Прорыв (ЛП)

Я точно знаю, что, если скажу отцу, что запала на Лиама Кинга, он в мгновение ока найдет мне замену. А еще он запретит мне выходить из Замка, ― он же база «Ванкуверских рыцарей». Я бы даже не удивилась, если бы он нацепил на меня пояс целомудрия и запер в башне.
― Лия, ты в порядке? ― спрашивает мой брат, используя сокращенное имя, которое он дал мне, когда я была маленькой. Ли-я.
― Просто замечательно. Грей, это Лиам Кинг, последний новобранец «Ванкуверских рыцарей». ― Я машу рукой вверх-вниз, указывая на Лиама.
― Я знаю, кто он, Лия, но я не понимаю, почему он в моем доме? ― Грейсон вопросительно поднимает бровь.
Я заставляю себя не закатывать глаза. Мой брат ― тафгай5 команды, но он также является силовиком для моего отца. Не многие знают об этом. Я бы никогда не привела в его дом парня, особенно если бы он мне нравился.
Не то чтобы мне нравился Лиам Кинг. Если уж на то пошло, я презираю этого ублюдка. Мне нравится его тело, чертовски нравится. Но он сам? Не особо. Если бы пересадка личности была возможна…
― Ему нужно где-то переночевать. Его квартиру дезинфицируют, ― говорю я Грейсону.
― И каким образом это стало моей проблемой? ― Спрашивает мой брат.
Я оглядываю комнату. Здесь есть еще два игрока «Ванкуверских рыцарей», которые наблюдают за происходящим, и я знаю, что они последуют примеру Грейсона, как бы он ни решил поступить. То есть если он заявит, что новичок ему не нравится, вся команда его не примет. Если вы думаете, что профессиональные спортсмены выросли из той школьной фазы «кто круче», то вы ошибаетесь. Вероятно, это никогда не случится. Люди думают, что домохозяйки средних лет любят посплетничать. Да, я готова поставить на то, что эти парни болтают больше, чем любая скучающая домохозяйка или мамочка, забирающая ребенка из школы.
Здесь же бездельничают несколько друзей моего брата, они же бойцы мафии. Они выглядят непринужденно, играют в бильярд и пьют пиво, но я точно знаю, что они вооружены и готовы к бою в любой момент.
― Знаешь, что? Ты прав. Это не твоя проблема. Она моя. ― Я поворачиваюсь и касаюсь предплечья Лиама. Его очень мускулистого и загорелого предплечья. ― Ты можешь остаться у меня, Лиам. У меня квартира всего с одной спальней, но я уверена, мы что-нибудь придумаем. ― Я хлопаю ресницами.
Через две секунды Грейсон подходит к нам. Четыре секунды, и он практически отрывает мою руку от Лиама и протягивает ему ладонь. ― Я Грей, тафгай. Добро пожаловать в команду. Иди за мной. Я покажу тебе комнату, где можно переночевать, а потом приведу тебя обратно, и ты сможешь познакомиться с этими придурками. ― Грейсон показывает большим пальцем через плечо на остальную часть комнаты.
Я улыбаюсь, потому что знала, что заставит моего брата изменить свое мнение, и его чрезмерная забота обо мне сыграла мне на руку.
― Ладно, раз уж у вас, ребята, завязался глубокий и содержательный разговор, я ухожу. Мне есть чем заняться, ― говорю я им.
Лиам ухмыляется, а Грейсон ворчит:
― Это моя сестра. На всякий случай, если тебе не сказали, она, блядь, для тебя совершенно недоступна.
― Сестра, понял. ― Лиам поднимает руки в знак капитуляции.
― Хорошо, и тебе лучше не забывать об этом. Парни и не за такое получали по лицу, ― хмыкает Грейсон. Затем он хлопает Лиама по плечу. ― Давай, если я не потороплюсь и не вернусь туда, они все выпьют.
― Хорошо, увидимся позже. Не забудь ― завтра утром ты должен первым выйти на лёд, ― говорю я Лиаму, прежде чем уйти. Дойдя до холла, я поворачиваюсь. ― И, Грей, никаких девушек, ― напоминаю я ему.
― Что? ― Голова моего брата практически отрывается от шеи.
― Его не должны видеть с девушками. Не приглашай никого, ― предупреждаю я.
― Ты, наверное, шутишь, Лия. Это глупое правило, которое не должен соблюдать ни один мужчина, ― возражает Грейсон, скрестив руки на груди, как ребенок, которого как следует отругали.
