Вопреки (СИ)

- Нет, правда. Кому ты так упорно верность хранишь? Даже в сторону танцовщиц ни разу не посмотрел. А девочки-то зачетные.
Вопрос: чего я там не видел? Да всё видел. Не интересно. А насчёт верности… Я как-то и не задумывался об этом. Но если рассуждать здраво, то пока я с Алей, я не хочу ни одну из этих девок. И дело не в том, что я влюблён, и боюсь изменить. Нет. Просто я не хочу пачкать её этими интрижками. Она не заслуживает этого. Да и в принципе я  не заслуживаю малышку и удивляюсь, как она ещё сама до этого не дошла.
А если подумать, зачем я сам всё это делаю? Черт, голова сейчас разорвется от стаи бесполезных мыслей.
- У тебя, что с лицом? Впечатление, что ты решаешь глобальные мировые проблемы. Держи, выпей лучше.
Покрутив в руке бокал с виски, я вспомнил пьяную Алину и её смс-ки, улыбнулся, залпом допив до дна. За первым бокал пошёл и второй, а за ним и следующие.
  
Часть 11
 
- Да? - надеюсь, голос вышел не чересчур загробным.
- Эм, привет. Ты в порядке?
- В какой-то степени, - жив и ладно.
- Что такое? Ты заболел? - в голосе послышались тревожные нотки.
Волнуется за меня. А я – настоящая сволочь.
- В какой-то степени. Похмелье – страшная вещь, солнышко. Хотя, недавно вы вроде как познакомились, - хмыкнул я и тут же пожалел об этом. По голове, будто чем-то ударили. Еще и тиканье часов раздражало. Стянув браслет с руки, швырнул к дальней стене. И черт с ними если сломаются, хочу тишины.
- Айяяй, Ян. Не забывай о карме. Не стоит её портить себе, - она меня дразнит? Ну, малышка...
- Поверь, мою карму ничто уже не испортит.
- А ты мне между прочим обещал сегодня культурную программу. А сам…
- Приезжай. Будет тебе программа. Правда, не обещаю, что культурная.
С минуту на том конце трубки повисло молчание, прерываемое лишь тихим дыханием. А затем раздалось тихое:
- Ну, жди.
И после гудки. Кажется, я только что вырыл сам себе яму.
Или наоборот, вытянул счастливый билет…
После моего звонка Яну, прошло около получаса. Я уже была собрана, но никак не решалась идти. Папа снова уехал в командировку, а мама пошла с подругой по магазинам. Единственное, что меня смущало – это то, что Гордеев сказал мне в конце фразы...
Не давая себе больше времени на размышления, я встала с кровати и прямиком направилась к выходу.
По дороге к учителю, я зашла в супермаркет и купила фруктов и сока. А вообще, откуда мне знать, что нужно при похмелье? Поэтому пускай, потом ничего не говорит мне про это.
Поднявшись в лифте на его этаж, я позвонила в квартиру. Дверь мне открыл взъерошенный парень в одних джинсах. На щеках виднелась легкая небритость.
– Привет, – сказала я, раскачиваясь с пятки на носок.
– Привет, – Ян отступил назад, пропуская меня в квартиру.
После того, как я зашла, послышался щелчок замка.
– Давай, помогу, – сказал он, когда я расстегнула замок на своей кожаной куртке, и стал стаскивать ее с моих плеч, параллельно задевая кожу рук под тонкой тканью рубашки.
– Ты дрожишь, – заметил он.
– На улице холодно.
– И краснеешь, – сказал он и провел пальцами по моей щеке.
– На улице…
– … холодно, - не дал договорить мне он и улыбнулся.
– Да.
– Заходи тогда, грейся.
Я прошла в зал и села на диван, на котором валялся плед. До этого Ян, видимо, спал.
– Я тебя разбудила?
– Нет, просто валялся, пока выходной.
– Завтра в школу, не напоминай, – взмолилась я, нахмурившись. – Это, кстати, тебе, – вспомнила я про пакет и отдала его парню.
Он покрутил им и вздохнул:
– Ничего не гремит, а я уже размечтался.
Он видимо понял, что я не поняла фразу, потому как пояснил:
– Людям, болеющим похмельем, принято приносить пиво.
– Думаешь, мне бы его продали? Могу сбегать за лимонадом. Ты как?
– Я и забыл, что ты еще мелкая, – усмехнулся он и потрепал меня по голове.
– Эй, я не мелкая! – я вскочила с дивана и встала на ноги. – И вообще, кто-то мне здесь программу обещал, – я уже стояла, уперев руки в бока.
 
