(не)желанный брак, или Космический приют для хищных растений (СИ)

Скорее всего, это их дом, и они наверняка уже разгружаются.
Мне стало спокойнее, я здесь не одна.
Итак, дом!
Дойдя до одноэтажной халупы с окнами нараспашку, я немного подзависла. Покатая крыша, железная труба, торчащая из неё. Дверь, такое чувство, что деревянная, а не металлическая. На ней, неожиданно... допотопный почтовый ящик. Хм... Даже так да! Настолько всё запущено. Нахмурившись, я осторожно обошла дом по кругу. На каждой стене по два окна, а с задней стороны что-то похожее на балкон-беседку. Веранда?! Странный дизайн.
Зачем двери с двух сторон?
Я снова вернулась к парадному входу. Контейнеры замерли за моей спиной. Сообразив, что они кружат тут вслед за мной, отключила им платформы. Ящики словно подкошенные бухнулись на землю.
Лапушка и Жиряночка подползли ближе. Я аж поперхнулась, глядя на них. У одной листьев было не видать за обилием налипшей живности, а у второй пасти ловушек не закрывались. Причём все!
— Вы что творите?! — прошипела я, возмущённо испепеляя их гневным взором. — Вам же сплохеет!
Они слаженно затрясли листьями. При этом у моей прожорливой мухоловки из одной ловушки вывалился жук и радостно поспешил убраться отсюда подальше.
Покачав головой, я вошла в дом и тут же выскочила обратно.
— А ну, плюйте всё, что нажрали и марш туда, — скомандовала я.
Мои зелёные красавицы добрались до двери и заглянули внутрь. О! Я знала, что предстало их взору.
Подняв крупный листочек, Лапушка поспешила к одному из контейнеров и указала мне на него.
— Открыть? — уточнила я, не понимая, что ей нужно. Ловушка качнулась и ещё один красный жук с блестящими крылышками оказался на свободе.
— Да плюнь ты их, — проворчала я и открыла ей ящик с садовым инвентарём.
Не обращая на меня более никакого внимания, мухоловка вытащила здоровое квадратное ведро и потащила к застывшей в проходе Жирянке.
Поставив его, моя мухоловка открыла крышку и, свесив ловушки, вытрясла в ведро насекомых. Жирянка быстро смекнула, что к чему, и шустро обтёрла листья об края посудины, отдирая пойманную слипшуюся добычу.
— Да ладно вам! — я развела руками. — Да тут этого добра горы.
Но никто меня ожидаемо не слушал. Хищная растительность, похоже, решила делать запасы.
Сев на пороге дома, я снова заглянула внутрь. Стены, потолок, пол... Всё было усеяно жужжащими разноцветными насекомыми. Будто целый рой, ей Богу.
— Не знаю, что вы будете делать, но избавьте меня от них, — взмолилась я.
Мой расчёт оказался верен. Жирянка и мухоловка были в ударе. Они буквально порхали бабочками по комнатам, вычищая каждый угол и складывая добычу в ведро.
И только я с кислой миной подпирала стену собственного дома, сидя на улице.
Сидя на земле вытянув ноги, я наблюдала, как медленно наполняется второе ведро. Его содержимое противно копошилось и напрочь отбивало всякий аппетит. Хотя, признаться, некоторые жуки казались довольно симпатичными. Перламутровые крылышки переливались в ярких лучах местной звезды. Мне их даже жалко стало, но не настолько, чтобы подниматься с места и спасать сию красоту.
Так что в моей голове оставался только один вопрос — что теперь делать со всеми этими насекомыми.
«Инсектой» — привычно пропищал в моей голове голос воспитательницы.
Столько лет прошло, а я всё не могла вытравить из себя привычку её передразнивать.
На моём поясе пропищал планшет. Развернув его, я, наконец, улыбнулась и активировала вызов.
Калеб сидел в странной тёмной комнате с каменными стенами, как всегда, поражая моё воображение своим обнажённым торсом. Подтянутые мышцы рельефно проступали на его груди, будя во мне женский интерес. Так и хотелось провести пальчиками по этим буграм и узнать, насколько оно всё твёрдое. Раньше таких желаний в моей голове не наблюдалось...
— Дали, детка, мне кажется или ты оцениваешь меня?! — этот несносный тип, словно желая добить, поиграл мышцами груди, отчего я, кажется, покраснела.
Вот же жук.
