Убийца с того света
Данное преображение заведения местного общепита, естественно, не могло не повлиять на количество желающих его посещать, поэтому и сегодня в полуденное время здесь собралось много народу. После совещания, покинув кабинет руководителя, изрядно проголодавшиеся Зверев и Костин зашли в столовую и очутились в хвосте длинной очереди, по ходу выглядывая, не освободится ли местечко, куда можно присесть. Отстояв очередь и наполнив подносы тарелками с едой, оперативники расплатились на кассе и только сейчас увидели сидевшего в дальнем ряду столиков у стены Кравцова, возле которого как раз освободились два стула. Подойдя к столику, Павел Васильевич и его неизменный помощник без церемоний заняли свободные места и набросились на еду.
Кравцов, который, по всей видимости, не особо обрадовался новым соседям, поначалу тоже не говорил ни слова и с хмурым видом поедал свой антрекот. За пару минут Веня съел порцию борща, так же быстро расправился с тефтелями и, уже не спеша приступив к компоту, наконец-то нарушил молчание:
– Я вижу, Виктор Константинович, ты все еще дуешься на меня. Давай уже завязывай. Спасибо тебе, кстати, что ты Корневу на меня не настучал.
Кравцов поперхнулся и отложил вилку.
– Ты это о чем?
– Как это о чем? Я же вчера на дежурство опоздал едва ли не на полдня, а ты меня не выдал!
– Ах вон оно что! Да я за это время так умаялся, что уже и думать забыл про твое опоздание. К тому же Звереву, как видишь, я сообщил.
– Василичу можно. Василич – не в счет, – ухмыльнулся Веня, ковыряя вилкой в стакане и стараясь вытащить из него абрикос.
– Борзеешь, малявка! То есть выходит, что я для тебя не начальник! Корнева, значит, ты боишься, а меня нет? – делано строго заявил Зверев. – А ты, в самом деле, чего это опоздал? Раз уж рот открыл, давай оправдывайся.
Костин наконец-то выковырял из абрикоса косточку, съел сам абрикос и, откинувшись назад, погладил себя по животу.
– Катюха у меня в командировку умотала. В Ленинград ей понадобилось, а я ее провожать пошел, а тут, такое дело, встретил на вокзале двух довольно интересных пассажиров, прибывших с московским поездом, – начал Веня, намазывая на оставшийся у него кусок хлеба горчицу.
– И чем же это они так интересны?
– А тем, что оба этих типа определенно приехали в наш город неспроста. Приехали они из Москвы, на одном поезде, вот только в разных вагонах.
Веня откусил кусок от своего незатейливого бутерброда и поморщился.
– Куда столько горчицы намазал, язву хочешь заработать? – усмехнулся Зверев. – Хватит жевать, говори о чем хотел!
– Первого из встреченных мной персонажей зовут Зося Вуйчик – довольно известный тип этот Зося, скажу я вам. Второго зовут Эдуард Сомов, и его в определенных кругах тоже многие знают. Знают под именем Эдичка. Да-да… просто Эдичка.
– Не знаю ни того, ни другого, – Зверев, не проявляя особого интереса к рассказу Костина, продолжал жевать свой бифштекс.
– Оно и не удивительно, так как ты не особо сведущ в карточных махинациях и не знаешь самих махинаторов. Эти двое – и Эдичка, и Зося – профессиональные игроки, а если говорить уж совсем откровенно – шулеры.
– Нам сейчас только шулеров не хватает! – заявил Кравцов. – У нас, между прочим, два нераскрытых убийства, а он тут нам про шулеров чешет. Пусть ими ОБХСС занимается, а мне до твоих игроков дела нет. Это с вас Корнев только за убийства мальчишек спросит, а у меня помимо этого преступления еще дел целый воз! Вот полюбуйся! – Кравцов бросил на край стола стоявший в его ногах портфель, открыл его и продемонстрировал собеседникам несколько папок с документами. – Сегодня вот как раз перед совещанием еще и кладбищенское дело подкинули!
– Что за дело? – впервые оживившись, поинтересовался Зверев.
– Кто-то могилу раскопал и покойника из гроба вытащил! Бывают же такие сволочи, а покойник-то бывший фронтовик… инвалид!
