Азбука любви (СИ)

– Неужели?! – сидя на унитазе, отзываюсь я. – Может быть, вы скажете, как справиться со всем этим, доктор Хаус? Мама умерла! Отец знать меня не хочет! Самая дорогая женщина на свете вышла замуж, родила ребёнка и переехала на другой конец страны! Вчера у меня было день рождения, а через две недели будет Новый год! В университет я перестала ходить, потому что ничего не понимаю в новой программе! Мои однокурсницы постоянно обсуждают парней, а я даже не могу поддержать беседу, потому что скрываю сексуальную ориентацию! Прибавь сюда одну ебанутую бабу, которая вмешивается в мои дела! Нравится такой расклад? И что вы мне пропишите, доктор? Может быть, мне следует сходить в детский садик и покружить хороводы вокруг ёлки? Или мне стоит принять себя? Как это происходит, а?
Альбина стоит под дверью, но не спешит с ответами. Она не собирается уходить. Однако она понятия не имеет, что я чувствую в преддверии новогодних праздников.
Открываю дверь, бросив в неё осушающим взглядом:
– Ничего сказать? Ты меня не знаешь, Альбина, и все равно лезешь со своими уроками воспитания. Хочешь помочь? Прежде чем открыть рот, подумай хорошенько, а нужны ли твои советы той, кто давно помышляет о смерти!
– Это не повод! Думаешь, только у тебя есть проблемы? – Альбина следует за мной по пятам, и мы входим в спальню. – Ошибаешься! Я не хочу и не буду смотреть, как ты убиваешь свой организм!
– Я уже сказала, что тебе пора ехать домой, – отвечаю я, повышая голос. Мы говорим на повышенных тонах, обстановка быстро накаляется, и я не выдерживаю. – Чего ты хочешь, черт возьми?! Почему ты увязалась за мной?! Сколько раз я должна повторить, чтобы ты ушла?!
– Я не уйду, пока не буду уверена, что все будет хорошо.
Это было последней каплей. Я и без того чувствую себя отвратительно, настолько ужасно, что хочется залезть в петлю, а тут ещё эта лезет ко мне с нравоучениями.
Не выдержав напора эмоций, которые разрывают мою голову, я резко оборачиваюсь и так же резко толкаю её. Альбина падает на кровать, но сразу же вскакивает на ноги. Она хватает меня за волосы. Я отвечаю взаимностью. Мы вцепляемся друг в друга, визжим, носимся по спальне и рвём локоны на голове. Это больше не прелюдия к чему-то новому. Теперь наша возня напоминает петушиные бои без правил.
Швырнув меня на пол, Альбина не может удержаться на ногах и падает рядом со мной. За это я бью её по лицу, а она наносит удар по печени. Хватит ртом воздух, я широко раскрываю глаза и не могу вздохнуть. Я начинаю задыхаться, не в силах восстановить сбитое дыхание. Видимо, она замечает, что я и впрямь могу врезать дуба.
– Эй! Что с тобой?! – спрашивает она. – Твою мать!
Альбина переворачивает меня на живот и хлопает несколько раз по спине. Я начинаю кашлять от переизбытка кислорода, махаю руками и пускаю слюни. Отвратительное зрелище!
– С тобой все нормально? – интересуется она обеспокоенные тоном.
Прихожу в себя и переворачиваюсь на спину, обратив внимание на растрёпанный внешний вид этой женщины. В пылу борьбы я случайно порвала пеньюар, поэтому теперь я замечаю тёмный торчащий сосок, пожёванный детскими дёснами во время кормления грудью. Если сквозь ткань одежды и бюстгальтера мне оставалось только догадываться, насколько скромная грудь у Альбины, сейчас я вижу, что матушка природа обделила её.
– Знаешь, а ты самая больная сучка на свете! – заявляю я, откашлявшись. – Так ты благодаришь человека, который позволил тебе остаться с ночёвкой?
– Подай на меня в суд.
– У меня есть идея получше!
Кровь пульсирует у меня в висках. Я чувствую прилив сил и энергии, которую ощущаю рядом с ней. Чем бы я занималась, если бы она ушла? Пила таблетки, чтобы унять боль расставания с Ритой? Не самая лучшая перспектива для молодой девушки, едва дожившей до двадцати трёх лет.
Во мне просыпается очень злобный дьяволёнок, который уже знает, как ему поступить. Сказываются месяцы тренировок по самообороне. Я научилась использовать слабость противника в своих целях. И раз со сводным братом мне удалось провернуть болевой приём со сжатием яичек, то и для Альбины у меня запасено нечто особенное.
 
