Лучший подарок для генерала (СИ)

Альберт отбросил медальон на кровать и поднял вверх палец.
— В этом дураке вновь взыграла гордость. Душно ему тут, видите ли!
— Это ужасно, — я снова едва не разревелась.
— Нет, — отрезал Альберт, — это прекрасно!
— Да что прекрасного-то?
Герцог Конье усмехнулся.
— Селия, ты умная женщина, но иногда кажешься дурой похлеще Вильгельма.
Я попыталась возмутиться, но мне закрыли ладонью рот.
— Помолчи и послушай меня. Прекрасно, что ты не писала это письмо. Нет ничего проще, как обратиться к магам и выяснить, чьих это рук дело. Понимаешь?
Я вытаращила глаза и кивнула. Альберт убрал ладонь.
— Как вы сами до этого не додумались?
Мне осталось только пожать плечами. Он по-дружески чмокнул меня в щеку, легко поднялся и произнес:
— Вот что, душа моя, ничего не предпринимай, только все, как обычно, испортишь. Оденься, позавтракай и поезжай домой. Сиди там смирно, никуда не уходи. Жди своего гордеца. А с Вильгельмом я сам разберусь.
***
Чтобы отвлечься от дурных мыслей, я попыталась собирать вещи, но все валилось из рук. В душе царило смятие.
За окном совершенно рассвело. Снег прекратился, а старый парк превратился в волшебную сказку наяву. У озера в отдалении мерцали разноцветные огоньки. Только теперь там не было ни меня, ни Вильгельма.
Когда послышался новый стук дверь, я спросила почти равнодушно:
— Кто?
— Леди Селия, — голосок был смущенным, — это я, Кетти. Мне можно войди.
Я бросила быстрый взгляд в зеркало, чуть-чуть поправила волосы и даже улыбнулась. Как хорошо, что слезы не оставляли на моем лице следа надолго. Кто бы сейчас сказал, что еще час назад я ревела, как глупая девчонка. Никто.
Из зеркала вновь смотрела красивая молодая уверенная в себе женщина. Разве что глаза у нее были немного грустными. Ничего, время это быстро исправит.
— Леди Селия? — голос горничной стал совсем робким.
— Да, Кетти, заходи.
Девушка протиснулась в дверь бочком, старательно придерживая локтем непослушную створку. В руках у нее был большой поднос.
— Я завтрак вам принесла, — сказала она довольно и споро принялась расставлять посуду на столе.
Для одного там было слишком много. Я с удивлением смотрела на горячую кашу, шоколадный пудинг, сдобу, яйцо, тарелочку с сыром и ветчиной, хлеб, печеное яблоко, кофейник и сливки.
В центр Кетти уместила узкую голубую вазочку с веточкой цветущей орхидеи. Я невольно умилилась. Умница-горничная, как могла, постаралась мне поднять настроение. У меня невольно вырвалось:
— Хочешь перекусить со мной?
Она зарделась и серьезно покачала головой.
— Что вы, леди Селия, нам нельзя. И потом, я уже успела покушать на рассвете. Вы лучше садитесь, ешьте.
Она отодвинула стул, приглашая меня жестом. Я не сдержала улыбки. Кетти выглядела такой заботливой, такой обеспокоенной.
— Мне лорд Конье велел ни за что не оставлять вас одну! Ой, — она прикрыла рот ладошкой и сделала виноватые глаза. — Простите, я слишком много болтаю.
— Ничего, Кетти, — я придвинула к себе пудинг, полила его сверху капелькой сливок, — я другого от Альберта и не ожидала.
— Это правильно. Он очень хороший хозяин. И человек хороший.
Девушка налила мне кофе. Над столом поплыл чудный аромат.
— Он знаете, какой заботливый?
— Какой? — я отломила кусочек свежей сдобы.
— Он сказал ехать с вами, если вы, конечно не против. Вы не против? — она вдруг непритворно встревожилась.
— Нет, Кетти, — настроение мое удивительным образом пошло в гору, — я сама хотела герцога о том же попросить.
— Как хорошо, — она убрала пустую тарелочку из-под пудинга, подвинула мне яйцо. — Мне так понравилось с вами готовить сцену. Я ведь всю-всю жизнь о таком мечтала!
— Кетти…
— Кушайте, леди Селия, вам надо хорошо кушать.
Я кивнула и принялась намазывать маслом хлеб. Горничная окинула взглядом стол, решила, что дальше я справлюсь сама, и принялась укладывать мои вещи в кофр.
