(не)желанный брак, или Космический приют для хищных растений (СИ)

— Камиль, — перебил меня зычный голос ежика старшего, — оформи все заявки за мать, а потом по девкам гулять пойдёшь.
— Папочка зовёт. К ноге, сладкий, — прошипела я. — Исполнять!
— Ты ещё ляжешь под меня, дешёвка.
— Обязательно, — усмехнулась я, — только не в этой жизни. И запомни, кем бы ни был мой муж, тебе до него не должно быть никакого дела. Это мой мужчина, и не смей открывать на него рот!
Противно сплюнув, этот омерзительный красавец поскакал к папочке.
Понятно, что никаких панелей мне не отдадут и не зарегистрируют. Сегодня так точно. Гады.
Как же на душе сейчас погано было.
Каторжник...
Да этот каторжник во мне меня видит. Не приютскую, не давалку или ещё кого. А меня настоящую. Я не представляла, чтобы мне Калеб вот такие слова сказал.
Расстроенно взглянув на планшет, убрала его на пояс.
Связи не было.
Тревога за мужа не отпускала.
Такие взрывы...
И хуже всего, что в ближайшее время я не узнаю, что с ним.
И что он имел в виду своей последней фразой?
Из магазина вышла супружеская чета средних лет. Оглядевшись, как затравленные кролики, они быстро уселись на свой вездеход и укатили.
Интересно, а сколько участков здесь уже заселено. Признаться, для активно обживаемой планеты-колонии в Торшопе было до странного пусто.
Мой взгляд снова упал на магазин.
Раз уж я приехала, то, может, и стоит заглянуть туда. Хоть узнаю, чем тут приторговывают и что можно заказать.
Деньги на счету Калеба ещё имелись.
Оставив вездеход на улице, я вошла в небольшое здание.
В нос ударил горьковатый запах неизвестной мне специи. Пройдясь вдоль деревянных, вручную сколоченных косых стеллажей, ужаснулась бардаку, царившему на полках. В одну кучу сваленные мешки с крупой и некая строительная дрянь. Куски непонятной мне ткани и неожиданно... Панели для купола.
— Чем могу быть полезна?
Мне на встречу из подсобки выскочила неприятной наружности женщина. И вроде всё при ней — блондинка, стройная, губы словно пылесос засосал — но глядя на неё, я морщилась от некой брезгливости. Она напомнила мне кого-то, но я не могла сообразить, чьи черты проскальзывают в её облике.
— У нас хороший товар, есть всего понемногу. И ещё свежий хлеб, я сама его пеку.
— Спасибо не надо, — я невольно отошла от неё на шаг. — Эти панели с браком?
— Нет, что вы, милочка. Все целые, отбирали отдельно.
Кажется умом особа не блистала.
У нас откровенный брак и недокомплект, а тут, на тебе, вот они стоят. Отбирали их... Я даже знаю, откуда выборка производилась.
Вот носом чуяла, что нечисто здесь всё.
Ой, нечисто...
— Мама, отец просит бланки, — в магазин залетел всполошенный Камиль и тут же зыркнул на меня.
Я прямо ощутила, как перекашивает моё лицо.
Ясно, кого мне эта особа напомнила. Сына! Весь в маман пошёл.
Змеёныш!
— Но я уже отдавала с утра, — женщина возмущённо прижала руки к груди. Жест выглядел глуповатым и наигранным.
— Ему нужны ещё, — Камиль поджал губы.
— Ну, тогда сейчас, — развернувшись, женщина скрылась всё в той же комнате.
— А вы действительно неплохо устроились! — усмехнувшись, подняла одну из панелей купола. — Исправь меня, но я так понимаю, брак и недокомплект здесь принято восполнять вот тут. Ну и какие из них из моего набора?
— А ты докажи? — гадёныш ощетинился, вот таким он реально ежа напоминал с мелкими зубками.
— Знаешь, сладенький, на каждый хитрый зад найдётся свой болтик с резьбой...
— Что ты можешь, недоросль? — процедил он, и столько пренебрежения на роже... Так и захотелось расцарапать её, а лучше кулаком и в глаз... а потом во второй для симметрии...
— Пока ничего, — вспомнив совет мужа, я расцвела в улыбке, мысленно допинывая его скрюченное тело. — Но в перспективе...
— Камиль! — наш милый разговор прервала женщина. — Вот! Больше нет! Бери и не мешай мамочке работать. Так за чем вы пришли, девушка?