Я хватаю её за сосок и резко прокручиваю его по часовой стрелке. Не думаю, что она была готова к такому развитию событий. И я оказываюсь права. Выпучив глаза, с её губ срывается протяжный визг. Она орёт так громко, что у меня закладывает уши. При это она хватает меня за волосы и запястье, но это больше не имеет значение. Я не собираюсь отпускать свою жертву.
Однако ей удаётся выбить меня из равновесия, и мы падаем на бок. Мы лежим на полу, глядя друг на друга то ли с презрением, то ли с каким-то нездоровым наслаждением.
– Ты мне чуть сосок не оторвала, маленькая сучка! – заявляет она, облизнув пересохшие губы. – Знаешь, как это больно?!
– Сама виновата, злюка! – показываю язык, а в глубине души улыбаюсь. Не знаю почему, но мне нравится проводить время рядом с Альбиной. Не зря говорят, что от любви до ненависти один шаг. Может быть, это про нас с ней?
– Ты так и будешь лежать? – спрашиваю я, глядя за тем, как она потирает груди. Видимо, ей очень больно. Не следовало мне использовать такой подлый трюк. Но я хотела победить, и я одержала победу.
– Все ещё хочешь, чтобы я ушла?
– Зависит от того, чего хочешь ты.
– Сбежать от тебя подальше!
– А мне казалось, что ты пыталась затащить меня в постель, – напоминаю я. Не могу думать ни о чем другом.
– Когда это было? – хмыкает Альбина, пытаясь встать на ноги. – Сейчас я понимаю, что нам не следует...
Я вскакиваю вслед за ней, не позволяю ей опомниться и толкаю прямо на кровать. Она приземляется на мягкий матрац, оказывается на спине, чем я и пользуюсь, оседлав её, как породистую кобылку.
Мы смотрим друг другу в глаза, словно пытаемся оценить шансы на победу. Не знаю, о чем думает она. Честно говоря, меня это не сильно беспокоит. То, чего хочется мне, имеет куда большее значение.
– Снова нападешь? – улыбаясь, спрашивает она. – Учти, я с радостью закрою тебя на пятнадцать суток.
– А ты не могла бы с той же радостью закрыть свой ротик? – спрашиваю я, и, не дождавшись ответа, примыкаю губами к её губам.
Видимо, все это время она терпеливо ждала, когда я пойду на этот ответственный шаг. Признаюсь, для меня это было настоящим испытанием. Но, в конце концов, я ловлю себя на мысли, что больше не могу и не стану жить прошлым. Рита начала новую жизнь. И мне пора отпустить свою ведьму.
Губы Альбины оказываются слишком нежными, чтобы я могла оторваться от неё. К тому же она ничуть не удивлена моим действиям, а с первой секунды охотно отвечает на поцелуй. Это даёт возможность использовать ситуацию в своих целях, и я углубляюсь в глубины её рта. Наши языки сливаются воедино, становятся одним целым.
– Подожди! – оторвавшись от моих губ, Альбина делает глубокий вдох. – Не думаю, что это хорошая идея…
– Заткнись! Замолчи! Больше не звука, мать твою! – быстро отвечаю я, схватив её за горло. – Постарайся не испортить момент, договорились?
Не в силах устоять перед глубиной её манящих чёрных глаз и соблазнительно нежных губ, я срываю с себя сорочку, снова и снова покрывая её на удивление жадными поцелуями. Губы очень сладкие, и меня это возбуждает, но я не останавливаюсь на месте, а устремляюсь к шее. Мое дыхание обжигает её. Я чувствую, как она напряжена. Выгнув спину, она обнимает меня и идёт навстречу моей страсти. Это возбуждает ещё сильнее.
Мои руки скользят по её груди, и я чувствую, что не все так плохо, как кажется со стороны. Бюст Альбины хоть и скромный, но мягкий и упругий. Срываю с неё пояс, обнажив всю красоту женского тела, примыкаю к набухшим от возбуждения соскам и пробую их на зубок. Я ощущаю, что от этого каждая мышца в её теле слабеет.
 
У неё перехватывает дыхание, и она отдаётся мне целиком и полностью. Это то, на что я рассчитывала!
Не успевает она обхватить мою шею руками, а я устремляюсь вниз, к желанной поросли волос между длинных и соблазнительных ножек. Я касаюсь их кончиками пальцев, ощущая приятное тепло там, где давно стало влажно и горячо.