999999999 маны - Том 5 (СИ)

— Это ты зря, — Родион покачал головой. — В моих словах очень много интересного, Люций. Ты бы поразмыслил над ними на досуге, а? Может, хоть будет какая-то польза. Правда, попытайся понять, а не отмахивайся сходу.
Он ещё раз улыбнулся напоследок и подмигнул… Глядя точно на внучку. Элиза готова была поклясться, что последний жест предназначался ей.
— Идём, — Родион махнул рукой; Алекс и Ленора, не обращая никакого внимания ни на пытающегося встать Императора, ни на других людей, стоящих тут, на площади, спокойно развернулись, и через десять секунд все они исчезли за поворотом.
— Да кто… — Император встал на ноги; чёрный навык отступал, возвращая ему более-менее человеческий вид, а спустя секунду он выудил из-под рубашки Императорскую Печать на цепочке и поднял её повыше. — Прекратить панику! Все, кто верен мне — успокойтесь, хватит этого бардака!
— Нам лучше убираться, — еле слышно кивнул Карлов. — Пошли.
Элиза молча кивнула; то, что она только что увидела, ещё не уложилось в её голове. Она не двинулась с места, пока Сара не дёрнула её за руку:
— Эй, ты идёшь?
— А… да, — снова кивнула она, выплывая из своих мыслей. — Иду.
Четвёрка быстро завернула за угол; там было людно — народ по-прежнему паниковал из-за случившегося и, кажется, имел все причины для этого.
— Вот та штука на груди — это и была пресловутая Печать? — Карлов поглядел на Укольцева.
— Ага, похоже, — подтвердил тот. — Заметили, как местные успокоились, когда он им приказал? А ведь это не гипноз, просто… уверенность в словах своего лидера.
— Значит, Печать у него, — Карлов помрачнел. — Это всё усложняет, как и… это.
Он указал наверх.
— Мы не в эпицентре, — задумчиво глянул вверх Укольцев. — Теперь-то понятно, почему — Ротт, которого казнили, не был Роттом, вот только понятнее от этого не стало.
— Но нам ничего не угрожает? — уточнила Сара.
— Зависит от того, насколько мы задержимся и как быстро свалим, — ответил Укольцев. — Долго тут торчать не стоит, осталось понять, что же…
— Гляди, — Карлов сунул ему под нос телефон.
Пару секунд КОБРовец глядел на экран, а потом обменялся с напарником долгим, многозначительным взглядом.
— И… что там? — уточнила Элиза. Во взглядах агентов не читалось ровным счётом ничего хорошего.
Снова пауза, снова обмен взглядами.
—…ничего такого, — махнул рукой Карлов, пряча телефон в карман и быстро шагая вперёд. — Так, реакция начальства на произошедшее. Новая директива.
— Ага, — подтвердил Укольцев. — Вроде того.
  
Глава 2
 
Вряд ли будет преувеличением сказать, что я повидал много всякого дерьма. Особенно — за последнее время, с тех пор, как купил билет на тот самый роковой поезд. Монстры, сумасшедшие, порождения скверны — всё это сыпалось на меня, как из рога изобилия. Я ночевал в заброшенных домах, я часами бродил по канализации, меня убивали столько раз и столькими способами, что я уже со счёта сбился…
Что ж; я всегда, в любой ситуации, пытался увидеть лучшие стороны, какие-то единичные проблески света. Просто для того, чтобы не свихнуться или не впасть в уныние.
Вышагивая по асфальтовой дороге в полном молчании, я перебирал в голове возможные варианты. Пытался найти какие-то светлые пятна, лучики надежды, что-то, за что можно уцепиться — и не находил.
Дорога медленно выводила нас к цивилизации; пейзаж постапокалиптической выжженной пустоши с чёрными остатками древесных стволов превращался в пейзаж постапокалиптического пригорода. За всё время мимо нас не проехало ни одной машины, так что дорогу сбоку овевала полная, мёртвая неподвижность.
Первыми пошли поля.
Я никогда не подозревал, что всего в нескольких часах езды от столицы Империи можно встретить такое количество домашних животных. Этот город всегда представлялся мне чем-то современным, урбанизированным… а поди ж ты. Коровы, овцы, лошади — валялись то тут, то там, чёрные, обгорелые. Их как будто выжгло изнутри и снаружи одновременно; где-то тела были целыми, где-то разорванными на две-три части.
 
