бывает перерыв. Откуда у них возьмутся силы, чтобы строить дома, если они не будут есть.
Даня вскочил и побежал на кухню.
- Мам, я быстло поем и снова иглать пойду, - донесся до меня его голосок.
- Руки вымой сначала.
Дождавшись пока Данька выйдет, я вошел в ванную. Здесь мало что изменилось с тех пор. Будто и не было тех четырех лет. Будто я, проснувшись тем рождественским утром, принял решение остаться здесь навсегда.
С кухни пахло чем-то вкусным. Вроде бы блинами. Катя одними пирожными ограничиваться не стала. И хорошо. Есть хотелось безумно. Я ведь полетел сюда, даже кофе не выпив.
Я поймал себя на мысли, что этот дом выглядит, как крошечный мирок матери и ребенка. И пьянки, гулянки, мужики, прячущиеся в шкафах и под кроватью, не вписывались в эту картину.
Вытерев руки пушистым полотенцем, я вышел из ванной, предвкушая вкусный завтрак или уже обед.
И тут в дверь позвонили.
- Виктор Степанович, откройте, пожалуйста, - крикнула Катя. – Я не могу отойти от плиты.
Недовольный тем, что кого-то принесла нелегкая, я подошел к двери и, повернув завертку, резко отворил ее.
За порогом стоял старый дед. В одной руке он держал авоську с апельсинами, в другой – газету со сканвордами.
- О, а у нас гости, - удивленно крякнул он.
Глава 53
У нас? Этот старикан здесь живет? Или так часто сюда захаживает, что считает квартиру Катьки и своей тоже. В голове явственно всплыла случайная встреча с ее братом, после которой я отказался от Кати. Разговор этот врезался в память, и я помнил его, будто он произошел вчера. Этот тип рассказывал, что к ней таскается какой-то дед, подобранный ею на помойке.
Гость с натяжкой подходил под это описание. Хотя бы тем, что он был дедом. А о том имел ли он непосредственное отношение к помойкам, сказать было сложно – одет он был чисто и опрятно.
Нет… Скорее всего, он здесь не живет. Следов постоянного пребывания мужчины я не заметил. Ни лишней зубной щетки, ни бритвы.
«Этот дед может и не бриться, у него такая густая бородища. И зубы не чистит, вынимает челюсть и кладет в стакан с водой», - сгенерировал мозг контраргумент.
Да, стремно получится, если я не выдержал конкуренции со стариком, который мне в дедушки годится.
- Здравствуйте, - неприветливо выдавил я.
- Кать, - крикнул старик, - я, наверное, не вовремя. Гостинчик Даньке возьми, да пойду я.
Из кухни вылетел Данька.
- Деда! Деда пришел!
- Холодно, с подъезда сквозит, не подходи близко к дверям, - забеспокоился старик.
- Да что же вы стоите, Михаил Антоныч! Проходите, - высунулась Катя. – Сразу на кухню идите. Чай будем пить.
- Да, мешать не хочу, - красноречиво посмотрел на меня дед.
- Не выдумывайте. Спорить с вами не могу. Блин сгорит.
Катя снова скрылась в дверном проеме.
Мне пришлось посторониться, пропуская гостя.
- Держи, внучок, - он протянул Даньке авоську. – Неси на кухню. Там мамка разберется.
Данька взял апельсины и пошел выполнять поручение.
- А вы, стало быть, дедушка Дани? – я решил сразу прояснить ситуацию.
- Дедушка. Но не по крови. А по душе, - улыбнулся старик. – А вы, стало быть, Катин кавалер? – в тон мне спросил он.
- Нет. Не кавалер. Начальник.
- А так вы по делам приехали? Бедная Катя, и в выходной отдохнуть не дают, - укоризненно покачал головой.
- Я не по работе. С проверкой приехал, смотрю условия жизни сотрудников.
 
- А, ясно, - протянул старик.
Он уже успел раздеться и направился в ванную мыть руки.
