#Стафф

Так понемногу они стали сближаться друг с другом в этом огромном, холодном и чуждом доме, в котором каждый ощущал абсолютное одиночество.
– Девчата, а не хотите ли шампанского? – встрепенувшись, предложил Михаил.
Девушки переглянулись и пожали плечами.
– А нам ничего за это не будет? – боязливо оглядываясь на дверь, спросила Гуля.
– Так уже нерабочее время, – заметил шеф-повар.
– А почему бы и нет?! – согласилась Ксения.
– Нам надо бы скрепить созданный профсоюз, согласны? – с этими словами Михаил вытащил из шкафчика бутылку шампанского, открыл ее и разлил по бокалам. Сев за стол вместе со всеми, мужчина поднял бокал. – За встречу в доме Вадимовых: для кого-то незначительную, для кого-то судьбоносную! – Михаил подмигнул Ксении, покрасневшей до корней волос.
Анна удивилась смущению девушки, но не подала виду. Остальные присутствующие даже не обратили внимания на знаки, посылаемые Михаилом.
– За встречу! – в свою очередь поддержал тост Фролов.
Немного захмелев, Фролов, Михаил и Люба запели, да так заразительно, что даже Анна не смогла удержаться и стала им подпевать вместе с остальными девушками.
– Ах, ребята! Ей-богу, вы все настоящие люди! – удовлетворенно вздохнул Фролов.
– А че, похожи были на зверей?
– Да нет! – заплетающимся языком стал оправдываться Фролов. – Это не вы… это… те, – Фролов стал куда-то показывать пальцем.
– Ты хочешь сказать, эта сучка Юлиа-ааа-ннна… – не менее заплетающимся языком вторила ему Ксения.
– Тихо вы! Вас могут услышать! – осторожно косясь на дверь, попыталась вразумить их Люба.
– Хозяйка у нас хоть куда! – продолжал тем временем Фролов, который, по всей видимости, хотел наконец высказаться. – Такое пренебрежение… Целыми днями катаю ее по Москве, так она хоть бы словом обмолвилась… как будто разговаривать со мной западло… Только указания дает, а разговоры пресекает – мол, помалкивай лучше и езжай… Нет-нет, прямо она это не говорит… Она же воспитана по-английски!!! Во! Это теперь мода такая: быть выше разговоров с прислугой…
– Эй, эй! Остановись! Мы – не прислуга! Слы-ши-шь? Мы – стафф! – хихикнула Ксения.
Гуля и Анна тем временем молча слушали разговоры и косились на дверь, боясь быть пойманными на месте преступления. Веселое начало могло закончиться плачевным увольнением. Анна дернула Ксению за рукав:
– По-моему, нам пора по комнатам.
– Ты что? Какие комнаты? Я только начала отдыхать, – возразила Ксения.
– Я, наверное, пойду, – тихо шепнула Анне Гуля.
– Иди, конечно… Я попробую забрать Ксению.
– Что это тут происходит? – на пороге кухни в халате и с распущенными волосами стояла Виктория, а рядом с ней Роза.
Присутствующие разом стихли.
– О, женушка моя пришла! И-и-и-и, – икнул Фролов.
– А ну-ка марш домой! – Грозная Роза подошла к мужу. – Мужа моего спаивать решили? Своих заведите и делайте что хотите, а моего не трогайте! – чуть ли не силком таща за собой Фролова, возмущалась Роза.
– Эй, ты че так разоралась-то? – Ксения была готова идти в наступление, но, к счастью, ее удержали Анна и Гуля.
Виктория презрительно окинула взглядом стаффовский кружок, подошла к холодильнику, достала сок и, уже подходя к дверям кухни, обернулась:
– Видели бы вы себя! Такое ощущение, будто в подворотне работаете!
– А у меня ощущение, что ты на панели промышляешь! – не замедлила с ответом Ксения, всегда бойкая на язык, даже несмотря на свой затуманенный алкоголем разум.
– Фу, даже спорить не хочу.
Гуля с испугом смотрела то на одну, то на другую. Михаил задремал прямо на стуле, Люба собирала со стола остатки роскошного ужина, а Анна попыталась поднять Ксению:
– Пойдем спать.
– Таким, как она, все равно где завалиться! – напоследок бросила Виктория и скрылась за дверями.
– Ах ты гадина! – завопила Ксения.
– Успокойся! Она специально тебя провоцирует! Пойдем быстрее спать! Сейчас она доложит всем!
Анна вместе с Гулей кое-как заставили неугомонную девушку встать со стула. Буквально дотащив Ксению до ее комнаты, они устало вздохнули и кое-как добрели до своих каморок.
 
