Не грози императору! (СИ)

– Я уже не… теперь я бугор. Чёрные лисицы и Котелки теперь одна банда. Я вынужденно пошёл на такие условия.
Честно говоря, мне даже стало немного жаль этого засранца. Хоть он и был редкостным дерьмом, действовал он строго по контракту. Это суть наёмничества. Взял заказ – выполни его любым способом. Не справился – уступи место тому, кто может.
Я посмотрел на извивающиеся вокруг меня хлысты и дотронулся до ближайшего из них. Тот змеёй прополз вдоль предплечья и обвился вокруг запястья.
Холодный, как лёд и в то же время обжигающий. С какого ты мира малыш? И на что ты будешь способен, когда подрастёшь?
– Я предлагаю тебе сделку, – холодно проговорил я.
– Согласен на любые условия. Только не убивай, – трясущимися губами запричитал очкарик. – Я и так почти труп, после такого.
– Эти деньги пойдут компенсацией за причинённые мне неудобства. Гришу, моего помощника, вы освободите сейчас же. Ни одна из ваших рож больше не появится в этом районе. Передай это и своему новому боссу. Шутить я не стану. Увижу хоть одного – можете заказывать себе деревянные безрукавки. Рук у вас по жопу не будет. Есть вопросы?
– То есть, ты отпускаешь меня?
– А что ты, хотел? Отдать мне свою руку?
– Нет, нет. Извини, виконт. Я все понял. Освободите пленника и приведите его сюда, быстро! – гаркнул Фёдор оставшимся бойцам.
– Ах да! Совсем забыл. Твои звереныши теперь мои и все трофеи с них тоже. Они не жильцы, сам видишь. А теперь, убирайтесь. Тварь, которую вы привезли, сбросьте здесь-же. Она тоже моя.
Очкарик повернулся и, не делая резких движений, поковылял в сторону стоянки, откуда навстречу ему уже шёл Гриша.
– Стойте! – все как один развернулись, с опаской глядя на извивающиеся надо мной хлысты. – Надеюсь вы понимаете, что с вами будет, если кто-нибудь узнает о моих способностях?
– Можешь не переживать, виконт. Дураков среди нас нет.
Ага, верю я вам, как своему дяде, расстрещать может вы и не расстрещите, но своим точно расскажите, а потом придёте брать реванш.
Я не маньяк, и вырезать всех без разбора не входит в мои привычки. Так что, посмотрим, дураки вы или нет.
Когда небольшой грузовичок вывалил на площадь какую-то дохлую тварь и уехал, я переключил своё внимание на Гришу. Тот стоял и ошалело пялился то на меня, то на попискивающих рептилий.
– Вот такие дела!
«Интригующее вступление, долго придумывал? Ты должен его посвятить в свою тайну», – в голове раздался бубнёж Сигбаурда.
– Я не сразу понял, что вы имели в виду, когда говорили, что вас сильно ударили, – Гриша смотрел на меня, как на какое-то божество. – Я в жизни не видел ничего подобного.
– Главное, что с тобой всё в порядке, а остальное уладится. Поможешь?
– Чем смогу, – без промедлений ответил Гриша.
Уже практически стемнело, когды мы приволокли дохлую двухголовую тварь с площади поближе к пирсу.
Я вытер о брюки склизкие руки, и только потом включил на телефоне фонарик.
– Слышал когда-нибудь про такую?
– Про такую именно нет, но подозреваю, что она с залива. Там много всякой пакости плавает.
– Как думаешь, что с этих тварей обычно берут? Желательно небольшое и ценное, – я сунул руки в бока, оглядывая свою добычу.
– О, Павел. Я всего лишь газетный клещ, но некоторое всё же знаю. Берут всё. От клыков и до ливера. Ничего не пропадает. Те же мутагены – жуткая дрянь, меняют человека безвозвратно, готовят из всего этого.
– Ну, мы здесь с тобой не на скотобойне, поэтому лучше выбрать что-то самое дорогое.
Гриша призадумался.
– А! Вопрос! А чем мы резать-то будем! Без ножа и ножовки тут никак.
– Придумаю что-нибудь, – я почувствовал, как на спине, что-то заелозило и перед мной появились два хлыста, переплетающиеся между собой как змеи. – Вот этим, например.
Гриша побледнел, шумно сглотнул и продолжил.
– Клыки, когти, роговые пластины, из этого вроде оружие с доспехами делают. Глаза, сердце, печень, щитовидная железа, селезёнка…
– Всё, стоп! Я понял. Начнём самого очевидного.
За десять минут мы набрали две кучки шипов, несколько пригоршней когтей, целую гору защитных роговых пластин, в общем всё, что повылетало с рептилий, во время нашей битвы.
 