– Обещал – будет, – кивнул Гордеев. – Ты бросаешь мне вызов? – с усмешкой спросил он, и резко подавшись вперед, дернул меня за руку к себе.
Таким образом, я оказалась у него на коленях. От такой близости дыхание мгновенно сбилось, а сердце забилось с бешеной скоростью.
По его лицу читалось, он думает, что я с криком брошусь от него куда подальше. Если честно, то мне и, правда, хотелось так сделать. С трудом я поборола в себе это желание и решила попробовать доказать ему, что я не маленький пугливый ребенок, каким он меня считает.
– Ты его бросил, я приняла. Все честно, – сказала я и положила руки ему на плечи.
От соприкосновения с обнаженным телом, стало покалывать кончики пальцев. Необычное, новое, но приятное ощущение. Не знаю, откуда во мне взялась эта смелость, но легкими прикосновениями пальцев я провела вдоль его руки от плеч к запястьям. Смех на его лице тут же пропал, сменившись удивлением.
Гордеев быстро вернулся к прежнему состоянию и уже через мгновение, опустил мои руки себе на грудь. Я посмотрела ему в глаза и скорее догадалась, чем поняла, чего он хочет. Я абсолютно не знала, что делать и действовала на уровне каких-то подсознательных инстинктов. Смотря ему ровно в глаза, желая видеть, правильно я все делаю или нет, я вела ладонями вниз, опускаясь по твердому прессу на животе, чувствуя, как под моими руками мышцы становятся более напряженными. Мои руки остановились на линии джинс, прямо на ремне. Все, дальше – ступор.
Я только сейчас поняла, что абсолютно не готова.
Мне страшно. А вдруг, ему не понравится? У него было столько девушек, а я только первый раз поцеловалась с ним. Эта и еще тысяча мыслей ворохом кружили у меня в голове.
Только тут я почувствовала, а скорее поняла, что все прекратилось. Я больше не чувствовала тяжести его тела на себе, а разгоряченной коже стало холодно.
Открыв глаза, я увидела, что Гордеев сидит на диване, запустив руки в волосы. Я быстро привстала и подползла к нему. Мне хотелось обнять его и спросить что случилось. Но первое я делать побоялась, вдруг он оттолкнет? Я этого не выдержу.
– Что случилось? Я сделала что-то не так? – испуганным голосом спросила я, еле сдерживая слезы.
– Не так? Ты еще спрашиваешь? – он резко вскинул голову. – Какого черта ты закрыла глаза? У меня было ощущение, что я тебя насилую.
– Я больше так не буду. Я растерялась…
– Больше и не надо.
После этих слов я поняла, что все кончено. Он больше не захочет видеть меня: маленькую, глупую дурочку. Он найдет себе опытную девушку, которая не будет бояться каждого касания. А найдет он такую с легкостью. Я наклонила голову вниз, пытаясь отгородиться от него, чтобы напоследок он не видел моих слез. Не хочу оставаться в его памяти зареванной истеричкой.
– Я сейчас оденусь, – я с трудом попыталась выровнять свой голос.
– Правильно, – сказал он и стал застегивать мне джинсы. После, подняв с пола рубашку, надел ее на меня и стал застегивать пуговицы.
Всё. Не могу так больше. Ему уже не терпится вышвырнуть меня из квартиры.
– Я сама, – крикнула я, и уже не сдерживая эмоций, бросилась в коридор.
– И что это за истерика? – он со скучающим видом привалился к косяку и наблюдал, как я непослушными пальцами пытаюсь застегнуть оставшиеся пуговицы.
– Ухожу как ты и хотел. Прекрати надо мной издеваться.
– Когда это я интересно такое говорил?
– Что, память такая короткая? – я не могла и не хотела слушать этого. Мне хотелось лишь поскорее уйти от этой унизительной ситуации. – Ты сам сказал пять минут назад: одевайся.
– Сказал. Потому что еще пять минут и мне было бы уже все равно, хочешь ты чего-то или нет. Это тебе ясно?
Я повесила взятую куртку обратно на вешалку и подойдя к парню, сказала:
– Прости меня?