― Согласен, ― усмехаясь, кивает Лиам.
― Мне все равно. Мой игрок, мои правила, ― бросаю я через плечо, прежде чем выйти из дома.
 
Оказавшись в машине, я выдыхаю воздух, который и не подозревала, что задерживала. Правило ― никаких девушек ― это из-за проблем с прессой? Или это потому, что, когда я увидела ту красотку, вцепившуюся в руку Лиама в вестибюле, меня охватило неприятное чувство?
Я качаю головой и завожу машину. Сейчас у меня нет ни времени, ни желания анализировать это. Все, что мне нужно, ― это вернуться домой, постирать, почитать книгу и понежиться в горячей ванне. Не думаю, что прошу слишком многого. Спокойный день перед тем, как завтра начнется сумасшествие сезона.
Зловещие тучи застилают небо, и моросящие капли дождя падают мне на голову и плечи, когда я направляюсь в Замок. Я поднимаю голову и позволяю воде стекать по лицу. Еще темно, но света от здания достаточно, чтобы не было жутко. Сомневаюсь, что здесь кто-то выскочит из тени.
Странно. Это место, которое одновременно пугает меня, и здесь же я больше всего чувствую себя в безопасности. Пугает, потому что… я не умею кататься на коньках, никогда на каталась и не буду кататься. Все это скольжение на тонких лезвиях приводит меня в ужас. Я пробовала, когда была маленькой, но каждый раз, когда я падала, у меня возникал непреодолимый страх, что кто-то проедет мимо и отрежет мне пальцы. Этого, конечно, никогда не случалось, но могло бы.
Тем не менее, я чувствую себя в безопасности, находясь рядом с этим зданием или в нем самом. Из-за понимания того, что оно принадлежит моей семье, и того факта, что никто в здравом уме не захочет переходить дорогу Джейкобу Монро. Не зря люди боятся моего отца и переходят улицу, когда встречают любого из моих братьев. Семья Монро уже несколько поколений находится, так сказать, на вершине криминальной пищевой цепочки.
Я прохожу через тяжелые стальные двери, которые пропускают меня в коридор, ведущий в раздевалку. Я пришла раньше. Я хотела убедиться, что Лиам действительно появится, и надеялась поговорить с отцом. Но все же сначала мне нужно увидеть того, о ком пойдет речь.
Я прохожу прямо в раздевалку. Парни, которые переодевались, быстро хватают полотенца и накрываются ими. Все до единого, кроме Лиама Кинга, который стоит с белым полотенцем, накинутым на шею, и больше на нем нет ничего.
Что такое с этим парнем и его бесстыдной наготой?
Это второй день, когда я его вижу, и второй раз, когда мне предлагается оценить его в полный рост. Мои глаза сами собой опускаются к его члену, а затем возвращаются к его лицу, когда я вижу, как он дергается и твердеет.
― Алия, какого черта ты здесь делаешь? ― Голос моего брата доносится с противоположной стороны раздевалки.
Я поворачиваю голову в его сторону и ухмыляюсь.
― Мне нужен был материал для моего банка фантазий. ― Затем я оглядываю всех игроков в комнате ― всех, кроме Лиама. ― Спасибо, мальчики. ― С этими словами я поворачиваюсь и выхожу, слушая, как мой брат угрожает насилием своим товарищам по команде, когда за мной закрывается дверь.
Я поднимаюсь в кабинет отца, останавливаюсь на кухне, чтобы приготовить ему чашку кофе и положить на тарелку пирожных. Когда я добираюсь туда, его дверь открыта. Войдя, я ставлю чашку на его стол, а затем тарелку.
― Доброе утро, милая. Чем обязан? ― спрашивает он, уже зная, что я чего-то хочу.
― Неужели ты не можешь просто порадоваться визиту своей единственной дочери, не думая, что у меня есть какой-то мотив? Я просто хотела тебя увидеть ― вот и все. ― Я улыбаюсь и сажусь в одно из кресел перед его столом.
С того места, где я сижу, открывается прекрасный вид на каток. У меня мурашки бегут по коже при одной мысли о льде. Я никогда не любила холод. Хотя я канадка, родилась и выросла здесь, мне кажется, что свою предыдущую жизнь я прожила где-то на тропическом острове.
― Хорошо, как у тебя дела? ― В его голосе слышится сомнение. Недоверие.