— Разве что немного, — пробурчала я сконфужено, всё же неприятно быть пойманной на горяченьком. — А ты где? — аккуратно перевела тему на нейтральную.
 
Он, засмеявшись, прекрасно понял мои манёвры или увидел краску на щеках.
— Какая ты всё-таки милая, детка. На шахты меня перевели. Буду по профилю работать. Вот устраиваюсь, — отмахнулся он. — Лучше похвастайся, что у тебя с участком. И откуда ты узнала, что я из генеральских?
— Что? — не поняла я. — Это шутка была! Калеб!
— Нет, я действительно внук генерала военно-космических сил Земли Янука Мортена. Не скажу, чтобы он мною особо гордился, но всё же.
— Ого, неожиданно, — я растерялась.
Как-то неудобно стало. Выходит, шутка и не шутка вовсе.
До бабушки Розы я добралась, а генерала и не заметила. Да нет, не могла я такое пропустить.
— Ты говоришь неправду, Калеб.
Я вытащила из кармана его паспорт и открыла соответствующий раздел. Передо мной тут же развернулось трёхмерное окно. Проведя пальцами по строкам его родственников, нахмурилась...
— Ну и зачем ты меня обманываешь?
Он склонил голову набок и прищурился.
— Хм, а ну-ка, родная, разверни больше, дай взглянуть.
Я подчинилась и заметила, что и строка о бабушке исчезла... А вот она точно здесь была.
— Может глюк какой-то... — недоумённо пожав плечами, взглянула на мужа.
— Нет, — он радостно рассмеялся. — Нет, просто всё идёт по плану. Я на это и не надеялся.
— По какому плану? — откровенно ничего не понимая, я ждала разъяснений.
— По-моему плану, детка. При встрече я всё расскажу, обещаю. Надеюсь, ты не сильно будешь на меня злиться, хотя я найду способ умерить твой гнев.
— Десять лет ждать, — напомнила я.
— Ну зачем же так долго. Но оставим это... — отмахнулся он от этой щекотливой и мутной темы. — Показывай дом, малышка. Где там наша спальня, она интересует меня более всего.
Ехидно улыбнувшись, я протянула руку с планшетом в дверной проход и продемонстрировала своему любопытному муженьку всё то безобразие, что творилось внутри.
— Дом занят, милый, там поди на кровати не один десяток жуков отдыхает.
— Хм, абы не совокуплялись, — философски подметил он. — А вообще, ты знаешь, что кузнечики и саранча — чистый белок. В буклете было написано, что их мясо пригодно для пищи. Кроме того, тут серьёзно задумываются экспортировать его в иные колонии.
— Лапушка и Жируся с тобой согласятся, — поддакнула я. — Но сама я проверять качество их мяса не стану. Пусть этот вкус так и останется для меня тайной.
Услышав своё имя, из комнаты выползла мухоловка с набитыми донельзя ловушками. Добравшись до ведра, она открыла крышку и сплюнула туда всё.
— Вот знаешь, Дали, эту зелень я начинаю серьёзно так уважать, — Калеб не сводил с Лапушки взгляд. — Так какой ты там приют хотела открывать? Подробнее, любовь моя, об идее. Я чую запах лёгкой наживы...
Смутившись, в который раз услышав его обращение ко мне, решила и дальше вида не подавать. Ну, мне было немножечко приятно. Всё-таки "любовь моя" звучит как-то по-особенному, пусть это и шутка.
— Дали, чего молчишь?
— Думаю, — пробурчала я. — Идея проста. На планетах нашей системы можно избавиться в комнатах от инсекта биологическим способом, с помощью цветов. Генно-модифицированные мухоловки, жирянки, как у меня. Ещё разводят цефалоты, саррацении, стилидиумы. Да много видов на самом деле. Лет двадцать назад скрестили мухоловку с кактусом Грузони, там такой монстр получился...
— И все они разумны? — перебил меня Калеб.
— Да, — я кивнула. — Кто-то, как Лапушка, с высоким интеллектом, кто-то поглупее, конечно. Но знаешь, я много читала о тех же жирянках, везде пишется, что ай-кью у них годовалых детей, а моя Жирка, не глупее Лапушки. Она тут уже и сплясать умудрилась.. .Такое чувство, что, общаясь с людьми, они прогрессируют.
— Главное, чтобы в итоге не захотели захватить мир, — подытожил мой рассказ Калеб. — Я, если честно, на эти горшки и внимания никогда не обращал. Вывел мошкару и в утиль.