— Видимо, за своим, — я ядовито приторно улыбнулась Камилю, да так широко, что челюсть свело. — Двадцать пластин для купола и, пожалуй, пройдусь по вашим полкам...
 
Пройдясь ещё раз по магазину, я поняла, что мне тут совсем нечего покупать. Кроме того, подняв робота для мойки окон, вдруг обнаружила, что он неновый. Об этом свидетельствовали белые разводы под щётками от чистящего средства.
Склонив голову набок, ещё раз провела взглядом по стеллажам.
Словно свалка полезных вещей.
Или распродажа товаров "не первой свежести". Только вот на магазинчик с родного поселения это ну никак не походило.
Никакой систематизации товаров. У стен контейнеры, похожие на те, с которыми явилась на эту планету я.
Не понимая, что меня тревожит, подняла сетку с небольшими клубнями.
Картошка?
Серьёзно! Рядом с краской!
— Простите, а это что?
Я показала клубни мамаше Камиля, имя её спрашивать даже не стала.
— А это, — она запнулась, — семена... свёклы. Или репы... Давно заказывали.
— Чего?! — я, если культурно выразиться, крайне удивилась. — А насколько давно?
— Да года два назад, и всё лежит без дела...
Я, конечно, не была великим специалистом, но за два года картошка, валяясь на этой полке, в тепле, уже бы проросла и даже дала первый урожай... Ну, или сгнила...
Я снова критично прошлась глазами по ящикам.
Вот сразу было видно, где местами сваленный хлам, а где в ряд сложенный однотипный товар. Как, например, панели, рядом с ними системы дополнительного крепежа. Сетки на открывающиеся ставни для проветривания...
— Так вы берёте овощи, девушка? — хозяйка этой жуткой лавки по-идиотски хлопнула ресницами.
А мне стало как-то совсем не по себе, хотелось смотаться отсюда, а лучше и вовсе из городка унести ноги и подальше.
— Конечно, беру... Свёкла — это ведь так замечательно, — я вспомнила совет Калеба, и, мысленно улыбаясь, душила этих гадов. — И сколько она стоит?
— Сейчас-сейчас, посмотрим, — подскочив ко мне со сканером, она навела его на ценовой код, криво-косо нанесённый на этикетку.
Озвученная цена шокировала.
Нет, не тем, что была необоснованно высока... Наоборот.
Столько стоить натуральный картофель просто не мог, да и свёкла тоже. Мне огласили цену заменителя.
Я не знала, откуда всё появилось в магазине, но это явно не покупали. Почему? Да потому как даже не знали о реальной стоимости данного товара.
Сглотнув, улыбнулась шире.
— А ещё семена овощей у вас есть?
Вместе с неопределённым подсознательным страхом, во мне проснулся и коммерческий интерес.
— Да много, — передо мной вывалили коробку с пластиковыми упаковками.
Опять какой-то сумбурный разброс: комнатные цветы вперемежку с зелёными салатами. Репа, редька, баклажаны, неожиданно — садовые бархатцы, с припиской в скобках тагетесы. Петунии, базилик... А эта упаковка и вовсе вскрыта.
— Я заберу у вас всё, — выпалила и тут же исправилась, — если цена не кусачая.
И да, каждая пачка обошлась мне вдвое, а то и втрое меньше реальной цены.
Камиль всё это время не сводил с меня своих смазливых голубых глаз. Будто следил за реакцией. Может, и подозревал, что сия лавка насторожит. А может, просто вынашивал план, как и дальше отравлять моё бытие.
Прав был Калеб, как бы мне с моей вспыльчивостью не нажить смертельных неприятностей. Любезней с ним нужно, а лучше вообще десятой дорогой обходить.
— Спасибо, — негромко поблагодарила я расплачиваясь.
К семенам я ещё прихватила и недостающие панели, и детали для щита, упакованные в объёмную коробку. И бог с ними, молча заплатила и за это. Ругаться как-то стало страшновато.
— Да заходите, мы заявки принимаем в любой день, — закудахтала женщина, — только вот подчинят наши усилители сигнала, и всё наладится. Да и корабль скоро. С Марса летит, а вы откуда? Как и все, с частниками прибыли?
— Нет, что вы, — я осторожно обхватила панели, зажав их подмышкой. — Про частников мне такого порассказали, кораблями пропадают. Я от министерства...