* * *
Уже с утра стало понятно, что Виктория все рассказала Альберту, – он свирепо расхаживал по кабинету, словно разъяренный лев в клетке.
– Устраивать пьяные дебоши в этом доме запрещено! Хотите выпить – делайте это тихо! – Альберт отчитывал стафф, сурово сдвинув брови на переносице.
– Так мы и делали это тихо! – хватаясь за голову, защищалась Ксения. Утреннее похмелье давало о себе знать.
Ранняя перекличка превратилась в урок дисциплины. Виктория торжествующе улыбалась, глядя на бледную Ксению.
– Вы не соблюдаете этикет! – продолжал тем временем батлер.
– Это было вне рабочего времени, – попыталась вставить слово и Анна.
– Это было на кухне, мисс! Этого достаточно! А если бы кто-то из Вадимовых зашел на кухню?
– Они о-о-о-очень редко туда заходят! – возразил Михаил.
Альберт окинул Михаила неодобрительным взглядом и продолжил:
– Чтобы это было в первый и последний раз! А вы, Виктория, ни слова Вадимовым о вчерашнем, – резко добавил Альберт, развернувшись к Виктории.
Улыбка сползла с лица гувернантки, и она кивнула:
– Хорошо.
Недовольная тем, что наябедничать не удастся, Виктория надулась, как малое дитя, у которого отняли возможность поиграть в любимую игру, тогда как она уже предвкушала все ее прелести.
– Может, следует оштрафовать их? – вдруг предложила Валентина, чем вызвала волну негодования со стороны персонала.
– Нет. Никаких штрафов. Пока.
– Да, но я забыла вам сказать: кто-то из сегодняшних похмеляющихся умудрился… м-м-м… испортить унитаз Вадимовых на первом этаже, – Валентина настаивала на своем и была непреклонна в желании наказать стафф.
– Этот сраный унитаз, видимо, облевала я, – гордо вышла вперед Ксения, набрав в грудь воздуха.
– Башкина, что вы себе позволяете! – Альберт был сражен выходкой девушки, которая при нем всегда старалась обуздывать свой жаргон, а сейчас, в силу легкого дурмана, забыла о языковом этикете.
– Этот унитаз стоит двадцать тысяч долларов! – Валентина посмотрела в упор на Альберта, как бы говоря: «Ну, я оказалась права! Надо бы наказать ее!»
– Да, я знаю. А еще я знаю, как его мыть, чтобы не повредить деликатную поверхность этого… унитаза! Не думаю, что она повредилась от человеческой блевоты, – Ксения не сдавалась.
– Башкина! Какое хамство! – Валентина задыхалась от возмущения.
Анна пыталась взглядом остановить Ксению.
– Так, тихо! – Альберт посмотрел на строптивую прислугу, потом перевел взгляд на Валентину. – С сегодняшнего дня и до конца недели Башкина помимо всей остальной работы будет каждый день рано утром и поздно вечером, перед сном, обходить все уборные и мыть унитазы. Это наказание. А теперь все свободны.
Ксения хотела было возразить, но взгляды Анны и Гули ее остановили. Виктория победоносно улыбнулась, и стафф покинул кабинет батлера. Каждый направился на свой фронт работы, заранее намеченный для него Альбертом и Валентиной.
  
XI
 
Анна, плотно укутавшись в шерстяной шарф, твердым шагом шла в жилой комплекс «Алые паруса». То был особый мир. Как и Рублевка, он принадлежал тем, кто обладает миллионами. И сии обладатели так усердно отгораживают себя от внешнего мира и так упорно выстраивают кастовое общество, что заставляют выходцев из Бирюлева, попавших туда, чувствовать себя инородными частицами. Так, по крайней мере, казалось Анне.
Дойдя до нужного дома, девушка огляделась и ахнула: всюду мрамор, хрусталь, плазмы. Комплекс был весьма самодостаточным – на улицу можно вообще не выходить, так как на территории есть все необходимое: детские сады, различные магазины, салоны красоты, спа-салоны…
Анна остановилась, достала листок бумаги и, прочитав номер, набрала его на домофоне. Ей пришлось простоять минут 20, прежде чем сонный голос произнес заветное «Да, кто это?».