Рабыня звёздного императора (СИ)

А ведь мог просто промолчать. Никто бы ничего не узнал... Но... он же правильный, "преданный". Кому? Светлым идеалам?
Кем надо быть, чтобы предать любимую девушку в угоду порядков государства?
Я всё ещё находилась в какой-то прострации. Даже не замечала, что по щекам у меня непрерывно катятся слёзы...
- Что с ней будет? - снова шёпотом спросила. Хотя и так понимала, что ничего хорошего девушку не ждёт.
- Она пробудет здесь до конца звёздного круга...
Значит, десять дней... уже пошло три...
- ...а потом её казнят...
Прозвучавшие слова расплылись колокольным набатом и запульсировали в голове прежде, чем  я потеряла сознание...
Очнулась я в своей комнате. Надо мной стояла встревоженная Лена. А рядом сидела Наталья, водя перед носом каким-то флаконом. Наверное, нашатырь...
Но как только сознание начало возвращаться, вернулась и память.
Слёзы, так и не успевшие высохнуть на щеках, полились с новой силой.
Лея, глупышка Лея!
Как же она решилась на такое?
И тут новая мысль пришла мне в голову. Это ведь произошло после разговора со мной, после того, как я сказала, что Фарчиос в здравом уме никогда не согласится на связь с ней! Вот она и...
Господи, получается, именно я виновата в случившемся! Я толкнула её на преступление! И теперь из-за меня пострадает эта добрая, весёлая девочка...
- Нет... - вырвалось из моих губ. - Нет! Нет! НЕТ!!!
Я просто начала задыхаться от мыслей, что своими неосторожными словами привела Лею прямо в лапы палачу. Или что у них тут?
Да что у них за порядки такие?!
Но я не позволю!
- Нет! НЕТ!!!
Снова душераздирающий крик вырвался из меня сам по себе. Зачем я очнулась? Зачем я вообще попала сюда!? Лучше бы сразу умерла! Рыдания вырвались из груди. А потом я просто завыла, не в силах уже вымолвить ни слова.
Я каталась по кровати, выла, рыдала, отбивалась и царапалась от пытавшихся удержать меня рук двух врачей. И только укол какого-то препарата смог остановить мою истерику...
Очнувшись, поняла, что препарат продолжает действовать. Да, было больно, мысли рвали душу, но было и как-то всё равно. Словно смотришь на себя со стороны... Да и всё, что произошло, как будто бы было не со мной, а в фильме.
Только финал этому фильму ещё не сняли. Но вряд ли тут будет хэппи-энд. Скорее, горькая драма...
Мысли, как заводные, крутились всё время на одном месте и не хотели двигаться вперёд. Я должна найти выход, чтобы спасти Лею. Должен же быть какой-то выход! Не может не быть!
Это ведь я виновата! Вот пусть меня и казнят!
Ну не заслужила смерти девушка, которая полюбила и просто хотела быть с любимым мужчиной.
Господи, Лея! А для кого была твоя жертва? Кого ты полюбила?
Мало того, что наверняка отдала ему свою невинность, так он ещё и предал, опираясь на какие-то правила. Фактически, сам затянул на шее петлю...
Но мысль снова вернулась к тому, что только я могу найти выход. Должна найти!..
Так и не найдя достойного решения, я, наконец, провалилась в спасительный сон.
А утром, проснувшись, снова разрыдалась. Но меня вовремя отрезвила мысль, что слезами горю не поможешь.
Мне надо увидеть императора. И чем скорее, тем лучше. Хотя нет, спешка не нужна. Нужно тщательно продумать, что ему сказать. Какие аргументы привести, чтобы спасти Лею.
Вытерев упрямо продолжающие течь по щекам слёзы и не обращая внимания на злорадную ухмылкой Клоты, я позавтракала и твёрдым голосом произнесла:
- Передай, что я хочу видеть императора.
Но девушка только отвернулась и сделала вид, что не слышит.
- Клота, я обращаюсь к тебе. Передай Фарчиосу или кому-нибудь из охранников, что я хочу видеть правителя.
И снова на лице злорадная усмешка. Девушка уже не пыталась скрыть свои чувства.
- Император покинул планету. Ещё вчера. Вместе с Фарчиосом.
Это был удар ниже пояса. Я ведь почти придумала, что скажу ему.
- А когда вернётся? - спросила, в принципе не надеясь на ответ.
- Не знаю, - решила поддеть побольнее Клота. - Мне не докладывал.
 