Внезапно я почувствовал себя лишним. Эта частичка Катиной жизни, которую я подсмотрел, не принадлежала мне. Я уже хотел распрощаться со всеми и уйти, но Данька, выглянувший в коридор, заставил меня передумать
- Дядя, иди пей быстлей чай и пойдем иглать, - сдвинув бровки, выдал он.
Я прошел на кухню и сел на табурет рядом с Данькой, активно елозившим блином по блюдцу со сгущенкой.
- Чай сами нальете или подождете, пока я блины допеку? – спросила Катя, обернувшись ко мне.
- Сам справлюсь.
- Даня, достань чашки для Михаила Антоновича и Виктора Степановича, - велела Катя, и Даня безо всяких капризов оставил остатки блина на блюдце, вытер сладкие пальцы салфеткой и полез в буфет за чашками.
- Это деду, - сказал он, ставя чашку с блюдцем на стол. – А это Викасепанычу, - он пододвинул вторую чашку ко мне.
- Тебе самая касивая. Только деду не говори, - сказал он по секрету, прикрыв ладошкой рот. – Вдлуг он обидится.
- Не скажу, - пообещал я.
Антоныч уже успел помыть руки и вошел на кухню, сел за стол, плеснул себе чай из пузатого заварника. Налил и в мою чашку.
- Катя, а чего это закон новый приняли? – шумно отхлебнув чай, спросил он.
- Какой закон?
- А к сотрудникам ходить. Вон к тебе начальство пришло. Ко мне каждую неделю стабильно ходит.
- Кто это к вам ходит? – с улыбкой осведомилась Катя.
- Сама знаешь кто. Вера Ивановна. Я для нее специально кофе покупаю. Сам не пью, а для нее брать приходится. Твой начальник к тебе тоже каждую неделю ходить будет?
- Зачем каждую неделю? – встрепенулась Катя. – Он уже все проинспектировал.
- Моя ж ходит зачем-то, - вздохнул Антоныч.
- У Виктора Степановича очень большая компания, пока всех сотрудников обойдет, год пройдет. Так что в следующий раз он появится нескоро.
Катя закончила с блинами, выключила плиту и села за стол.
- Так и у Веры Ивановны большая компания, а ходит она ко мне часто, - не сдавался дед. – Может, она только к неблагонадежным сотрудникам ходит?
- Ну какой же вы неблагонадежный? Вы очень даже надежный. Не наговаривайте на себя.
- Это ты так, Катенька, считаешь, а Вера Ивановна может иначе думать, - вздохнул Антоныч.
- Нравитесь вы ей. Вашей Вере Ивановне, - не выдержал я. Понятно же, что старик хочет именно это услышать. И так, и эдак намекает – и все никак.
- А Катя вам тоже нравится? – одной фразой поставил он меня в неловкую ситуацию.
- Да, нравится, - просто ответил я. – Катя – прекрасный сотрудник. Я очень доволен ее работой.
А Антоныч остался не очень доволен моим ответом.
- Эх, как сотрудник, - крякнул он. – А как человек?
- Я слишком мало знаком с ней, чтобы судить об этом, - уклончиво ответил я.
- Да что тут судить? Она ж бесхитростная, по ней все разу видно, - прищурился старик, вглядываясь в мое лицо. Вот докопался дед!
- Михаил Антонович, - мягко укорила старика Катя, - вы лучше блинчик ешьте, остынет же.
- Я Катю знаю давно. Она мне как дочь стала, - не внял ее словам Антоныч. – Такие девушки, как она, большая редкость. Вздумаешь обидеть ее, лучше здесь не появляйся. Я такого не допущу.
- Не собираюсь я ее обижать.
- Михаил Антонович! – взмолилась Катя.
- Очень вкусные блины, - старик демонстративно причмокнул губами и, откусив блин, принялся активно жевать.
Допив чай, я засобирался, сказав, что у меня появились срочные дела. Данька, конечно, расстроился.
- Ты же обещал! – захлопал он блестящими от слез глазенками. – А обещания надо выполнять!
- Не всегда выполнение обещания зависит от нас самих. Иногда вмешиваются внешние факторы.
Данька мало что понял из такой заумной речи. Но не поверил. И разочаровался во мне.