— Что ж, — мрачно прокомментировал Рубан. — По крайней мере, это произошло не в центре столицы, а где подальше. Город, будем надеяться, оказался в стороне от эпицентра.
Я удивлённо покосился на него. Он, похоже… тоже пытается найти какие-то плюсы. Вот, один уже нашёл.
Или хочет убедить себя в том, что нашёл.
— Мы пока не видели столицы, — покачал я головой. — Может, там так же. Может, ещё хуже.
— Хуже? — Лев переглянулся с Тиной, затем поглядел на меня. — Хуже, чем это?
— Запросто, — кивнул я. — По крайней мере, смерть тех, кто попал в эпицентр, была быстрой.
— А с чего ты взял, что они умерли? — Рубан указал дулом пистолета, который он не выпускал из рук, на одну из лошадиных туш прямо по курсу.
Лошадь ползла. Медленно ползла, волоча по чёрной холодной земле заднюю половину с вываленными внутренностями, не издавая ни звука. Глазницы были пустыми, морда — обожжённой.
— Скверна есть скверна, — согласился я. — Ей недостаточно просто убить. Поэтому я… и боюсь увидеть то, что ждёт нас в столице. Что, если там всё такое и все такие?
— Так, — Рубан развернулся и встал посреди дороги, сосредоточив на мне сощуренный взгляд. — Марк, мать твою. Я совершенно без понятия, что ты задумал, куда идёшь, против кого собираешься воевать, и, если честно — я бы даже предпочёл, чтобы ты просто свалил из страны.
Остальные тоже остановились, глядя на УБИшника с непониманием.
— Но я иду за тобой. Потому что ты явно лучше меня видишь ситуацию, и потому, что я своих не бросаю. Потому что ты, как бы ты это не сделал, всё-таки спас мою задницу.
Он покачал головой.
— Вот только если ты хочешь что-то улучшить и поправить — ты не должен винить в этом себя одного и пребывать в убитом состоянии.
Я кисло улыбнулся.
— Один… хороший человек совсем недавно говорил мне то же самое. Но знаешь, что? Мы пока даже не добрались до людей, а мне уже п****ц как плохо. Я даже думать не хочу о том, что будет, когда мы дойдём до них.
— Просто постарайся понять, — Рубан крепко сжал моё плечо свободной рукой. — У тебя не было ни единого грёбаного шанса изменить случившееся. Вертолёт падал, и ты сделал то, что мог.
— Ну, да, в вертолёте я уже мало что мог поделать, — согласился я. — Но я мог… вообще не доводить до этого. Не соваться в мемориал, не красть из склепа мумию Императора…
На последних словах глаза Льва Дюбуа стали ещё немного круглее… А вот Тина резко шагнула вперёд.
— Диагноз ясен, — она полезла в карман за сигаретной пачкой. — У тебя, Ротт, мания величия.
Чего?!
Я ожидал любых слов, но только не этих. Даже… немного обидно.
— Ты считаешь себя центром мира, и не меньше, — не давая мне даже секунды на возражение, продолжила девушка. — Думаешь, что виноват во всех произошедших катастрофах, что мог бы что-то изменить, просто поступив иначе. А как насчёт той мысли, что некоторые вещи происходят из-за действий других?
Рубан закивал.
— Она совершенно права, Марк.
Я лишь удивлённо моргал глазами. Как-то… не думал об этом с такой позиции.
— Насколько я поняла со слов Рубана, — продолжила Тина, — Мадлен сама вышла на тебя и сама настояла на твоём визите в склеп.
— Она… — поморщился я, — предлагала уйти. Тогда, после новости об убийстве. Но я упёрся, как идиот.
Лев только внимательно слушал, не вмешиваясь.
— Вокруг тебя происходит много всякого, — согласилась Тина. — Но ты не пуп земли, и не в твоих силах всё поправить. Не пошёл бы в склеп — оказался бы схвачен и казнён прямо в центре города. Не унёс бы тело Императора — скорее всего, тоже погиб бы в городе…
 
— Я не шутил, — снова поддержал её Рубан. — Нам и правда крупно повезло, что эпицентр оказался не в столице.
— Какие уж тут шутки, — покачал я головой. Странно… но после резкой Тининой отповеди мне действительно стало немного полегче.