С двухголового слизня практически ничего взять не удалось – две пары глаз и длинные зазубренные языки, не знаю, что из этого можно приготовить, но лишним не будет. Не понадобятся, скормлю собакам. Хотя нет, вдруг из них вырастет что-то ужасное.
– Ну что, ребятки! – я встал напротив полуживых монстров и занёс над головой свои магические хлысты. – Передайте там своим, чтобы больше не шалили. Понятно?
Двух ударов хватило, чтобы клювастые головы отлетели от тела и покатились по мостовой.
Я мысленно потёр руки, предвкушая ценную добычу, и совершенно случайно взглянул на Григория, который вдруг замер и уставился куда-то мне за спину.
Я повернулся.
– Впечатляет. Гриш, шёл бы ты отсюда. И желательно, в припрыжку.
  
Глава 8
 
Прямо на моих глазах огромный кусок площади вздыбился и с грохотом осел на два-три метра ниже уровня земли.
Запахло затхлым. Из темноты провала повалил дым.
Ближняя часть пристани, там, где я совсем недавно любовался морскими видами, превратилась в нагромождение фонарных столбов, скамеек и выкорчеванных деревьев.
Через несколько секунд над площадью пролетел гул, и весь обвалившийся грунт попёр обратно, переваливаясь через края и образовывая что-то наподобие кратера, в центре которого разрасталось чёрное окно разлома.
В этот момент пирс наполовину ушёл в воду и со скрежетом замер. Стоящий на приколе трал задрал нос, после чего с брызгами плюхнулся обратно, окатив всё вокруг огромной волной.
Наступила тишина.
Чёрт! Совсем забыл затрофеить у тех хорьков оружие. Хотя, пукалки здесь вряд ли помогут. Нужно что-то помощнее. Например, корабельная пушка. Чувствую, горя я сейчас хапну.
– Что там с моим хранилищем?
«Плещется! Ты преодолел порог. Всего две твари! Низший трактат открылся, но до следующего нужно в десять раз больше. Пока ты только вернул свой прежний уровень».
– В моём мире я считался сильным магом, – удивился я.
«Твой мир архаичен. У него нет подпитки извне. Вы варились в нём в собственном соку».
Часть отвала рухнула на остатки брусчатки и в образовавшейся прогалине показался глаз.
Это что ещё за чудо? Аномальная одноглазая змея? Надеюсь этот глаз стоит достаточно денег, чтобы не тратить времени зря.
Я активировал хлысты и медленно пошёл по дуге, не выпуская тварь из вида.
Глаз приподнялся на тонкой кожистой ножке, провожая меня цепким взглядом. Слева и справа от него посыпалась земля.
Я сделал ещё шаг и в этот момент из провала кто-то выпрыгнул, взметнув за собой шквал грунта. Всё вокруг заволокло пылью.
Хлысты на интуитивном уровне прорезали воздух слева и снова повисли над головой. К ногам свалился тот самый глаз, что пристально наблюдал за мной секунду назад.
Раздался вопль. Причём, он больше походил на человеческий, чем на звериный. Я невольно скривил губы – мерзкий звук. Так визжали обезумевшие маги, когда я купировал их магическое ядро.
Шустрая тварь! Но недостаточно.
Пыль, тем временем, понемногу развеялась, и в десяти метрах проявился сгорбленный силуэт, напоминающий огромного человека с обвисшими боками. С плеча свисал длинный кровоточащий отросток плоти.
Чудище сидело ко мне спиной и громко чавкало.
Похоже, моей первой жертвой станет трупоед. Если не изменяет память, в том месте лежали останки парня с каменными кулаками.
Я приблизился почти вплотную и ударил спаренными хлыстами.
Тварь утробно зарычала, заваливаясь набок, и распласталась на земле. Из недорубленной шеи фонтаном брызнула кровь. Хм, странно.
– Ты немного ошибся, дружок. Надо было приходить позже, когда всё закончится.
В голове стрельнула мысль. Что если защита аномальных тварей зависит от энергии разлома? В отличие от трупоеда, который только что выбрался из своего измерения, рептилии долгое время находились в неволе и потеряли возможность восполнять свои силы. Вот почему я легко расправился с ними.