* * *
Сэми появился в зеркале как раз тогда, когда последние вещички были уложены по местам. Я успела переодеться, поправить прическу, навести красоту. Даже шубка уже была на мне. Осталось только надеть пушистый берет.
 
— Куда это мы такие красивые? — спросил дух ухмыляясь?
Я глянула на него с укором. Он привычно сделал вид, что ничего не замечает. Кетти всплеснула руками.
— А вы слышали, сэр Сэмюэль, что лорд Конье разрешил мне пока остаться в услужении у леди Селии!
— Чудесная новость! — Сэми тут же изобразил восторженное лицо.
Я от «Сэра» и «Сэмюэля» вновь расплылась в улыбке. Нет, эту девочку определенно нужно оставлять себе.
Сэми прошелся туда-сюда по зеркалам, решил остановиться в том, что висело между окон, добыл себе призрачный стул и уселся, закинув ногу на ногу.
— Милая моя Кетти, вы даже не представляете, как это замечательно. Без вас наша прекрасная леди непременно бы упала духом и зачахла!
Он бросил на меня многозначительный взгляд и подмигнул.
— А с вами, с вашей заботой, она очень быстро исцелиться.
Кетти польщенно зарделась, махнула рукой.
— Скажете тоже, сэр Сэмюэль, я же не целитель…
— Вы гораздо лучше, — Сэми разливался соловьем, — вы почти что фея-крестная!
Я отвернулась, стараясь проглотить рвущиеся на волю смешки. И это мне почти удалось. Как ни жалко, но весь этот спектакль нужно было заканчивать. Иначе мой секретарь мог часами болтать, развлекая девиц. Этот талант был у него самым выдающимся. Я покашляла в кулачок, дождалась внимания и приказала:
— Хватит любезничать, мои дорогие. Ехать пора. Сэми ступай домой и жди нас там. Кетти, распорядись, чтобы слуги забрали и загрузили в экипаж вещи. А я пойду отыщу Альберта. Мне нужно с ним попрощаться.
Дух-секретарь усмехнулся, демонстративно дыхнул на пальцы, потер ногти о призрачную ткань штанов, старательно полируя. А после сказал между прочим:
— Можешь не ходить.
— Это еще почему?
Я остановилась на пороге.
— Наш Альберт, как поговорил с тобой, так сразу и уехал.
Уехал? Понесся догонять Вильгельма или?
Я побоялась даже загадывать. Мне так хотелось, чтобы все у него вышло. Моя ладонь толкнула дверь.
— Тогда не будем задерживаться. Ступай домой, Сэми!
Я подняла взгляд на зеркало, только духа там уже не было.
***
Всю дорогу меня клонило ко сну. Кетти сидела напротив и тоже тихонько дремала, прислонившись щекой мягкой стенке экипажа.
За окном ползли белые поля, заснеженные купы кустарника, домики с дымящими трубами. У меня под боком притулился большой медведь с синим бантом. Карету плавно качало на неровностях дороги. Слышался цокот лошадиных копыт.
Я прикрыла глаза и попыталась представить, что будет говорить Вильгельм, когда придет извиняться. Но воображаемые слова сливались с другими звуками, картинки уплывали в даль призрачной лентой. Как-то незаметно подкрался сон. Он оказался сильнее любой обиды и жажды объяснений.
Мне снились лето, сад, качели и Вильгельм. Тот, каким он был десять лет назад. Сильные руки раскачивали меня, и я взлетала в небеса. Смех рассыпался по цветам сирени. А самый милый голос на свете кричал:
— Я люблю тебя, Се-ли-я! Слышишь? Я! Тебя! Люблю!
— Леди Селия! Леди Селия!
Я открыла глаза и не сразу поняла, где нахожусь. Вокруг меня все еще было лето и синее небо.
— Леди Селия, — Кетти казалась немного виноватой, — простите, что бужу вас, но мы уже приехали.
Приехали? Я выглянула в окно. И правда, совсем рядом виднелись знакомые ступени. На двери висел рождественский венок. В нем все так же горела негасимая свеча.
— Пора выходить.
— Конечно, Кетти, я сейчас.
Так не хотелось расставаться с видением из прошлого, но все же пришлось. Я обняла медведя и вышла на улицу. Воздух был студеным. От дыхания ввысь взмывали белые облачка. Слуги Альберта уже успели разгрузить багаж и занести его в дом. Кетти проворно прихватила из нашей кареты дорожную сумку.