Зверев тут же вспомнил свой недавний визит на кладбище: нагловатого сторожа, не желавшего повторно зарывать мертвеца, раскуроченную могилу и скрюченное тело однорукого мертвеца.
– Да уж, поганое дело, ничего не скажешь, – Зверев поморщился. – Умеешь ты, Витя, аппетит испортить. Я ведь твоего покойника воочию видел – картина не из приятных.
– Когда это ты моего покойника видел?
– Заезжал утром на Мироносицкое кладбище и лично лицезрел то, что там эти варвары натворили.
– Причем здесь Мироносицкое, на Алексеевском дело было!
– Путаешь ты что-то, Виктор Константинович, это на Мироносицком покойника откопали!
– А я тебе говорю – на Алексеевском! Вот, – Кравцов открыл папку с делом и сунул в руки Звереву листок, – будешь ты еще со мной спорить! Вот протокол осмотра места происшествия, я сам туда не выезжал, но с документами по делу, уж извини, ознакомиться успел.
Зверев внимательно прочел протокол и вернул его Кравцову, тот хмыкнул:
– Ну что, больше не будешь со мной спорить?
Зверев нахмурился и отложил вилку.
– Вот так дела! Что же получается? Что не на одном, а сразу на двух кладбищах над могилами надругались! Слово тебе даю, что на Мироносицком на днях тоже покойника выкопали.
Костин и Кравцов переглянулись.
– А почему же тогда я про второго покойника ничего не знаю? – с недоверием поинтересовался Кравцов.
– Это потому что Мироносицкое на Коммунальной находится, а этим районом местное РОВД занимается. Вот данные до нас и не доходят. Только то, что там тоже покойника откопали, – это факт.
Зверев вытер руки салфеткой, взял у Кравцова папку и стал пролистывать документы.
– Гордиенко Кузьма Иванович, уроженец Харьковской области… девятьсот третьего года рождения… воевал на Западном… награжден… инвалид войны… Погоди-ка… – Зверев нахмурился. – Это что еще за чертовщина?
Костин и Кравцов переглянулись.
– И что там? – поинтересовался Веня.
– Погоди! Так…
Зверев нахмурился еще сильнее, отложил протокол осмотра места происшествия и бегло ознакомился с остальными имеющимися в папке документами.
– Гордиенко Кузьма Иванович в боях под Варшавой в сорок четвертом был ранен и комиссован по ранению. Нет, мои дорогие!!! Такие совпадения просто так не случаются.
– Что еще за совпадения? – продолжал допытываться Кравцов.
– Так, друг мой Вениамин, доедай свою горчицу и дуй в Завеличье, в местное РОВД. Что хочешь делай, но добудь мне все данные о нашем втором покойнике.
– О том самом, которого ты на Мироносицком лицезрел? – уточнил Веня. – Я, конечно, съезжу, какой разговор. Вот только ничего, что я после дежурства?
Веня, уже и так огорченный тем, что его новость о приезде в город двух матерых аферистов не вызвала у собеседников никакой реакции, расстроился еще сильнее от того, что теперь ему придется еще несколько часов потратить на бумажную работу. Зверев, обратив внимание на скуксившуюся физиономию Вени, тем не менее продолжал:
– Ничего, не развалишься! Уж больно странная история у нас вырисовывается.
– И чего ж тут странного? – поинтересовался Кравцов.
– А то, что оба покойника, могилы которых были разрыты, имели одну и ту же особенность.
– Какую?
– При жизни они были калеками! А если говорить точнее – на момент захоронения и у одного, и у другого покойника недоставало правой руки!
Глава вторая
Посещение районного отделения милиции заняло у Костина не более получаса. Приветливая зеленоглазая девушка-следователь с вздернутым носиком и пухлыми губами, оценив улыбку Вени и увидев удостоверение сотрудника вышестоящего ведомства, тут же выделила молодому представителю управления рабочий стол и предоставила все материалы дела об осквернении могилы гражданина Шубина Федота Евгеньевича. Оценив гостеприимство хозяйки кабинета, Веня хотел было немного пококетничать с девушкой, но, вспомнив о Кате, подавил в себе это желание и принялся за работу. Когда Веня изучил дело и сделал необходимые выписки, он все же еще раз одарил красавицу своей самой милой улыбкой и удалился восвояси.