И с этими словами, подхватив поднос с остатками завтрака, гордо вышла из комнаты.
***
Сначала я просто плакала, потом слёзы высохли и на их место пришла апатия. Я была похожа на ручей, который после обильного выплеска воды весь иссяк.
Вот и я вся высохла, скукожилась под бременем мыслей и поиском пути решения этого недоразумения. Где на кону стояла жизнь молодой девушки.
Лена и Наташа приходили каждый день, но заставали меня в одном и том же положении. Я просто сидела на кровати и смотрела в пустоту. И было такое ощущение, что эта пустота - внутри меня...
Мне не хотелось есть, не хотелось двигаться. Я всё время представляла то, как там Лее, и замирала от того, что озноб пробегал по коже. Как будто бы это я сидела там в холодном дворике прямо на земле и раскачивалась из стороны в сторону.
Девушки пытались вовлечь меня в разговор, сказали, что Тартон доставил на Евгестору нового врача, хирурга. Звали её Светлана Николаевна. Ей было около сорока, и на Земле её в принципе, кроме работы ничего не удерживало. Ни семьи, ни детей, да и родители уже умерли.
Но адаптацию, как ни странно, женщина проходила тяжело. Всё не могла смириться с тем, что больше не увидит свою больницу, своих коллег и пациентов.
Девушки обещали, что недостатка в пациентах тут не будет. И в подтверждение их слов сразу привезли троих воинов после нового нападения захватчиков. Один был более-менее стабилен, у двух же других были внутренние повреждения. Вот и пришлось оперировать.
Наталья спросила, можно ли привести Светлану познакомиться. Я, конечно, согласилась, но мне было совсем не до неё. Все мысли были о Лее.
А точнее о том, что завтра наступал десятый день после её ареста. А дальше что?
И император так и не появился. Так же, как Фарчиос...
Но на следующее утро мои молитвы всё же были услышаны. Император вошёл ко мне сразу после завтрака.
Мне показалось, или он был какой-то грустный. И раздражённый. Нет, всё это лишь моё воображение. Он же не чувствует...
- Приветствую тебя, Майя, - сказал правитель, подходя ближе к кровати, на которой я так и продолжала сидеть. - Как ты себя чувствуешь?
Надо же. Проявил заботу спустя неделю.
Я даже не знала, что ответить. Сказать, что хорошо - неправда. Сказать, что плохо - тоже, я ведь физически здорова.
- Спасибо, нормально, - ответила нейтрально.
- Почему ты до сих пор в кровати? У тебя что-то болит?
Мне послышалось, или в его голосе прозвучало беспокойство? Нет, не угадала. Он же не может беспокоиться.
- У меня болит душа, - сказала то, что было горькой правдой.
- Душа? - удивился император. Ну или как бы удивился.
- Да, душа. Это там, где обитают чувства.
Получается, вот у него как раз и нет души. Как у рóбота...
- Это из-за Леи? - бесцветно спросил мужчина.
Складывалось ощущение,  что он спрашивал, понравился ли мне завтрак, а не задавал вопрос о приговорённой к смерти молодой девушке.
Я просто промолчала, а что толку отвечать.
- Майя, я хотел поговорить именно про это...
- Это? - я практически взвизгнула. - Это? "Это" зовут Лея. И она - живая, не смотря на то, что вы её отнесли к разряду рабынь. "Это" - не вещь!
- Майя, - сказал примирительно император, явно не ожидавший от меня такой реакции. Да я и сама от себя такого не ожидала.
- Прекрати, пожалуйста,  - снова попытка меня урезонить.
Ладно, чтобы убедить его и впрямь нужна ясная голова.
 
- Ты же понимаешь, что Лея нарушила закон. У нас есть нерушимые правила, которые должны выполнять все жители империи. А она...
- Она бы не пошла на это, - перебила я императора, - если бы двум влюблённым позволено было быть вместе. Заметьте, двум свободным влюблённым. Ни у кого из них не было никаких обязательств перед кем-то ещё! И то, что у Фарчиоса уже была женщина... рабыня... Разве это повод разрушить их с Леей любовь? Это повод убить эту девушку, которая просто хотела быть счастлива рядом с любимым?!